Враги
Шрифт:
От плохого предчувствия на голове зашевелились волосы, а из-под косы по спине заструился холодный пот. Увидев эту «компанию», Граст прошептал сквозь пальцы:
– Это же… наши ребята, Терри!
Я дал ему лёгкий подзатыльник, показав знак:
– Молчи!
– и замер, боясь пропустить даже мгновение происходящего.
Солдаты бросили пленных на колени. Маг в красной рясе провёл рукой, и на поляне появились два кресла с гнутыми ножками и позолоченными деревянными спинками. Оба «святоши» плюхнулись в них, дав знак своей охране - а теперь я узнал чёрно-зелёную форму прославившихся своими зверствами гвардейцев Святого Престола - начинать допрос.
Голос гвардейца был холоден и полон неприкрытой скуки:
– Итак, пособники демонов и недостойные жизни богохульники, последний раз спрашиваю - где маг разведчиков - Избранный Терри из Дома Живительной воды?
Жорес поднял изуродованное шрамами лицо, с трудом шевеля разбитыми губами:
– Я привёл вас на место, как и обещал. Мы оставили Избранного в избушке, выполнив приказ старшего офицера. Судя по всему, что-то произошло, возможно, на него напали, и Ворон ушёл или погиб. Больше ничем не могу помочь, Ваше Святейшество. Вы обещали пощадить моих бойцов, сдержите слово…
Старший из священников с седой головой и лицом «доброго дедушки-садиста» кивнул офицеру, чтобы продолжал, и тот, без предупреждения подойдя к весельчаку Доку, чья правая рука висела плетью, взмахом кинжала отрубил ему ухо, бросив его к ногам застонавшего Жореса.
– Вам было обещано снисхождение при условии, что мы получим мага. Но раз его здесь нет, я буду отрубать твоим бойцам, Жорес Безродный, те части тела, которые мне приглянутся… - негодяй засмеялся, ломая кисть даже не охнувшему тихоне-Ченси, - но если ты хочешь облегчить их участь, просто скажи, где сейчас Терри-Ворон, и все умрут быстро, без мучений…
Я прижал к себе голову беззвучно рыдавшего Граста, поглаживая его по волосам и лихорадочно размышляя:
– Жорес молодец, не сказал им о Грасте; не сомневаюсь, это он «шумел» в кустах, чтобы мы успели спрятаться. Однако, как быстро сволочи в красных рясах узнали «новости», прав был монах… Кто же меня выдал?
Тем временем дозорный Жорес молчал, и когда офицер подошёл к нему ближе, плюнул кровью в холёное лицо:
– Ты сдохнешь страшной смертью, тварь, готовься… Наш маг так этого не оставит, он - лучший…
От этих слов мои глаза намокли, а сердце, напротив, успокоилось: дилеммы - промолчать, сохранив тайну «странной силы», или, рискнув, попробовать спасти ребят– для Терри-Ворона не было: я знал, что делать. Нахально усмехнулся:
– А здорово, господа краснорясые уроды, что ваши толстые задницы уселись как раз на то самое место. Надо только подойти поближе…
Голос у седого святоши был на редкость противный, видно, ему не понравились слова Жореса:
– Не тяни, Дин, эти двое нам не нужны…
Офицер довольно осклабился, вытирая кровь с лица:
– Дурак-безродный, посмотри, как будут умирать твои бойцы…
Его молчаливый громила-помощник с мрачным лицом горного великана схватил Дока и едва стоявшего на ногах Ченси за воротники камзолов и потащил к горящему дому. Довольный Дин со смехом помахал им вслед:
– Желаю вам, богохульники, хорошенько прожариться…
Бедный Жорес прорычал:
– Простите, ребята, скоро увидимся…
И тут вышел я, предварительно хорошенько встряхнув Граста:
– Что бы ни происходило, сиди тихо и не рыпайся, Грасти, это приказ - хотя бы один из нас должен выжить…
Думаю, они ждали этого - на упитанных лицах «святых отцов» от улыбок заколыхались вторые подбородки. Но то, что я рявкну на громилу гвардейца, матерясь недостойно высокородного Избранного:
– … Чтоб тебя… и твою… Стоять, кому сказал! Или я спалю всех, а тебя, горный урод, превращу в барана, а потом буду медленно отрывать копытца… - никто не ожидал.
Сражённый моей изобретательностью в пытках, потомок горцев задрожал и, бросив ребят у горящей избушки, рванулся в кусты. Не знаю, что уж там произошло, но после его ужасного вопля что-то хрустнуло, и стало очень тихо. Святоши больше не улыбались, а Дин, озверев, приставил меч к горлу едва державшегося на ногах Жореса:
– Сдавайся, Избранный, или он умрёт…
Игнорируя угрозы, я уверенно приближался - внутри уже бушевала «особая сила», умоляя выпустить её наружу. Не было причин ей отказывать - горло любителя пыток скрутилось в жгут, и я перешагнул через его труп, протянув руку к позеленевшим от страха священникам.
Вежливо поклонился магу, истово проклинавшему «демонское отродье» - наверное, меня:
– Отче, был рад повидаться, - вырвавшийся из ладони сноп пламени проделал в груди толстяка дыру размером с потерянный котелок Жореса, даже я удивился, пожурив разбуянившуюся силу:
– Не очень-то расходись…
Что касается седого негодяя, его пятки уже сверкали у кустов, из которых он недавно вылез. Правда, через несколько мгновений «старик в красном» неожиданно вернулся, истово осеняя себя охранными знаками и что-то бормоча о спасении души. И неудивительно - следом за ним вышел мой лохматый знакомый. Он вопросительно посмотрел, показав пальцем на дрожащего святошу и промычав:
– У?
Я вспомнил, как жестокий мерзавец приказал разделаться с разведчиками, и хмуро кивнул:
– Действуй, парень - он твой. И… спасибо, приятель…
Новый знакомый совершенно по-человечески кивнул и, махнув лапой на прощание, схватив потерявшую от ужаса голос «добычу» за рясу, утащил в лес…
Я задумчиво смотрел им вслед, когда дрожащий Граст дотронулся до моей руки:
– Это кто был, Терри?
Удивлённо взглянул на него:
– Кто? А это… это новый друг - У. Хороший парень, только любит выпить… Ну хватит о глупостях, займись Жоресом, а я посмотрю Дока и Ченси, пора лечить ребят.