Войны клонов

ДВОРЕЦ ПРАВИТЕЛЯ ХАТТОВ ДЖАББЫ — ПЛАНЕТА ТАТУИН

Законы в галактике придумали люди. Поэтому Джабба из рода хаттов считал своим долгом игнорировать их все до единого. Своего сына Ротту он воспитает в том же духе.

— Могу тебя заверить, — произнес он, взмахнув своей короткой рукой и обведя ею сверкающий тронный зал, — что однажды все это станет твоим. И не только это. У тебя должно быть гораздо больше.

Подцепив нитку граненых изумрудов, каждый из которых играл на свету причудливым узором прожилок, он покачал ею перед глазами сына. Пестрая свита (эта коллекция необычных, покорных и стоивших больших денег существ — гордость Джаббы) безмолвно наблюдала за его манипуляциями под убаюкивающие звуки геленовых струн, перебираемых искусными пальцами придворного музыканта.

— Полюбуйся. Разве оно не прекрасно? Разве не бесценно?

Ротта загукал, пуская пузыри перламутровой слюны, и схватил ожерелье для более тщательного осмотра, словно оценивая его вес в каратах. Его лицо тут же просияло улыбкой. Он восторженно встряхнул изумрудами, как погремушкой.

— Чем ты богаче, тем сильнее.

Джабба ждал, пока Ротте не наскучит импровизированная игрушка и он выпустит ее из рук. Дворцовый страж из племени никто приблизился, чтобы забрать украшение.

— Наши стеблевидные тела медлительны, а потому разум должен быть быстрым. Тебе придется усвоить все эти уроки, прежде чем ты унаследуешь империю.

Ротта с любопытством уставился на отца. Он еще не осознавал своего величия. Что ж, ничего. Джабба будет твердить свой урок день за днем, пока Ротта, повзрослев, не усвоит, что единственный способ управлять галактикой, населенной этими проворными, бесцеремонными, дерзкими двуногими, — превзойти их интеллектуально, опередив их и навязав свои правила игры, завладеть богатством и заручиться поддержкой других стремительных и опасных существ.

Хатты не были созданы для движения. Они были созданы для Варла — давно покинутого ими мира, где их величина и форма не были ни помехой, ни увечьем. До тех пор пока они не вступили в противоборство с человекообразными.

«Но мы научились побеждать, — подумал Джабба. — Мы, как говорят ученые, нашли свою среду обитания — преступный мир. И теперь двуногие приходят к нам с протянутой рукой. Как бы то ни было, что есть злодеяние? И как смеет Республика указывать мне, что хорошо, а что дурно?»

Но тут его мысли прервал голос стража-никто [1] .

— Близится время ежедневной прогулки Ротты, о Правитель, — сказал он. — Прикажешь снарядить воздушный костер?

Джабба медленно сощурил веки и взглянул на старинные настенные часы из чаммийской слоновой кости, преподнесенные ему в счет карточного долга. А может, это плата за нарушение сроков контракта, после которой провинившийся контрабандист был помилован и вместо неминуемого выстрела в голову получил наказание палками? Впрочем, это сейчас не важно. Для Ротты пришло время прогуляться, как говорит его нянька, несмотря на то, что хатты передвигаются ползком.

Джабба медленно наклонился и, прежде чем взять Ротту на руки, пощекотал ему подбородки. Ребенок заметно прибавил в весе — это признак крепкого здоровья.

— У меня еще есть дела, мой маленький господин. Отправляйся с няней, и веди себя хорошо. Я поеду с тобой завтра.

Джаббе нередко доводится видеть отвращение в глазах гуманоидов. Тощие, неряшливые, хлипкие, ограниченные создания. Хатты кажутся им омерзительными — так они сами говорят. Но, убаюкивая сына, свою плоть и кровь — свою и только свою, ибо для продолжения рода хаттам не нужен был партнер, — Джабба был зачарован его совершенством.

Это был прямой потомок по линии его отца Зорбы, которая продолжала тысячелетнюю историю многих поколений хаттов. Ротта — наследник империи, тщательно воздвигнутой ими по кирпичику. И он должен превзойти достижения самого Джаббы. Это — важнее всего. уж во всяком случае важнее мнения двуногих.

Сегодня в качестве няньки был дроид. Иногда эти обязанности в случайном порядке выполнял твилек или другой слуга. Джабба не хотел, чтобы Ротта привязался к наемным работникам сильнее, чем к собственному отцу. Кроме того, он никому не доверял — никому! — а чем менее предсказуем режим дня Ротты, тем ниже риск. Вооруженная до зубов охрана уже готова была сопровождать няню с ребенком на прогулке.

Передавая Ротту на руки свите, Джабба погладил сына по голове со словами:

— Вы отвечаете за него жизнью.

Они хорошо знали: правитель не шутит.

Абсолютная власть над Татуином не была для Джаббы поводом для благодушия.

Страж-нянька удалился, и Джабба направил свой подъемник к роскошному ложу: на нем он будет возлежать, принимая следующего посетителя — наместника Бериза. Что и говорить, слишком высокий титул для рудокопа! Но зато он всегда готов вести торговлю промышленными тенилиновыми гранулами, необходимыми хаттам для строительства подконтрольных им трасс гиперпространства. А в военное время продажа любых дорожно-строительных материалов приносит колоссальную прибыль.

В случае если объявленная цена его не устроит, тогда Джабба, несмотря ни на что, захватит полезные ископаемые. Причем он знал несколько способов, как сделать это. Однако все же проще и дешевле было решить дело путем переговоров.

Он быстрым взглядом окинул тронный зал и остался доволен. Артисты, телохранители, слуги и рабы всех мастей — их число было впечатляющим и должно в полной мере продемонстрировать беризскому вельможе могущество Правителя хаттов.

— Введите наместника, — приказал Джабба, приняв капризно-требовательную позу. — У меня не так много времени.

В сущности, он кривил душой: времени было предостаточно. Хатты живут тысячелетиями. Спешить некуда. За свой век Джабба приобрел опыт и знания многих жизней. Разве могут с ним тягаться эти ничтожные биологические виды?

Наместник вошел, почтительно опустив голову, — разумное, многообещающее начало — и поклонился.

— О Правитель Джабба, — произнес он на сносном хаттском. — Благодарю за оказанную честь.

— Так что ты можешь нам предложить? — Джабба сделал длинную глубокую затяжку из пузырьковой трубки. — Я не размениваюсь на мелочи.