Чтение онлайн

Он загрузил кофеварку и опустил пресс, его лицо исказилось в торжественной сосредоточенности. Грег достал две кофейные чашки - гугловские, разумеется.

–  Мы хотим сделать для наших друзей то, что Майя сделала для тебя. Просто небольшую подчистку. Все что мы хотим, это сохранить их частную жизнь. Вот и все.

–  Что случится с кандидатами, которых вы не почистите?
– Грег отхлебнул свой кофе

–  Да, - сказал парень, едва усмехнувшись.
– Да, ты прав, это для них будет довольно жестко.
– Он порылся во внутреннем кармане своей куртки и достал несколько свернутых листов бумаги. Разгладил их и положил на стол.
– Это одного хорошего парня, которому надо помочь.

На листе была распечатка поисковой истории кандидата, чью кампанию Грег поддерживал на трех последних выборах.

«Штази» подшивала все про тебя в твое «дело». Имел ли Гугл это в виду или нет, но он сделал то же самое.

–  Товарищ возвращается в свой гостиничный номер после по-скотски изматывающего предвыборного дня, включает свой ноутбук и набирает в строке поиска «упругие попки». Большое дело, так? Как нам кажется, отстранять за это хорошего человека от служения свей стране просто не по-американски.

Грег медленно кивнул.

–  Ну, так ты поможешь парню?
– спросил человек.

–  Да.

–  Хорошо. Еще одна вещь. Нам нужно, чтобы ты помог нам найти Майю. Она вообще не понимала наших целей, и теперь, кажется, сбежала. Когда она выслушает нас, не сомневаюсь, что она вернется.

Он смотрел на поисковую историю кандидата.

–  Думаю, могла бы, - ответил Грег.

У нового Конгресса ушло одиннадцать рабочих дней, чтобы принять Закон о защите и учете коммуникаций и гипертекста Америки, по которому АНБ и ООБ до восьмидесяти процентов работ по сбору сведений и анализу могли отдавать частным подрядчикам. Теоретически, контракты были в открытом тендере, но в здании Гугла номер сорок девять ни у кого не было вопросов о том, кто победит. Если бы Гугл истратил пятнадцать миллиардов долларов на программу по ловле плохих парней на границе, то можете поспорить, они бы их поймали - правительства просто не оснащены, чтобы «Искать как следует».

На следующее утро Грег побрился и внимательно осмотрел себя (работники органов безопасности не любили хакерской щетины и не стеснялись говорить ему это). Он понимал, что с сегодняшнего дня он фактически агент разведки американского правительства. Насколько это плохо? Разве не лучше, чтобы этим занимался Гугл, а не какой-то неуклюжий просиживатель штанов из ООБ?

К тому времени, когда он припарковался в «Гуглплексе» среди гибридных автомобилей и изогнутых велосипедных стоек, он окончательно уговорил себя и отбросил сомнения. Грег уже обдумывал, какой коктейль из свежевыжатых соков заказать в столовой, когда вдруг его ключ-карта не смогла открыть дверь в здание сорок девять. Красный светодиод молча мигал каждый раз, когда он проводил картой. В любом другом здании был бы кто- нибудь, с кем можно было бы пройти: люди снуют туда- сюда весь день. Но гуглеры из сорок девятого выходят только на обед, а иногда даже вообще не выходят.

Снова, снова и снова проводил он картой и, вдруг, услышал позади себя голос.

–  Грег, можно тебя, пожалуйста?

Морщинистый человек положил руку ему на плечи, и Грег почувствовал его цитрусовый лосьон после бритья. Аромат был таким же, как у его инструктора в Байя, когда они вечером ходили по барам. Грег не смог вспомнить его имя. Хуан Карлос? Хуан Луис?

Рука человека на его плечах была тверда, уводя его от дверей на безупречную лужайку, мимо сада возле кухни.

–  Мы даем тебе пару выходных, - сказал он.

–  Почему?
– Грег почувствовал внезапный приступ сильной тревоги. Он сделал что-то не то? Он сядет в тюрьму?

–  Майя.
– Человек развернул его, посмотрел ему в глаза пристальным бездонным взглядом.
– Она убила себя. В Гватемале. Мне жаль, Грег.

Комплекс Гугл в Маунтин Вью

Грегу показалось, что его отбросило высоко вверх, туда, откуда «Гуглплекс» выглядел как в "Google Earth". Будто он смотрел сверху на себя и человека с морщинами как на пару точек, два пикселя, маленьких и незначительных. Грег хотел бы рвать на себе волосы, упасть на колени и заплакать.

Из далекого далека он услышал свои слова, - Мне не нужны выходные. Я в порядке.

Из далекого далека он услышал, как морщинистый человек настаивал.

Уговоры продолжались долго, затем два пикселя двинулись в здание сорок девять, и дверь закрылась за ними.