Чтение онлайн

– Ну, кто первый, – чуть насмешливо спросил смятенно притихших куниц Саргенс, – неужели среди будущих княжон нет отважных девушек?

Веся позже подозревала, что чародей немного подтолкнул взглядом ту из девиц, что смотрела смелее остальных, но винить в этом мага вовсе не собиралась. В конце концов девчонки пока ещё не успели сообразить, что от таких предложений отказываться попросту неразумно.

Первая из бывших куниц шла к столу неуверенно, закусив губу и виновато поглядывая на подружек. Так же робко она произнесла подсказанные ей Феодорисом простые слова клятвы и выпила учтиво поданное Саргенсом снадобье.

– Как тебя зовут, дочка? – с мягкой улыбкой спросил Берест приёмную дочь и подвинул к жене большую шкатулку. – Выбери подарок нашей красавице.

– Марна, – зардевшись, прошептала в ответ девушка, старательно отводя взгляд от манящего её ларца.

– Марника, – поправила Веся, откидывая крышку, и все девушки в зале замерли в напряжённом ожидании. – А вот тебе наш подарок на день равноденствия, доченька. Хоть он и немного запоздал, зато от души. Все остальные подарки в честь вступления в нашу семью ты найдешь в своей комнате.

Княгиня с улыбкой подала бывшей сироте золотые серьги с крупным жемчугом, и вместе с оробевшей девушкой счастливо вздохнул весь зал. Серьги в Этросии простые девицы имели право получать лишь от родителей да от сговоренных женихов. И потому каждая из сироток отчаянно мечтала повесить на ушки заветное украшение.

– Я тоже желаю войти в клан Сокола, – шагнули к столу сразу две девушки, и Веся поспешила спрятать понимающую улыбку.

Несообразительных и упрямых среди куниц отродясь не бывало.

Через полчаса гостий в зале почти не осталось, как и сирот. В глазах приёмных дочерей князя светилось изумление собственной смелостью, в их ушках гордо сияли жемчужины, а губы расцветали робкими пока улыбками.

Зелья в чаше осталось всего на пару глотков, и Веся точно знала, что магистр не ошибся, разливая бесценный бальзам по кубкам, ещё две девушки пока не решились встать напротив князя. И им нужно было помочь не просто сделать выбор, а и поверить в его возможность.

– Мелания, – решила княгиня начать с той, которая уже стояла рядом с ней и кому это званье было нужнее всех, чтобы не оказаться ниже новеньких по положению, – твоя очередь. Ты уже чародейка, а все чародеи встали под руку Ардеста ещё на совете, по поручительству Феодориса. Теперь тебе осталось только выпить ритуальное зелье и получить серьги. Чего ты опасаешься?

– Но я же… – попыталась что-то объяснить ястребица, но смутилась и замолчала.

– У тебя нет веских причин для сомнений или отказа, Мила, – мягко произнёс Феодорис, – зря ты волнуешься. Все мы теперь сородичи, и, став дочерью князя, ты не потеряешь ни капли свободы, положенной чародейкам. Зато приобретёшь особую защиту князя и тепло большой семьи. Взгляни, сколько сестёр у тебя появится разом.

– Места моей помощницы ты тоже не утратишь, – твёрдо пообещала Веся видящей, заподозрив, что догадывается об истинной причине её тревоги, – хотя теперь сёстры и возьмут на себя часть твоих забот. Они же куницы и точно знают, как всё делится в дружной семье. Обязательно поровну, и хлопоты и праздничные пирожки, и все беды и радости. Бери смелее кубок, в саду нас заждались угощения и развлечения.

Мила хмуро усмехнулась, забыть о том, кто ещё ждёт её в саду, она не могла, несмотря на все старания. Как не могла и не предугадывать, за кем вскоре будет бегать не менее трёх недавно ставших княжнами сироток. Слишком уж красивым стал за последние годы её любимый, видела своими глазами, как рдели и расцветали при встрече с ним и молодицы, и девушки Серого гнезда, и встреченные в дороге селянки. А у неё никогда не хватит сил и дерзости объяснить им всем, как долго и истово мечтала она о том браслете, что украшает сейчас её запястье, но пока вовсе не греет душу.

И вдруг юная чародейка отчётливо сообразила, насколько права Эвеста, уговаривая её стать приёмной дочерью. Ведь тогда все они и вправду будут считаться её сёстрами, эти девушки, а в клане Куниц правила насчёт чужих женихов очень строги! Ни одна сестра не посмеет и взглянуть на будущего зятя, не то чтобы с ним заигрывать.

– Я согласна, – решительно протянула руку к кубку Мелания и через несколько секунд уже надевала законные серьги.

– И я согласна. – Влана встала у стола последней и, протянув магистрам руку, осторожно призналась, – только у меня есть отец… хотя он и давно про меня не вспоминает, и ещё на мне наговор от чужих зелий.

– Ого, – еле слышно присвистнул Саргенс, рассматривая вязь знаков, покрывающих запястье девушки, – а почему этого не заметили люди князя? Хотя не говори… сам догадываюсь. И кто же тебе старая Зарха?

– Бабка по матери.

Признание девушки стало для чародеев неожиданным, но приятным подарком, колдуны из клана Волка много веков оттачивали свои умения и заклятия, направленные прежде всего на то, чтоб как можно надёжнее скрыть от всех остальных одарённых свои умения.

– Мы сделаем для тебя исключение из всех правил, – твёрдо объявил Берест, и принять это особенное решение его подвигли не столько красноречивые взгляды чародеев, сколько огорчение, ясно написанное на лице княгини, – а магистры снимут этот наговор, если ты согласна.

– Согласна, – так же твёрдо кивнула девушка и вдруг улыбнулась, открыто и чуточку растерянно.

В следующую секунду ладони двух магистров сомкнулись на её запястье, вбирая в себя силу чужого заклинания, а Веся, внимательно следившая за их действиями с помощью Бора, поспешила отправить в тело девушки каплю силы с приказом унять любую боль или тошноту. Фантомов она запускала в приёмных дочерей лишь в тот миг, когда вручала им серьги.

– Вот и всё, – объявил Феодорис, неуловимым жестом сбросив с ладоней черные капли, а молча улыбавшийся Сарг протянул бывшей колдунье кубок с зельем.

– Поздравляю, теперь у тебя есть семья и дом. – Веся отдала Влане серьги и запустила в неё лекаря. А затем захлопнула шкатулку и решительно отодвинула её от себя. – А теперь пора идти в сад!

На крыльцо князь с княгиней вышли рука об руку и остановились, дожидаясь, пока рядом встанут следовавшие за ними Феодорис и Сарг.

Подступившие к крыльцу парни и молодые мужчины хотя и держали себя в руках, но по их взглядам и усмешкам можно было легко определить, насколько они раздражены ожиданием выхода невест. А заодно и слишком уж бдительной их охраной. Словно не бедные селянки приехали, а дочери знатных домов или даже князей.