Чтение онлайн

Когда-нибудь люди прочтут это стихотворение и узнают, что я посвятил его тебе.

Жанка! Ты мне будешь писать, когда я умчусь на поезде в эту далёкую-далёкую Москву?! Я буду! Каждый день! И каждую ночь! Под одеялом, с фонариком.

Баран рассказал анекдот. Про динозаврика.

Шёл по лесу динозаврик. Вдруг навстречу волк.

– Значит, так, – говорит динозаврик. – Завтра утром придёшь на опушку леса. Я тебя съем. Вопросы есть?

– Нет, – ответил волк.

Назавтра он пришёл на опушку леса. Динозаврик съел волка.

Пошёл динозаврик дальше. Вдруг навстречу лиса.

– Значит, так, – говорит динозаврик. – Завтра утром придёшь на опушку леса. Я тебя съем. Вопросы есть?

– Нет, – ответила лиса.

Назавтра она пришла на опушку леса. Динозаврик съел лису.

Пошёл динозаврик дальше. Вдруг навстречу заяц.

– Значит, так, – говорит динозаврик. – Завтра утром придёшь на опушку леса. Я тебя съем. Вопросы есть?

– Есть, – отвечает заяц. – А можно не приходить?

– Можно.

Баран рассказал анекдот и попросил:

– Объясни.

Пошутил, конечно. Научился Баран понимать анекдоты…

– Боря, – сказал я, – а мы скоро переедем.

– На новую квартиру? – обрадовался Баран.

– Нет, Боря, – сказал я. – Мы вообще уезжаем… В Москву!

– Да ты что?! – ещё больше обрадовался Баран. – Здорово! А когда?

– В начале лета… – вздохнул я.

– А чего ты такой кислый? – удивился Баран.

– Ничего ты не понимаешь, Боря… – ответил я. – Ничего ты не понимаешь…

– Объясни! – потребовал Баран.

– Это, Боря, не анекдот… – сказал я. – У меня не получится…

– Да брось ты, Гошан! – Баран легонько ткнул меня в плечо своим красным кулаком. – Понял я! Не дрейфь! У меня брательник в Москве! Он, это… самбист!

– Сколько их у тебя? – спросил я. – Этих брательников?

Боря прикинул в уме и сказал:

– Много! Это мой двоюродный брательник. Лёха Баранов. Он в Солнцево живёт. Если что, звони ему. Я тебе потом его телефончик продиктую!

– Ладно… – сказал я. – Спасибо… Но только дело не в этом… Я не дрейфю…

– А чего? – ласково спросил Баран.

– Я уеду… – в горле у меня застрял комок. – А вы же тут останетесь! Ты, Гоша, Жанка…

Баран задумался.

– А мы к тебе в гости завалим! – вдруг сказал Баран. – Хочешь?

– Хочу… – ответил я. – Конечно…

– На Новый год и завалим! – пообещал Баран. – А до этого письма будем писать.

– Ладно… – сказал я. – Конечно…

– Письма писать научусь! – обрадовался Баран. – Я никогда писем не писал. И получал только от брательника. Из тюрьмы… Его скоро выпустят, обещали!

– Конечно, – сказал я. – Выпустят. Он же не виноват.

– Не виноват, – кивнул Баран и весело улыбнулся. – Как динозаврик! Так далее.

11 мая.

Мой день рождения. Мне 12 лет.

В одном журнале для тинэйджеров, то есть для подростков, есть такая страничка – «Друзья по переписке».

Надо заполнить купон – коротко рассказать о себе – и отослать его в редакцию журнала. Потом купон напечатают и к тебе повалят письма со всей страны от тех, кто захочет с тобой переписываться.

В этом купоне есть такая строчка: «Я люблю…» Можно написать что угодно. Например: «Я люблю гонять на велосипеде!» или «Я люблю читать детективы, смотреть видик, считать мух!», «Я люблю решать головоломки, переписываться с девочками-близнецами!», «Я люблю животных, играть в хоккей, плести фенечки», «Я люблю играть в футбол!»

Я так и заполнил эту строчку: «Я люблю играть в футбол!»

А весь купон «Друзья по переписке» выглядел в моём исполнении так:

«Меня зовут Гоша. 11 мая мне исполняется 12 лет. Я люблю играть в футбол! Я хочу переписываться с футболистами: любителями и профессионалами! Пишите по адресу…» И так далее.

Я, конечно, люблю не только футбол.

Я люблю: маму, папу, бабушку, своих друзей, я люблю Жанку, я люблю хорошую погоду, я люблю ветер, дождь, я люблю, когда люди смеются, когда они в хорошем настроении, я люблю смотреть на облака, я люблю летать на самолёте, я люблю читать, я люблю мечтать, я люблю мороженое и взбитые сливки, я люблю яблоки, груши, арбузы, дыни, сушёные финики, я люблю своего оловянного солдатика, которого мне подарили две девочки-близняшки, когда мне было девять лет…

…В тот солнечный день с юга дул сильный ветер. Тёплый степной ветер. Даже не тёплый, а горячий. Словно ты сидишь рядом с открытой плитой, в ней печётся картошка, а рядом гудит вентилятор и обдаёт тебя волнами разогретого воздуха.

Я возвращался из школы, пятясь, словно рак, чтобы пыль не летела в лицо. Но всё равно она набивалась в уши, в глаза, в нос. И хотелось чихать и кашлять. Но больше всего я мечтал поскорее попасть под крышу родного дома. До него оставалось метров сто.

Вдруг я услышал тоненькие голоса:

– Мальчик! Мальчик! Иди сюда!

Несмотря на яркое солнце, на улице не было ни души. Во всяком случае, мне так казалось.

Я посмотрел по сторонам и у торцевой стены дома, мимо которого я шёл, борясь с порывами горячего ветра, заметил двух девочек-близняшек.

Девочки были младше меня года на три. Они сидели в огромной картонной коробке и выглядывали из неё, как два гнома.

Девочки помахали мне и снова позвали:

– Мальчик! Мальчик! Иди в наш дом! Иди! Иди! Тут не дует!