Вытхуянцы в Сочи
Шрифт:
В этот момент в зал приемов вошёл всё тот же важного вида слуга:
— Шейх Мухаммед Аль-Ахмад Аль-Джабер Аль-Сабах! — объявил он.
Губернатор от изумления выронил ручку. В толпе раздались отдельные смешки.
— Слышь, Хомяков! У этого старого маразматика крышу напрочь снесло! Чтобы завтра же его уволил! Однозначно! Понял?
— Будет сделано, Михал Михалыч!
Вроде инцидент был исчерпан и губернатор вновь взял ручку, но в этот момент в зале появился кувейтский шейх, одетый так же, как и тот, который сидел за столом. За спиной вошедшего, помимо двух телохранителей, топтались Осёл и Белка, прячущие глаза, а также красная как рак Василиса.
Бомонд ахнул.
Появившийся мусульманин неторопливо и с достоинством приблизился к круглому столу.
Зебр принялся с ожесточением грызть заусенцы и шнырять по сторонам глазками. Впрочем, решив, что бежать не удастся, он вдруг смело поднялся и встал напротив настоящего шейха.
Они удивительно походили друг на друга, как оригинал и его зеркальное отражение.
Подлинный нефтемагнат поднял руку. Зебр в точности повторил его движение. Шейх поднял вторую руку и убедился в том, что его двойник ничем не хуже зеркала. Люди в зале заворожено наблюдали за происходящим.
Вошедший мусульманин немного подумал, и вдруг совершил целую череду сложных движений. Зебр вновь ухитрился их повторить и оказался настолько ловок, что так не получилось бы и у реального отражения.
Тогда шейх расстегнул несколько верхних пуговиц на своём платье, явив зрителям тонкую рубаху, прошитую золотом, красноречиво свидетельствующую о высоком статусе хозяина. Полосатый поспешил повторить и это, но вместо рубахи все увидели давно не стираную майку с надписью «BOSS».
Зал облегчённо выдохнул.
— Кто ты такой? — надвинулся кувейтский шейх на своего двойника.
— Я? — Зебр закусил губу. — Я — твоя тёмная сторона!
— Что за глупости ты говоришь? — усмехнулся шейх.
— На острые вопросы лучше давать тупые ответы!
Нефтемагнат оборотился к Ослу:
— Господин Хомяков, может быть, вы мне объясните, что здесь происходит?
Истинный Хомяков аж подпрыгнул на стуле:
— Хомяков?! Хомяков — это я! Осёл уныло опустил голову.
— Хм… — нефтемагнат извлек платок и вытер им губы. — Пожалуй, я недооценил всю сложность инвестиционной деятельности в вашей стране. А вы, юная леди, тоже не дочь губернатора?
— Дочь! — Вася глянула на отца, который только и мог, что держаться за сердце и беззвучно открывать рот.
— И на том спасибо! — кивнул шейх.
— Ладно, я сдаюсь! — Зебр скинул с головы мусульманский платок и отклеил густые брови. — Эй, профитроли, чего стоим, кого ждём? Раздевайся! Не видишь, нас предали!
Жирафф поспешил избавиться от своего наряда. К ним присоединился Бегемот.
Вскоре перед шокированной публикой предстали вытхуянцы — те самые, которые несколько дней назад уже были с позором изгнаны из дома губернатора.
— Охрана! — завизжал Михал Михалыч. — Арестовать их! Немедленно! Эй, Пронин! В тюрьму их, на каторгу!
— Слушаюсь! — рыкнул полковник и выхватил из кобуры пистолет. — Вы арестованы! Вы имеете право.
— Чудеса, да! — сказал в толпе Воскерчян. Вытхуянцев окружили охранники из службы безопасности губернатора. Пронин по мобильному телефону вызвал подмогу и транспорт для перевозки задержанных.
— Я требую адвоката! — с достоинством рявкнул Бегемот. — Самого лучшего!
Адвокат Дорогоберу выступил вперёд.
— И, желательно, беспла-а-атного! — добавил Жирафф.
Дорогоберу поспешил спрятаться за массивную спину «золотой» женщины.
— Зебр, это ты во всем винова-а-ат! — запричитал Жирафф. — Я не хочу в тюрьму — у меня плоскосто-о-опие!
— Не ссы, длинный! Раньше сядешь — раньше выйдешь!
У Жираффа на глаза навернулись слёзы.
— Ну, вы ваще даете! — наехал Зебр на Осла с Белкой. — А так хорошо всё шло! Вы чего, не могли его хотя бы ещё на часочек задержать!
— Пупсик, я хотела! — рыжая не скрывала, что виновата. — Но он такой упёртый! Летим — и всё!. Господи, как страшно жить!.
В зал приёмов влетели милиционеры с автоматами наперевес.
— Друзья, как жаль, что мне с вами не по пути! — вздохнул Бегемот. — Эх, если б не моя дипломатическая неприкосновенность!.
В этот момент Вася, оставшаяся в стороне, растолкала милиционеров и охранников и присоединилась к вытхуянцам.
— Ты что?! — возмутился её отец.
— Я с ними! — заявила девушка, выхватила из-за пояса одного из стражей порядка наручники и приковала свою руку к руке Осла.
Михал Михалыч готов был взорваться от гнева:
— Ну и чёрт с тобой! Делай, что хочешь! Но только знай: я палец о палец не ударю, чтобы тебе помочь! Однозначно!
Он подал Пронину знак, чтобы задержанных увели.
Зебра первого подтолкнули к выходу. Он сделал два шага и вдруг загнусавил на блатной манер:
— А на далекий север, где морозы,В тот холодный лагерь по этапуПаренька пригнали молодогоЗлые и замёрзшие солдаты…— Уважаемый шейх Мухаммед Аль-Ахмад… ммм… — Михал Михалыч опять забыл полное имя нефте-магната. — Не берите в голову, это подлые мошенники! Я вам обещаю: мы разберемся с ними по всей, так сказать, строгости закона!
— Очень хорошо! — одобрил шейх. — Только сначала я всё же хотел бы выяснить, что здесь произошло!
Он властным жестом остановил направившуюся было к выходу процессию.
Осёл взмахнул свободной от наручников рукой, предваряя этим свой пламенный стих:
— О, господин! Мне можете не верить,И все, что я скажу, тотчас проверить!Одну особу взялись проучить,Её от лжи и спеси излечить!— Даже так? Очень любопытно! — заинтересовался шейх Мухаммед Аль-Ахмад. — С этого места поподробнее!