Чтение онлайн

Его увели. А Иллар продолжал рассматривать молодого.

— Кто должен был открыть ворота? Ты или он? — внезапно спросил он.

Оставшийся несостоявшийся убийца судорожно замотал головой:

— Он. Я… я только помогал… я докладывал…

Когда допрос закончился, Иллар вышел в замковый двор. Его уже ждал Фаркус.

— Как у тебя дела?

Фаркус крякнул.

— Если бы он не верил, что город выстоит, он бы так ничего и не сказал, как и предыдущий. Но он согласился говорить. При условии, что ты отвезешь его в Мадир. Только там он сможет скрыться от своего господина.

— Альтама?

— Да.

— Хорошо. Ты дал обещание от меня?

— Несомненно.

— И что ты узнал?

— Не особо много. Их было четверо. Твоего солдатика наняли тут. Он служит у восточных ворот.

— Да, он сказал, что докладывал о состоянии ворот. В какие места лучше бить. Он передал слепки ключей от малой калитки. Пронёс приготовленные отравленные сухари. Не понимаю только, зачем такого ценного человека, уже готового сдать город, послали выслеживать и убивать меня. Было бы больше толку от него там, на воротах.

— Приказ Альтама. Слишком ты его достал, сынок. Это не я сказал, это мой пленник. — Фаркус продолжил рассказывать. — После того как взяли Гольвена, он догадался, что тот его выдаст, знал, что мы его ищем, и прятался очень хорошо. Потому-то они и не смогли тебя убить. Мало людей. Первый попался. Второй — скрывается. Третий — не подходил для убийства, так и случилось. Есть ещё и четвёртый. Но тут он занят каким-то слишком важным делом. Да и не стрелок он, насколько я понял.

— Готовит подкоп?

— Этого мой не знает. Он вообще о нем ничего не знает.

— Не густо сведений за жизнь-то.

— Ну почему же. Мы теперь знаем, что именно он нанимал и руководил разрушение голубятней, да и потом отстреливал голубей торговой гильдии, тех, которые всё же прилетали.

— И всё? А как он держал связь с Альтамом? Какая у него была задача помимо того, чтобы убить меня?

— Он не знает, через кого связь. Возможно через четвертого. Скорее всего через него. Он оставлял для него донесения в нише Часовни, что стоит на площади перед дворцом. И там же получал приказы.

— Слишком опасно для того, кто скрывается.

— Но слишком удобно для того, кто редко покидает дворец.

— Четвертый — во дворце?

— Место передачи не менялось. Значит, он был во дворце до осады и остался там же.

— Приятного мало.

— Ну, как сказать. Если у него было больше возможности вас убить, а он до сих пор этого не сделал, значит, это всё же не воин.

— Да, это слегка утешает. — Иллар задумался. — Вопрос, как он передает сведения Альтаму?

— Когда поймаем, узнаем.

— Устроим ловушку у ниши в Часовне?

— Само собой, хотя, если он во дворце, он мог узнать о поимке двух убийц. Мы не кричали об этом на каждом перекрестке, но свидетели были. А в остальном как прежде. Никак. Мы ничего не знаем о нём.

— Если он не воин, значит ли это, что покушений можно больше не опасаться.

— И не надейтесь, милорд.

— Будете опять выставлять Латина или нас с Тайлис как приманку? — улыбнулся Иллар.

— Ну, это было не смешно. Мы, конечно, были рядом и шли за ними, но всё могло случиться. А так не хотелось отрывать тебя, сынок, от такого важного дела! — Фаркус рассмеялся и хлопнул улыбнувшегося Иллара по плечу.

За весельем Фаркуса крылось неприкрытое облегчение, что одна угроза миновала. И ничего он не боялся оторвать молодого человека от поцелуев. Иллар улыбнулся про себя, и крикнули бы, и заслонили.

Несмотря на праздник, осаждающие не теряли бдительности. Работы по установке новой речной решетки начались сразу после штурма. «Буйвол» противника возобновил свою стрельбу. Но решетку теперь устанавливали чуть дальше в город. Туда каменные ядра не долетали. А пока «буйвола» переносили чуть ближе к цели, решетку установили. Все началось сначала.

Цепи, перегораживающие реку, уже не скрывались, а наоборот, ими перегородили реку ещё в нескольких местах.

К большому сожалению Грайта, Кандир приказал спалить и мост, и фашины, и остатки лодок. Всю эту махину дерева и веток всю ночь забрасывали огненными снарядами, кидали на мост сосуды с маслом и смолой. Мост сгорел. Пропитанная водой гора фашин сопротивлялась несколько дней, то потухая, то разгораясь вновь, но до конца так и не сгорела.

В ответ Курхот где-то выше по течению приступил к строительству дамбы. Поток воды начал медленно уменьшаться. Но до осушения было ещё очень далеко. Осень, а с ней и осенние дожди были не за горами.

Помня об уроках отца, Иллар не пытался руководить всем сам. Основные вопросы обороны города решали Кандир и Бахтин. Но для решения некоторых проблем, чтобы составить представление об ущербе, об угрозах, ему требовалось увидеть и оценить самому. И поэтому он был везде. Его видели на крепостной стене, в разрушенных домах. В мастерских, где делались наконечники стрел, и изготовлялась тетива, в едальнях. Он присутствовал при похоронах погибших, навещал раненных в домах горожан и заходил в общественные купальни. Его узнавали, его приветствовали, горожане и солдаты знали, что он рядом, что он с ними, что тоже поднимало дух осаждённых. Улыбающиеся, уверенные лица жителей наполняли твердостью и его. Ему это тоже было нужно. И все же иногда хотелось остаться наедине с собой. Или с Тайлис.

Они продолжали встречаться каждый вечер на замковой башне. Временами молча, но чаще рассказывая что-то друг другу.

— Мои телохранительницы вывели меня из дворца потайными ходами, когда начался штурм дворца. Но бой в гавани я видела. — Тайлис, наконец, решилась рассказать то, что преследовало её в ночных кошмарах. — А потом мы ушли в горы. И оттуда наблюдали за падением моего города.

— Он не был укреплен?

— Был, с суши. Но Курхот пришел с моря. Он расправился с нашими кораблями, как детишки с лодочками из коры дерева. Это было ужасно.