Чтение онлайн

Больше не проронив ни слова, Подземник устремился прочь. Хлопнула дверь. Комната погрузилась в тишину, изредка нарушаемую утробным гулом, доносившимся откуда-то из глубины комплекса.

Замотав руку бинтом, мутант плюхнулся на диван. Ссохшиеся доски угрожающе затрещали, но Дым лишь отмахнулся. Сейчас его больше заботили выдвинутые Подземником предположения.

– Получается, я из-за «Алфея» таким народился?

– Штамм тут ни при чем, – Таран повертел в руках микроскоп, аккуратно поставил на место. – Ты ведь пропустил часть беседы. Из объяснений дока я понял, что «Алфей» абсолютно безвреден для человека. Иначе теряется смысл проекта. Ведь это не оружие, а средство очистки зараженных территорий. А вот неконтролируемые генмодификаторы, их еще называют «дикими»… Вполне вероятно, что твоя матушка была ими инфицирована, и ты подвергся необратимым изменениям, еще будучи в утробе.

– То есть, во мне намешана адова туча всякой левой дряни, придуманной яйцеголовыми? – подытожил мутант, свирепея. – Вот уж подфартило… По крайней мере, теперь есть кого благодарить за свое уродство…

Таран присел на стол напротив напарника, помолчал, подбирая правильные слова.

– Знаешь, Гена, во всем надо находить плюсы. Да, ты отличаешься от других, не спорю. Но ведь не только внешностью. Ты лишен необходимости постоянно прятаться и от радиации, и от зверья. Да что там говорить, многие наземные хищники сами тебя стороной обходят!

– Угу… Как и многие люди, – буркнул Дым. – Уж лучше как все – бояться и прятаться. Но не быть изгоем. Почему они меня так ненавидят? За что?

Встретившись взглядом с Геннадием, Таран невольно вздрогнул. Ему показалось или в глазах мутанта блеснула предательская влага?

Пока рассудок находится под влиянием эмоций, любые слова утешения бесполезны. А жалеть – значит ужалить еще больнее. В подобных ситуациях спасает только злость. Именно она придает силы справиться с хандрой и угнетенным состоянием духа. Клин клином вышибают.

– Ты ведь сам знаешь, за что, – наконец ответил сталкер, склонившись над Дымом лицом к лицу. – За то, что другой. За то, что «мут». И «мутом» ты останешься несмотря ни на что. И никакие заслуги тут не помогут. Ни уничтожение «Исхода», ни поимка Черного Санитара, ни «Алфей»!

В звенящей тишине было слышно, как трещат сухожилия мутанта. Мышцы на огромном теле вздулись, вены проступили сквозь кожу пульсирующими синими змейками, скулы ходили ходуном. Но, достигнув своего пика, эмоции схлынули. Взрыв мимолетной ярости вытравил депрессию без остатка. Остался лишь неприятный осадок. Давно ставшая привычной боль от того, что ничего нельзя изменить…

Прекратив дуэль взглядов, Геннадий подался вперед, похлопал приятеля по плечу, ухмыльнулся:

– Умеешь ты поддержать, Таранов…

– Всегда пожалуйста! – буркнул сталкер, молниеносно оборачиваясь на шорох.

Дверь, за которой исчез Подземник, теперь была распахнута, а сам ученый замер в проеме с непонятным, опутанным проводами предметом в руке. Широкий металлический раструб устройства был направлен на гостей.

– Эй, док, ты чего? – Дым завозился, поднимаясь. – Ну-ка быстренько отведи в сторону эту…

Пронзительный визг резанул по ушам. Аппарат мигнул алым и затих навсегда. Что-то внутри коротнуло, повеяло дымком. Подземник отбросил безжизненный механизм, поднимая вторую руку с зажатым в ней обычным пистолетом.

На гостей экзотическое оружие произвело эффект разорвавшейся бомбы. Мутант, так и не успев ничего предпринять, рухнул, как подкошенный, и замер на обломках дивана, скованный жесточайшим параличом. Тарану досталось меньше. Поток направленного излучения лишь зацепил сталкера, лишив руку чувствительности до самого плеча.

«Макарова» он выхватил из кобуры, уже падая на пол. Кубарем закатившись за кресло, услышал грохот пальбы. Деревянная ножка брызнула щепой в опасной близости от лица. Чертыхнувшись, Таран крутнулся еще раз и дважды выстрелил по мелькнувшей в проеме фигуре.

Попал или нет – судить было сложно. Подземник отступил вглубь смежного зала. Какое-то время еще слышны были торопливые шаги, затем стихли и они. Ученый затаился.

Постанывая, Таран поднялся, попробовал пошевелить рукой, но та будто одеревенела, сведенная судорогой. Склонившись над напарником, сталкер с облегчением уловил сбивчивое дыхание. Суженные зрачки, мелкая дрожь, проступивший на лбу пот… У мутанта был шок.

– Ничего, брат. Полежи пока. Отойди малость.

Повернув неподъемное тело Дыма на бок и подложив под его голову диванный валик, сталкер поднялся, помассировал пострадавшую руку. Вместе с возвращавшейся потихоньку чувствительностью в мышцах разгоралась боль.

– Док, давай поговорим! – крикнул он, рысцой вбежав в заставленный агрегатами зал и спрятавшись за шкафом выпрямителя. – Может, объяснишь, что происходит?!

Одновременно с хлопком выстрела дзенькнула о металл потолочной балки выпущенная наугад пуля.

– Это глупо, док! Я и с одной рукой тебя достану! К чему этот цирк?!

В ответ снова донеслись частые хлопки, на смену которым вновь пришел гул спрятанной на нижних уровнях энергоустановки.

Наконец послышался дрожащий, с нотками истерики, голос ученого:

– Ты не понимаешь!.. Вы все не понимаете! Я работал над «Алфеем» больше двадцати лет! И сейчас в шаге от открытия, способного изменить весь мир!

– Можешь объяснить толком? Без пафосных речей! – Сталкер бесшумно перебрался к очередному агрегату, замер, прислушиваясь.

– Твой приятель – ключ ко всему! Тот посев, куда попала его кровь… Невероятно, но две разновидности штаммов начали взаимодействовать! А получившийся гибрид… У него просто потрясающие показатели! Он стабилен, ты понимаешь это?! Рецепт найден! Я уже все подготовил к эксперименту и заправил автоклав! Осталось только добавить достаточное количество крови и процесс будет запущен!

– Так в чем же дело? Зачем было палить в нас из той бандуры?

– Это всего лишь волновой парализатор! Одна из разработок, заказанных Министерством обороны.