Чтение онлайн

– Это что, зубы?
– спросил Скрябин.

– Человеческие, - Некрасов подобрал кусок арматуры и легонько пошевелил обломки резцов.
– Не повезло. Кому-то вышибли весь ряд.

Он отбросил железку в сторону, снял с пояса фонарь помощнее и направил его луч на бронированную дверь. Она была приоткрыта. Свет выхватил мешок с песком, обломки мебели, несколько пустых ящиков.

– Какая-то баррикада, - заметил Скрябин.
– Навалили всякого барахла. Фаш-ш-шисты!

– И зачем она по-твоему?
– Некрасов посветил фонарём во все стороны, перешагнул через кровавое пятно и приблизился к двери.
– Кому нужна баррикада в бункере?

Он посмотрел себе под ноги и заметил тёмные продольные потёки. Словно тащили что-то громоздкое и широкое. След тянулся до самой двери, где потёки размытыми линиями, переползали на стены и железную дверь.

Некрасов выставил фонарь и заглянул в проход. Огромный зал, заставленный каким-то оборудованием, разрушенная стена из стеллажей и горы тряпья. Всё это было покрыто тонким слоем желтоватой пыли. Луч света выхватил немецкий «МП», несколько гранат и... руку. Бледную, со странными крапинками, которые оспинами покрывали матовую поверхность кожи.

«Как живая!» - подумал Некрасов.

– Что там?
– шёпотом спросил Скрябин.
– Что-нибудь есть?

Некрасов многозначительно кивнул на дверь и попытался выжать улыбку.

– Оставайся здесь. Потребуешься, позову.

Он навалился плечом на дверь и отодвинул её так, чтобы в проём можно было пролезть. Перешагнул через мешок с песком, осмотрелся по сторонам и только после этого направил фонарь на руку.

На полу лежал человек в армейской форме. Судя по знакам отличия лейтенант. На лбу пулевое ранение, глаза закрыты, рот перекошен судорогой. В правой руке «Люгер».

– Трудно поверить, что он пролежал здесь больше семидесяти лет, - прошептал Некрасов.
– Как будто пустил себе пулю пять минут назад.

– Покажите нам его голову, - послышался в динамиках, голос Мейер.

Некрасов с трудом подавил нарастающий страх и несколько секунд приноравливался, пока Мейер не приказала остановиться.

– Направьте на него фонарь.

Луч высветил воротник, шею. В глаза тут же бросилась глубокая рваная рана, сгусток чёрной крови и, потемневшая вокруг кожа. Он заметил следы зубов и вздрогнул.

– Только без эмоций, - выдавила Мейер.
– Причин может быть множество.

– Лучше объясните, что это за бункер, - проговорил Некрасов.
– От этого места у меня мурашки по коже.

От напряжения ломило в глазах, стекающий по лицу пот неприятно щекотал скулы.

Повсюду трупы. Десятки, может сотни умерших давным-давно людей лежали в странных нелепых позах. Это их он вначале принял за кучи тряпья. Открытие потрясло, и Некрасов почувствовал как теряет самообладание. Он медленно повернулся и посмотрел на подчинённого.

– Почему они не разложились?
– спросил Скрябин.

– Не знаю?
– Некрасов протянул руку и забрал чемодан с инструментами.
– Отойди к стене и не шевелись.

Он положил фонарь на пол, раскрыл чемоданчик, достал кусачки и отвёртку.

– По схеме здесь должен быть центральный щит, - проговорил он.
– Электроснабжение отсутствует, аккумуляторы давно потеряли заряд. Значит, остаётся химический детонатор и мины-ловушки.

Он сделал несколько шагов и остановился перед люком в полу. В железной крышке он заметил отверстие для ключа и, наклонившись, осмотрел нетронутые пломбы.

– Пломбы на месте, значит, детонатор так и не был приведён в боевую готовность, - проговорил он.
– Хотя это и не гарантирует абсолютной безопасности...

Он опустился на колени и выкрутил четыре винта, которыми крышка крепилась к раме. Покрытый окислами и грязью, механизм был разбит.

– Похоже, заряд обезвредили без меня, - процедил он.
– Вы слышите?

– Убедитесь, что в комнате больше ничего не представляет опасность, - произнесла Мейер.
– Мои люди готовы спуститься.

Некрасов встал на ноги, взял в руки фонарь и вышел на середину зала. Что-то было не так. Слышалось лёгкое потрескивание, странный едва различимый шорох, который сначала, он принял за шелест ветра. Он посмотрел на груду тел и заметил, что кожа мертвецов высыхает и морщится. На глазах, она почернела и, натянувшись, стала с хрустом крошиться. Ткань мундиров покрылась плесенью и под собственной тяжестью развалилась на куски. Даже оружие, которое ещё минуту назад сверкало сталью, затянуло патиной коррозии.

– Вы это видите?
– спросил Некрасов.
– Похоже, что-то пошло не по плану. Верно?

Мейер промолчала, но Некрасов услышал её прерывистое дыхание.

Время брало своё, и трупы, которые давным-давно должные были сгнить, наконец превратились в прах.

Он повернул голову и посмотрел на Скрябина. Парню было не по себе.

– Положи инструменты на место, - Некрасов протянул кусачки и отвёртку.
– Думаю, они больше не потребуются.

Скрябин поднял чемоданчик, шагнул вперёд и тут же вывалил содержимое на пол. Инструменты со звоном рассыпались по бетону.

– Соберись, сержант!
– рявкнул Некрасов.
– Яйцеголовые и без того рвут и мечут.

Скрябин бросился на пол и начал судорожно сгребать железки. Потом полез под стол, попытался дотянуться до разводного ключа и неожиданно зацепился рукавом за торчавший из доски гвоздь.

1

День не заладился с самого начала, ещё в воинской части, он умудрился вляпаться в мазут, и получить за испачканную куртку нагоняй от командира части. Потом майор наорал за нерасторопность и вот сейчас очередная оплошность.