Чтение онлайн

Все раненые уже были перевязаны. Можно было посылать рядового за помощью. Все три арбалета Гуран оставил себе.

Мы еще не доехали до коридора, когда даже я почувствовал беспокойство лошадей. Тарек дал мне знак остановиться, а сам вместе с остальными послал коней в рысь. Дувший в лицо ветер донес щелчки передергиваемых затворов. Ребята скрылись за поворотом дороги. Через считанные секунды туда поспел и я.

Все, что могло случиться плохо, тут уже случилось. На обочине лежала собака. Сарат оглянулся на меня и жестом дал понять, что сделать ничего не может. Рядом на коленях стоял рядовой из пограничников. До меня донеслось:

– Что же ты так, малыш, подставился... дурашка... я ведь тебя учил...

Мои остановились. Я выбрал место поодаль, но все было слышно. Тарек спросил по-военному четко:

– Какие потери?

Все же дисциплина у егеря была на уровне:

– Один раненый. Одна собака убита, другая ранена. Сержант увез их на заставу и приказал мне дожидаться дознавателей.

Я знаком попросил Сарата отойти. Рядовой кратко и толково доложил о боестолкновении.

На таком расстоянии егерь не мог разглядеть черты лица ушедшего. Но почему-то казалось весьма вероятным, что это был именно Хаммас. Что сейчас опаснее всего? То, что маги могут получить винтовки и их носителя... пусть это даже не Хаммас, а кто-то из поселенцев. Все равно они узнают о самом существовании Новой Земли, а уж это ни с какой стороны нам не надо.

– Тарек, живо выслать Вахана и Малаха. Они должны держать под контролем перекресток дорог в город и в Белые Столбы. Ни в коем случае никого оттуда не пропускать, сколько бы их ни было. При невозможности остановить - стрелять на поражение. Вероятно, поедут по дороге. Вряд ли кто будет срезать угол. По бездорожью, да еще с винтовками... нет, маловероятно. Хагар и ты сам - на север, перекрыть дорогу на Хатегат. Не думаю, что этот тип направится именно туда, но... ты сам знаешь. Нам с Саратом здесь быть совсем ни к чему. Мне уж точно: среди дознавателей может быть маг. И вообще: светить среди дознавателей наш интерес не стоит. Впрочем, надо бы подойти к стрелкам: вдруг кто выжил. И побыстрее. Сарат, тебе там может найтись работа. Силу зря не трать, она еще понадобится. Никакой некромантии, уж это точно. И никаких амулетов у них не бери. Нас здесь не было - ясно?

Мои стрелки помчались по назначению. Сарат побежал в направлении, где пряталась засада. Я потратил еще чуток времени на разговор:

– Имя, звание?

– Рядовой пограничной службы Шамир-им!

– Запоминайте с первого раза, рядовой. Вы нас не видели. С тем, кто ушел, мы еще... переговорим. Если у самого сержанта возникнут к нам вопросы - он знает, где нас искать. Задача ясна?

– Так точно!

– И... пес был твоим?

Совершенно неуставной медленный кивок.

– Сочувствую, Шамир. Друзей всегда терять тяжело, знаю. Пусть твой следующий напарник будет лучше и удачливее. Прощай.

Егерь явно не знал, насколько он должен следовать букве устава, поэтому еще раз кивнул, а я побежал за Саратом, стараясь все же держать дистанцию метров тридцать.

Сарат остановился описал короткую дугу рукой, потом глянул на меня и помотал головой. Я показал большим пальцем в сторону земли. Маг понял и кивнул.

Еще одна остановка, на этот раз лиценциат только бросил короткий взгляд и тут же показал пальцем вниз.

Очередной покойник почему-то потребовал сравнительно длительной жестикуляции. Я про себя решил, что потом расспрошу подробности.

На четвертой остановке Сарат поднял палец вверх.

Живой, выходит? Надо бы допросить, а как? Если Сарат наложит свои конструкты - кажется, это он и делает - моя особа враз их обнулит. А ведь оставлять этого человека в живых нельзя. От него дознаватели в два счета узнают... собственно, все узнают, в первую очередь о Новой Земле. Для нас скверно, для поселенцев - смертельно опасно. На такую малую территорию не пожалеют 'Черного пятна'. А когда узнают о нашем оружии - тут к нам и придет... тот, который констатируют, но отнюдь не лечат. Пока я пытался анализировать ситуацию, подошел Сарат (разумеется, без своих накопителей). Вид у него был насквозь деловой.

– Поставил я ему конструкт, командир. Простенький, но без него он более получаса не проживет - внутреннее кровотечение, он и так еле держится. Если по делу, так надо бы работать... ну, мне часа два, а Моане минут пятьдесят. Но я не уверен, что дело того стоит. Даже сейчас он говорит с некоторыми усилиями. Впрочем, рассказал обо всех событиях.

– Потом изложишь. Хочу с ним поговорить. Без твоего конструкта он сможет ответить на пару вопросов?

– Пожалуй. Но за дальнейшее и медяком не поручусь.

– Сейчас я к нему подойду. Где ты оставил свои кристаллы? У которого бугорка? А, понятно. Добро, иди за ними, я пока к раненому.

Почему-то меня совсем не удивило, что это оказался вожак. Он по праву занимал это место.

– Ригем, вы сами знаете, что проиграли. Думаю, вы давно это поняли. Понимаю, вы себя чувствуете все хуже и хуже. Но хотя бы один ответ я хочу получить. Зачем?

– Вы маг. Не поймете.

– Хорошо, пусть я не пойму сразу же. Но уверяю вас, запомнить сумею. Обещаю обмыслить сказанное вами и в конце концов понять.

На синюшных губах наметилась улыбка и тут же исчезла. Раненому было трудно говорить, но воля сохранилась.

– Да, проиграл. Но и вы не выиграете. Вы пытаетесь создать общество... где маги не будут кичиться... своими способностями и знаниями. Это невозможно. И чтоб при этом лишенные... магических способностей... не завидовали магам. Это тоже немыслимо. Не в силах человека изменить природу человеческую. Ваше общество погибнет. Гибель внутри него. Я всего лишь не захотел дожидаться взрыва.

– Вы неправы. Такое общество построить можно. Но на это понадобятся и огромные усилия, и, главное, долгое время. Возможно, я до этого не доживу. Но, по крайней мере, успею оставить указания: как достичь этой цели.

Мой собеседник успел удивиться - и умер. Я так и не узнал, поверил ли он полностью в мои слова.

На душе было - поганей некуда. Незаурядный человек, умный, с лидерскими задатками не смог вписаться в то общество, которое я начал строить. В конце концов погиб сам и еще четверых за собой потянул. Ну троих, скажем; южанин не в счет. А виноват в этом я: мог же наладить агитационную работу, но пустил почти на самотек.