Я остаюсь
Шрифт:
Еще несколько человек выносили из магазина сумки и ящики, очевидно оставшееся после грабежей добро.
– Двенадцать… — прошептал Джонни. — Много, надо уходить… но девка?
– Что девка?
– Ее насилуют… надо помочь!
– Джонни… у нас своих девочек хватает, давай лучше подумаем за них… - валим однозначно, вопрос что делать, меня не мучил, не разу. Уходить конечно, расклад совсем не в нашу сторону…
В этот самый момент пулеметчик видимо разглядев шевеление за стеклом витрины и решительно навел ствол в нашу сторону…
Я едва успел кинутся на пол, как стекло взорвалось кучей осколков, все вокруг наполнилось грохотом и треском, тяжелые пули прошивали потолок и стены, вываливая целые пласты штукатурки и наполняя пространство пылью…
– Джонни, бегом к машине, - заорал я и пополз в глубь зала отчаянно кашляя и матерясь когда локти и колени попадали на осколки стекла…
Грохот крупнокалиберного пулемета внезапно смолк, но в дело вступили винтовки, захлебываясь длинными очередями, отчаянно заорало по очереди смолкая несколько человек, причем вопли были наполнены животным ужасом и страхом… да что за… в голову пришла неожиданная догадка…
Я так же прижимаясь к полу вернулся к окну. Пространство перед магазином наполнилось свежими, разодранными на части трупами, в глубине магазина треснуло еще несколько очередей, затем истошный вопль и все окончательно смолкло.
– Млядь кто это их… - прошептал я, зрелище ужасное, пулеметчика практически разорвали пополам, причем руки продолжали сжимать рукоятки браунинга, девчонка которую насиловали солдаты, билась в судорогах прижимая к животу вывернутые внутренности, самих солдат, не было видно, но на асфальте валялись куски плоти едва опознаваемые как руки и ноги…
– Супер… — со страхом тихо сказал Джонни, он оказывается не стал бежать к машине и вернулся со мной к окну.
– Два… — я увидел как из магазина показались две темные уродливые, горбатые фигуры. Один из суперов шел на задних ногах изредка опираясь как человекообразная обезьяна на руки, второй уже совсем потерял человеческий образ и только по цвету кожи можно было понять что он был раньше африканцем. Он прыжком подскочил к бившейся в агонии девушке и ударом бугрящейся мускулами когтистой лапы размозжил ей голову, затем засунул башку в разорванный живот и выдрал одним махом все внутренности.
Что то не давало мне оторвать взгляд от ужасного зрелища, второй монстр шевельнул рукой лежащее рядом с ним тело человека и когда тот дернулся в судороге, схватил валявшуюся рядом винтовку и тоже со всей силы ударил его по голове. От удара оружие переломилось пополам, но голова расплескалась по асфальту красными и серыми сгустками.
Рядом захрипел в приступе рвоты Джонни, вернув меня в реальность и я схватив его за шиворот стал понемногу отползать к выходу.
– Ходу… ходу, бегом, - заорали мы одновременно с Паком, мигом слетели по лестнице и рванули по улице к автобусу и только захлопнув за собой дверь, я судорожно начал вдыхать воздух, дышал я все это время или не дышал я не понял, но воздуха катастрофически не хватало, легкие жгло огнем, а зубы клацали как кастаньеты.
Никогда, даже при первых моих встречах с суперами, я так не боялся… что на меня сейчас нашло я не знал, да и не хотел знать, врубил передачу, даванул на газ и с визгом покрышек попытался на месте развернутся… вдруг автобус сотряс тяжелый удар, он ощутимо покачнулся, затем еще один и машина заглохла…
Одновременно закричали Хатори и Эсси, Эсмеральда испуганно, японка издавая какой то воинственный клич, орал корейские матюги Джонни, машина заглохла качественно и совсем на ключ зажигания не реагировала… песец приехали.
Еще удар и заднюю часть автобуса немного занесло, ну и что теперь делать, носа из машины не высунешь, суперы порвали двенадцать человек за пару десятков секунд… а нас четверо, значит порвут за…
– Он бронированный, - не совсем уверенно, но очень эмоционально сообщил девушкам Джонни.
– Не бойтесь, он точно бронированный, - я подтвердил его слова уверенно, но совсем не эмоционально.
– Алехандро, ты должен их убить, - неуверенно, но с надеждой заявила Эсси и пронзительно взвизгнула когда в лобовом стекле показалась уродливая башка.
Хатори промолчала, но воинственно и хищно оскалилась, и я не сомневался если сейчас отдать ей приказ, то девчонка попрется на монстров врукопашную… самурайша етит ее в качель…
– Я его сейчас взорву к бениной маме… — вселяя уверенность в свою жену, кровожадно заревел я и вложил в патронник гранатомета АG36, осколочнофугасную гранату.
– И я… и я им зад надеру… — добавил Пак и схватил второй гранатомет, потом еще раз добавил уже на подобии русского языка. — К бьененой мамье… биладь…
В кого он вселял уверенность я не знаю, но скорее всего сам в себя.
– Ну все хана вам уроды, мы готовы… — прошептал я и решительно приспустил стекло на водительской дверце, рассчитывая, что монстры подставятся и я кого-нибудь подорву, другого способа выпутаться из этой проблемы я пока не придумал.
Одна из тварей сидела на крыше и зачем то царапала когтями обшивку, вторая периодически билась в автобус с разных сторон, ни одна из них под прицел подворачиваться не собиралась.
Патовая ситуация, каждая из сторон хочет замочить другую, но… но не может, ситуация даже не патовая, а идиотская, самый лучший выход взять и уехать, так тоже хрен… стоим на месте. Смешно и страшно одновременно, хоть стой хоть падай…
– Давай поорем что ли, может всполошатся и высунутся, - предложил я.
– Только по команде и держите на прицеле все стороны. Давай!
– Банзаааай!!! — заверещала Хатори.
– Mieеееrda!!! завопила Эсси.
– ААААА… — без затей и национальных изысков, заревел Пак.
– Урааа…. — заорал я, вдруг с удивлением почувствовал как автобус покачнулся и на шикарный «Порш» стоявший рядом синхронно приземлились оба супера. Мне, не без оснований показалось что выражение их морд обозначало легкое замешательство и недоумение… или мне просто так хотелось, как на абсолютно не человеческой харе выражается недоумение? Вот и я не знаю.