Чтение онлайн

На самом деле после смерти отца и Розмари Мэгги ощутила свое полное одиночество. Даже сейчас она остро чувствовала их потерю. Ей так их не хватало!

Когда доктор сказал, что у нее будет ребенок, Мэгги охватила огромная радость. Как тепло ей стало на душе! Ей казалось справедливым, что их с Диланом неожиданная страсть в ту ночь завершилась именно так – у нее будет ребенок.

Она хранила свою тайну от всех, наивно полагая, что, когда Дилан приедет получать свою часть наследства, она расскажет ему, чем кончилась та единственная ночь, и он радостно обнимет ее и попросит стать его женой.

Но шли недели, а от Дилана – ни слуху ни духу. Мэгги забеспокоилась, а потом была вынуждена посмотреть правде в глаза: Дилан не приедет, их краткая встреча и вспыхнувшая страсть ровным счетом ничего для него не значили. Все произошло потому, что они были несчастны от постигшего их горя: оно сломило их и сделало беззащитными и слабыми.

Мэгги чувствовала себя одинокой, пока не стала думать о том крохотном существе, которое носила в себе, невинном ребенке, которому она нужна, чья жизнь теперь зависит только от нее. Она поняла, что уже всем сердцем любит это дитя.

Дилан видел, как часто меняется лицо Мэгги, как она старается держать себя в руках. Он понимал, что Мэгги страдает.

– Они отправились в Бар-Гарбор, штат Мэн, навестить друзей. Те праздновали свою золотую свадьбу, – наконец произнесла Мэгги, отогнав печальные воспоминания. – Сделали остановку в Висконсине. Отец звонил мне оттуда, сказал, что у него какие-то неполадки с мотором. Но вместо того, чтобы основательно починить мотор, он предпочел лететь в Мэн самолетом и преподнести друзьям сюрприз. – Она судорожно сглотнула. – Предсказывали дождь, но разразилась настоящая буря, – продолжала Мэгги, стараясь говорить спокойно. – В маленький самолет попала молния, и он упал в заросли кустарника. – Голос ее стал совсем тихим, она потянулась за чашкой, чтобы вместе с горячим чаем проглотить комок, застрявший в горле.

– Мэгги, мне очень жаль, – прочувственно молвил Дилан, тронутый болью в ее голосе. – Вам, видимо, было нелегко все это перенести... совсем одной...

– Я... я не была одна. По крайней мере... – Мэгги запнулась, кровь прилила к ее лицу. Она бросила взгляд на Дилана, но на его лице не было и намека на то, что ее рассказ пробудил что-либо в его памяти. Облегченно вздохнув, она быстро спросила: – Вы приехали из Сан-Диего на похороны на своей машине?

– Мм... – протянул, словно пытаясь вспомнить, Дилан.

– Ведь на следующий день вам пришлось рано утром уехать, – добавила Мэгги.

– Нет, все как в тумане, – наконец ответил он и покачал головой.

Когда доктор в госпитале сообщил ему о смерти тетушки, его охватило отчаяние. Она была единственным близким ему человеком, его семьей... Только она могла восстановить какую-то часть его прошлого.

Но теперь он один... Нет. Это не совсем так. Если верить тому, что сказала Мэгги, он скоро будет отцом. Внезапно в его мозгу стали рождаться вопросы, один за другим, и только Мэгги знала ответы на них.

– Мэгги, а какими были наши отношения?

Он услышал, как она шумно вздохнула. Что-то мелькнуло в ее глазах, но она тут же взяла себя в руки.

И в эту минуту мелодично зазвонил дверной звонок.

– О, извините, – быстро промолвила Мэгги и с облегчением поспешила к двери, радуясь тому, что разговор прервался. Вопрос Дилана об их отношениях стал для нее полной неожиданностью, и она не знала, что на него ответить.

Открыв дверь, Мэгги увидела перед собой улыбающиеся лица Ричарда и Беверли Чейсон.

– Ричард! Бев! – шумно приветствовала она друзей. В марте она написала им письмо, где сообщала о своих планах относительно пансионата и просила их приехать не в начале июня, а несколько позднее.

Не получив от них ответа, она несколько раз звонила им в Вайоминг, но безуспешно.

– О, Мэгги! Вы ждете ребенка. Какая радость! Неужели вы вышли замуж? – Беверли по-матерински обняла Мэгги, которая, прижавшись к хрупкой немолодой женщине, снова едва не расплакалась, уже во второй раз за этот день.

– Нет, я не вышла замуж, – тихо и решительно ответила она, когда Беверли выпустила ее из своих объятий.

– О, простите, милая, – извинилась Беверли, и обе неловко умолкли.

Ричард опустил на пол чемоданы.

– Мои поздравления, Мэгги. Когда же вы ждете прибавления? – Он тоже ласково обнял ее.

– Двадцать второго июня. – Мэгги почувствовала, как слезы щекочут глаза.

– Всего через три недели, – заметила Беверли. – «Фейрвиндз» будет открыт до этого времени?

Щеки Мэгги покрылись румянцем.

– Нет. Я писала вам об этом... – Она растерянно умолкла, увидев, как супруги обменялись недоуменными взглядами.

– Писали? – переспросила Беверли, нахмурившись. – Мы не получили вашего письма. По крайней мере... О, Ричард! Я же говорила тебе, что надо было позвонить Мэгги и предупредить о нашем приезде... – Беверли умолкла, совсем растерявшись.

– Не беспокойтесь, все будет в порядке, – успокоила их Мэгги.

– Извините, Мэгги. Бев права, мы должны были позвонить вам, – вмешался Ричард. – Дело в том, что последние три месяца мы жили в отеле, – пояснил он. – Во время урагана в феврале наш дом пострадал, и нам пришлось переехать, пока шел ремонт.

– Письмо могло затеряться в суматохе, – Беверли поспешила найти объяснение случившемуся.

– Я уже сказала, это не проблема, – повторила Мэгги с ласковой улыбкой. – Добро пожаловать, оставайтесь. Я даже приготовила ваши комнаты на всякий случай.

Из-за неожиданного появления Дилана в ее жизни все вылетело у Мэгги из головы.

– Вы уверены? – заботливо спросила Беверли. – Мы не хотели бы доставлять лишние заботы... до рождения ребенка.

– Да, уверена, – с улыбкой ответила Мэгги и обрадовалась, увидев облегчение на лицах своих нежданных гостей.