Второе рождение
Шрифт:
Виктор с совершенно пустой головой и опустевшей душой механически копал квадрат, выносил свою землю, не сразу услышал, как его окликнула Оксана.
– Виктор! Виктор! Что же ты такой не восприимчивый к моим обращениям? У меня образовалось застойное явление в области летающего тазика! Вынеси, пожалуйста!
Картинка с сидящей вполоборота около таза с землёй Оксаной ярко врезалась в сознание Виктора, во всех подробностях. Виктор на секунду застыл, потом взял таз, переступая через лотки и кучки отвала, понёс его на бровку к нужному номеру. Около кучек с отвалами на бровке с потерянным кислым видом стоял Игорь, пытался найти нужную. Мыслями он был где-то очень далеко.
– Зайку бросила хозяйка. Холостым остался зайка. Баб приводит, пиво пьёт. Замечательно живёт! – негромко рядом сбалагурил Пётр и высыпал свой тазик. – Воспрянь! Женька – тётка клёвая. Тебе очень повезло, что именно она тебя всему научила. Поверь мне, мучиться с девственницей ровесницей – это наказание. А у тебя было классное начало! Порадуйся этому!
– Кончаем лясы точить!!. – гаркнула с середины раскопа Лена Большая.
– А будешь нас обижать – я побреюсь! – лениво пригрозил Пётр.
– Только попробуй! На кол захотел? Комарам скормим! – прозвучало в ответ сразу несколько угроз с разных сторон раскопа. Пётр изобразил демонический смех, закашлялся, демонстративно почесал недельную щетину.
– А почему нельзя бриться? – спросил Виктор у Оксаны.
– Ураган начнётся. Примета такая сформировалась, что после того, как поставили идола, каждое бритьё вызывает ветер с дождём и градом. В девяносто девятом у нас половину лагеря снесло, полуметровые колы из размокшей земли выворачивало, машину на бок положило. Поэтому не успел побриться до идола – ходи как ваххабит до города – развёрнуто рассказала Оксана.
– Я тут неделю всего, но всё равно ещё не понимаю, почему люди едут сюда бесплатно? Во второй, третий раз? – задумчиво проговорил Виктор, копая углы.
– Это любовь!.. Её не объяснишь рационально. Возвращаются не все. Больше половины из тех, кого вывозили на практику, не возвращаются. А остальные… – не успела закончить Оксана, как её перебил Алексей, проходя мимо с тазом земли:
– …как Красная Шапочка, которую останавливает Дровосек и спрашивает: «а почему ты постоянно по лесу в своей красной шапке гуляешь? Не боишься?». А Красная Шапочка ему: «А что бояться? Лес знаю, секс люблю!», – Алексей довольно загоготал своей шутке уже с бровки.
К краю раскопа подошёл Евгений Борисович в сопровождении толстого бородатого мужика в спецовке газовиков. Все без напоминания одновременно притихли, повернулись к пришедшим.
– Елена Анатольевна, можно вас пригласить в нашу компанию, хотим отобрать у вас несколько человек на день, – спокойно проговорил Евгений Борисович. Лена вышла на край раскопа, все вернулись к работе. Через несколько минут Лена позвала Григория Сергеевича. Ещё через несколько минут были вызваны Виктор, Игорь, Юля, Олеся и Вика. Возник спор, что Максима Лена отдать на весь день не может.
– Не дам! Не дам! Он мне тут нужен во как! Сами же торопите, и на тебе, Аллах-бабах, отдай на весь день хорошего, опытного работка! Не дам! – отстаивала Лена Большая свои административные права.
– Товарищи, у кого из вас есть автомобильные права? – обратился к вышедшим Большой Начальник. Все шестеро переглянулись и никто не ответил.
– Пожалуйста, поднимите руку все, все, кто имеет автомобильные права? – громче обратился Начальник к раскопу. Поднялись десяток рук. – Кого из них можешь дать? – спросил Евгений Борисович у Лены.
– Катюха, ты «УАЗ-Патриот» водишь? – спросила Лена Большая.
– Нашу машину? Без вопросов, – ответила Екатерина Сергеевна.
– Тогда выходи сюда, – распорядился Начальник. Когда Катя вышла к остальным, Евгений Борисович сообщил: – В двадцати километрах отсюда на трубе электрохимики обнаружили ещё несколько слабых участков, газовики будут срочно в ближайшие дни пробрасывать параллельные нити. Ваша задача сегодня прошурфить участок пять километров, по которому пробросят нитку. Старший – Григорий Сергеевич. Пешком идти далеко. Прямой дороги сейчас нет, вдольтрассовый проезд размыло. Сейчас идёте к машине, едете за «приколом» Ивана Антоновича. Он доведёт вас до стоянки вертолёта, вас за десять минут подкинут. По окончании работ долетите обратно к машине. Летать никто не боится? Отлично, Григорий Сергеевич, командуйте. – Евгений Борисович сделал маленький шаг назад.
– Н-нам п-понадобятся т-только л-лопаты и колы – чуть заикаясь проговорил Младший Шеф. – Н-надо сделать д-двадцать п-пять к-красивых шурфов на четыре стороны – без запинки торопливо закончил два последних слова, чтобы не дать сказать при постороннем человеке лишнего, потому что увидел как начали ползти брови вверх у Кати и Вики.
– На четыре стороны троих мужиков и Кати за рулём не хватит? – тягуче спросила Вика. По сути, вопрос звучал так: по два шурфа на каждого парня и один Катин давали бы в сумме 7, но на четыре стороны это будет 28. Зачем толпа?
– Н-необходимо п-пройтись с-с-с-закопушками п-по всей длине – разъяснил роль трёх оставшихся девочек Григорий Сергеевич.
– По составу чувствую, задача стоит найти как можно меньше… – тихонько проговорила Катя. Состав действительно был крайне неопытный: 4 новичка и Вика, которая приехала всего второй раз. Из опытных были только Катя и Младший Шеф, как прозвали Григория Сергеевича. Преимущественно женский состав говорил о том, что значительные тяжёлые работы вестись не будут.
– Миша, Олег! Сегодня сами готовите! – распорядилась Катя.
– Так точно! – ответил Михаил, не поднимая головы.
Следом за Иваном Антоновичем вернулись в пустой лагерь, взяли колы для шурфов, посуду, питание и воду на день, загрузились в машину. Обычного размера Катя за рулём крупного автомобиля казалась маленькой. Григорий Сергеевич сел на переднее правое сидение, сзади без труда влезли стройные Юля, Олеся и Вика, в багажном отделении на откидных сидениях расположились Виктор и Игорь, который повеселел в предвкушении полёта на вертолёте.
Шестиколёсный «прикол» легко поехал через лес, минуя дороги, просто по направлению. Его огромные колёса низкого давления легко проглатывали все ямы, коряги и лужи. Шедший сзади «УАЗ» на простых колёсах нещадно мотало и трясло. Клацали зубы, головы ударялись о стойки и крышу, пассажиров подбрасывало. Успокаивало, что ехать надо было всего 5 километров.