Чтение онлайн

Удовлетворенная своим успехом в новой роли, Августа на минутку остановилась возле небольшой группки гостей — Гарри, сэра Томаса, Клодии и Питера Шелдрейка.

Питер с явным облегчением улыбнулся, увидев ее:

— Слава богу, вы здесь, мадам! А то у меня уже голова пошла кругом от столь подробных описаний всех этих допотопных сражений. Честное слово, я уже совершенно не представляю, кто именно из героев античности совершил тот или иной подвиг, ради чего и когда…

Клодия, как всегда удивительно похожая на ангелочка в своем светло-голубом элегантном платье с серебряным кантом, лукаво улыбнулась:

— Боюсь, твой дядя Томас и твой дорогой Грейстоун снова оседлали одну из своих любимых тем и забыли обо всем на свете. Вот мистер Шелдрейк и заскучал.

— Вовсе я не заскучал, мисс Баллинджер! — возмущенно заявил Питер. — Ничего подобного! Как я мог заскучать рядом, с вами? Но история не входит в число моих любимых предметов, и даже вы, наверное, согласитесь, что чрезмерное злоупотребление деталями древних сражений может немного поднадоесть, не правда ли?

Августа улыбнулась, заметив, как ее кузина залилась прелестным румянцем.

— Между прочим, у нас с Мередит на днях тоже состоялась весьма интересная дискуссия на историческую тему, верно, Мередит?

Мередит воспрянула духом. Ее серьезные глаза тут же зажглись знакомым Августе светом, в точности как у отца, когда его удавалось увлечь беседой на любимую тему.

— О да! — быстро проговорила она. — Августа указала мне на один ужасно интересный факт, которого я раньше не замечала. Я потом много думала о героях античных мифов.

Сэр Томас с некоторым удивлением взглянул на племянницу, прокашлялся и перевел взгляд на Мередит:

— И что же это за факт, дорогая моя?

— Ну как же! Вспомните, как часто в старинных легендах рассказывается о том, что героям приходится бороться с женщинами или пытаться перехитрить их. Августа говорит, что это свидетельствует об уважении древних к женщинам, которые могли быть не менее сильны и свирепы, чем мужчины. Она говорит, что мы вообще недостаточно хорошо представляем себе роль женщины в античном мире. И тетя Кларисса с нею согласна.

За этим неожиданным выступлением Мередит последовало изумленное молчание.

— Боже правый, — пробормотал сэр Томас, — я никогда не думал об этом! Какое тонкое замечание!

Гарри, подняв бровь, посмотрел на Августу.

— Признаю, что и мне как-то не приходило в голову рассматривать исторические факты в этом свете, — тихо произнес он.

Мередит с самым серьезным видом кивнула:

— Ты только подумай, папа, с какими известнейшими мифологическими женщинами-чудовищами приходилось сражаться древним героям! С Медузой, Цирцеей, сиренами и со множеством других.

— И с амазонками, — добавила Клодия задумчиво. — Древние греки и римляне всегда были чрезвычайно озабочены сражениями с амазонками, не так ли? Об этом стоит задуматься. Нам постоянно твердят, что женщины — слабый пол.

Питер хохотнул, в глазах его сверкнуло коварство.

— Я, например, никогда не ставил под сомнение способность женщин быть самым опасным и хитрым соперником.

— И я тоже, — спокойно поддержал его Гарри. — Предпочитаю иметь дам в качестве союзниц.

— Ну еще бы! Как и всякий мужчина, — смело заявила Августа. — Так им, мужчинам, гораздо проще.

Сэр Томас насупился, о чем-то размышляя.

— Послушайте, Грейстоун, а это действительно интересное замечание! Необычное, но интересное. Заставляет задуматься, как мало мы знаем о роли женщин в античной культуре. Действительно, чаще всего нам известны лишь имена некоторых цариц. Хотя до нас дошли различные стихотворения и поэмы…

— Например, прекрасные любовные поэмы Сафо, — проворно вставила Августа.

Гарри остро глянул на нее:

— Я не знал, что вы читаете подобные вещи, дорогая.

— Но вам же известно, сэр, какая я легкомысленная!

— Разумеется, однако Сафо…

— Она совершенно изумительно описывает те чувства, которые пробуждает в человеке любовь.

— Черт побери! Но по-моему, она посвятила большую часть своих поэм другим женщинам… — Гарри умолк, заметив, с каким любопытством на него смотрит Мередит.

— Мне кажется, чувства, вызванные настоящей любовью, для всех одинаковы, — задумчиво заметила Августа. — Их могут испытывать как мужчины, так и женщины. Разве вы со мной не согласны, милорд?

— Я полагаю, — хмуро заявил Гарри, — что разговор на эту тему пора закончить.

— Да-да, конечно, милорд. — И внимание Августы тут же переключилось на новую гостью, появившуюся в дверях. — Ах, вы только посмотрите! Вот и мисс Флеминг. Ну разве она не прекрасна сегодня?

Все машинально повернулись туда, где стояла Кларисса, беспокойно озиравшаяся по сторонам. Она была в атласном платье того самого темно-аметистового цвета, который выбрала для нее Августа. Волосы ее были высоко зачесаны в греческий узел и укреплены длинной лентой в тон платью. Она держалась с достоинством, очень прямо, гордо выпятив грудь, словно готовилась вступить в схватку с враждебным светским обществом.

— Господи! — пробормотал Гарри и сделал большой глоток кларета. — Никогда не видел такой нашу тетю Клариссу!

Сэр Томас тоже был явно поражен… Он уставился на застывшую в дверях мисс Флеминг и спросил:

— Августа, как ты сказала? Кто эта дама?

— Одна из родственниц Грейстоуна… Весьма образованный и очень интересный человек, в чем вы легко можете убедиться сами. Она, между прочим, как раз занимается исследованиями по тому вопросу, которого мы только что коснулись в нашей беседе.