Возрождение
Шрифт:
Очередной арбалетный болт, звякнув, отскочил от каменной кладки. Они забарабанили в дверь. Интересно, тут есть кто-нибудь или придется дверь высаживать? Уфф! Не придется. Дверь открылась, и бледный как смерть сторож с дробовиком в руках посторонился, пропуская их внутрь.
– Заходите, мужики! Сейчас я стражам позвоню…
Он решительно двинулся к телефону. Товарищи Кирилла обменялись быстрыми взглядами, и один из них приложил острие своего меча к спине сторожа:
– Плохая идея, дядя! Не надо звонить!
«У-у-у, как все запущено! Похоже, мне повезло оказаться в компании, где стражей любят еще меньше, чем нежить».
– Вы че, мужики, с дубу рухнули?! Да вы знаете, что ЭТИ с нами сделают?
– Ничего, отобьемся! Дай сюда ружье и отойди от телефона!
Сторож понял, что крепко влип, но оказался неробкого десятка и вовсе не собирался помирать из-за проблем с законом у его незваных гостей. Он резко отпрянул в сторону и развернулся. Но нажать на курок не успел – метательный нож одного из «искателей приключений» вошел ему точно в горло.
Невысокий коренастый мужик лет сорока с хвостиком, который бежал вместе с Кириллом, похоже, оказался главным, так как сразу же начал распоряжаться.
– Так, Санек, бери его берданку и занимай позицию у того окна. Да поройся в столе, может еще патронов надыбаешь. Гарик и Сема, берите «плевки саламандры» и тоже к окнам. Держите нежить на дистанции. Илюха, за мной!
Так как остальные начали выполнять распоряжения коренастого, Кирилл понял, что Илюха – это он, и двинулся следом за командиром.
– Постой, Толян! – спохватился Гарик или Сема. – У нас же, вроде, «лаз» был…
Толян (так, очевидно, звали коренастого) с досады плюнул на пол:
– Был, да сплыл! Его «доктор» при себе держал, а он в лесу остался. Его теперь ЭТИ доедают.
– Слушайте, ребята, уж больно толково нас обложили. Похоже, среди них кто-то из крутых есть. Как думаете, кто – вампир, лич или пустотник? – спокойно поинтересовался Кирилл.
– Типун тебе на язык, Илюха! – испуганно пожелал Санек.
Толян пожал плечами и мрачно усмехнулся.
– С вампиром еще можно попробовать потягаться, а если лич или пустотник, тогда – всем хана! Но пока мы еще дышим, давайте, за работу! Скоро мертвяки на приступ пойдут.
И пять человек принялись занимать оборонительные позиции.
Санкт-Петербург.
Во время Катаклизма северная столица России попала между молотом и наковальней. Юг города, словно корова языком, слизнул сектор Эллезар. С севером ту же процедуру проделал Амфал. Повезло лишь островной части, да историческому центру. Как ни странно, южная граница уцелевшей территории проходила примерно по Фонтанке, а северная чуть-чуть перешла за русло Невы.
Естественно, из этого факта заинтересованные лица потом раздули такую пиар-кампанию! Своеобразный новый брэнд города на Неве. Дескать, сама Вселенная вкупе с природой пощадили прекраснейшие творения рук человеческих. Чушь, конечно, несусветная! Если все так, почему канули в Лету великолепные дворцы и парки Петергофа и Ломоносова, на месте коих сейчас шумели леса Стилфа? Или почему потрясающие венецианские каналы уступили место пустынному ландшафту Энтома?
Нет, дамы и господа, природе, равно как и Вселенной, жалость несвойственна. Это привилегия живых существ, только не все ей пользуются. Даже если взглянуть на случившееся с точки зрения любителей очеловечивать природу, с чего бы ей жалеть творения тех, кто столь безжалостно и потребительски относился к ней?
Во Множестве Миров бывает мало случайного, но все же встречается. И данная история как раз относится к этой категории. Просто Силы стабильности во главе с Первосозданным именно в этот момент остановили Катаклизм, только и всего! И другие причины искать бесполезно.
Семье, интересующей Селену, повезло – они жили на Васильевском острове, в самой середине Большого проспекта. Волковы. Фамилия другая, но это еще ни о чем не говорило. В принципе, полное повторение сущности лучше всего удавалось с прямыми потомками нужной персоны, правда, бывали и исключения. Однако Селена не поленилась порыться в архивах и обнаружила, что гены Прозоровых передались Волковым по женской линии, что и объясняло смену фамилии.
Отец семейства, Петр Антонович Волков был предпринимателем средней руки, его супруга, Ирина Николаевна – преподавателем математики в школе. Приличная, интеллигентная семья. Старшему сыну, Михаилу, – тринадцать лет. А два с половиной года назад родился второй ребенок, тоже сын, которого назвали Сашей. Сашей… Действительно полное повторение. Когда Селена впервые увидела ауру малыша, ее душа странным образом встрепенулась. Такого с ней не случалось уже очень давно. Инферийка узнала эту ауру, ибо она, в свое время, навечно впечаталась в ее память.
Агент не обманул, а значит, Селена получила редкий, если не сказать уникальный шанс сыграть по-новому, с надеждой на счастливый исход, очень важный эпизод в своей жизни, связанный с ее единственной настоящей любовью к земному мужчине. В первый раз все вышло так нелепо и закончилось так трагически, что малейшее воспоминание об этом долгое время приносило ей мучительную боль. Но вот, судьба круто, почти по-каскадерски, вывернула руль – и казавшееся безвозвратно умершим чувство вновь стало оживать в ней.
Теперь она старалась надолго не упускать это семейство из виду, приглядывая, как бы чего не случилось с маленьким Сашей. Естественно, всякий раз она принимала разные обличья, дабы не вызвать у родителей подозрений, что кто-то следит за их семьей с дурными намерениями.
В данный момент Селена сидела в небольшой кафешке неподалеку от дома Волковых и ожидала, когда же вернувшийся из школы Михаил выведет младшего брата на традиционную послеобеденную прогулку. Было совсем не холодно – всего минус три, а в воздухе порхал легкий снежок. Погодка для катания на санках самая подходящая.