Чтение онлайн

– Я не хочу тебя… меня тошнитот тебя.

– Да ладно? – сказала она, опустив руку на его челн и сжав.

В этот раз Джим разорвал контакт, отталкивая ее, отступая назад. Его голос стал внезапно спокойным, но это была ложь.

– Девина, блондинки на меня не действуют. Ты зря тратишь время.

– Да? Или ты хочешь, чтобы я просто поверила в это. – Она ступила вперед, снова становясь вплотную, вновь соединяя их тела. – Думаю, последнее верно.

– Меня это не волнует, демон. – Он снова придвинул губы ближе. – И это твои похороны, если ты откровенно пренебрежешь правилами… или ты думаешь, второй шанс для одной из твоих душ – худшее, что твой Создатель может сделать с тобой? Мне вот так не кажется. – Джим наклонился еще ближе, их губы почти соприкасались. – Я думаю, он способен на нечто посерьезнее.

Просто чтобы побесить его, она вцепилась в его губу, пробуя вкусную кровь.

Он даже не зашипел.

Нет, просто повернул голову и сплюнул. Потом снова взглянул на нее… будто хотел убить голыми руками.

Как. Восхитительно. Это. Было.

Боже, она была более чем готова для добротного, старомодного траха без ограничений, от которого остаются отметины, а тело болит на протяжении нескольких дней.

И в этой напряженной, почти-добилась-своего тишине, она рассматривала варианты. Продолжить нотации. Продолжить подколы.

Или… она может достать спичку и поджечь его бомбу.

– На твоем месте, я вела бы себя милее по отношению ко мне, – сказала она, слизывая языком свежевыступившую кровь на его нижней губе. – Потому что у меня есть то, что тебе нужно, не так ли… и все может пойти весьма скверно с твоей девочкой, если будет на то моя воля. Как там ее зовут? Сисси, точно…

Ба-бах!

Глава 43

Опустившись на свою женщину, Матиас лишь отчасти думал о сексе. Другая часть его мозга была занята, сообщая об улучшениях южнее талии.

Похоже, член был твердым как доска два на четыре[143]… и таким же длинным.

Лаская лоно Мэлс, посасывая ее плоть, глубоко проникая языком, он не мог поверить в то, что его эрекция сейчас, в это мгновение, наслаждалась трением, зажатая между его животом и матрасом.

Сюрприз!

Он заметил изменения в своем теле, как только уложил Мэлс – обнаженную – на кровать. Один взгляд на ее идеальные груди, и он ощутил, как шок прострелил вплоть до головки члена.

Он опустил взгляд на свои бедра и решил, что окончательно лишился рассудка.

Но потом, когда он встал с кровати и проследовал за Мэлс в ванную, то мог поклясться, что движение в штанах означало весьма специфичное «привет-а-вот-и-я».

И сейчас, когда Мэлс кончала у его лица, ее лоно, открытое для его рта, ее вкус ощущался на задней стенке его горла, он знал, что невозможное оказалось возможным.

Потянувшись вниз, он запустил руку между ног.

Он застонал у ее лона.

Он был твердым.

Твердым, как скала.

И, очевидно, отчаянно жаждущим: потому одно-единственное, мимолетное касание к позаимствованным кожаным штанам, и он был вынужден рухнуть на ногу Мэлс, шок, благодарность и…

Логика заткнула за пояс все эти «я-хуууу!», напомнив, что одно наличие эрекции не значило, что он сможет закончить дело.

– Матиас?

Когда он прокашлялся, Мэлс поняла, что что-то происходит, его женщина приподнялась на подушках.

– Что такое?

Выпрямляясь, он забрался на матрас, держа равновесие на одном колене. Потом он взял ее ладонь и потянул на себя. Матиас не доверял своему голосу, но, с другой стороны, слова здесь лишние. Она поймет его, как только почувствует.

Вспоминая то сумасшествие с Эдрианом в ванной, он по-прежнему не понимал, что произошло… но, вернув ко всему прочему зрение, сейчас он был твердым, и более чем жаждущим… и, благодаря парню, казалось, что сейчас, после столького времени, он был способен.

Он практически разрыдался.

Быть с ней, на самом делебыть с ней…

Мужчина был ангелом, способным на чудеса.

Матиас прижал ее ладонь к себе. В это самое мгновение, его бедра устремились вперед, член прижался к ней, он стиснул зубы от шокирующего удовольствия.

Мэлс напряглась… оно и ясно.

«Говори, придурок», – пнул он себя. Скажи что-нибудь.

Вместо это, он мог лишь тереться о ее руку, вращая бедрами… что считалось за мольбу, решил он.

И, о, Господи Боже… Мэлс перешла к делу, ее лицо было восхищенным, глаза сияли, когда она обхватила его сквозь штаны. Накренившись на бок, он позволил ей заявить о своих правах на него, его тело таяло, когда Мэлс села между его ног и потянулась к ремню брюк, которые Эдриан дал ему.

– Ты не против? – спросила она.

Он был благодарен ей за то, что она проявила чуткость по отношению к его шрамам. Но потом… сейчас они не были такими глубокими?

– Нет, если ты…

Она отмахнулась от этой проблемы, ослабив шнур, обвязанный вокруг его талии.

– Интересный ремень.

– Он черный.

– Значит, подходит к штанам, – сказала она одобрительно.

А потом он оказался обнаженным, не считая нижнего белья.

Забавно, наслаждаясь сейчас видом ее грудей, он мог не иметь рук, и ему было бы плевать. Но потом он посмотрел вниз, и не потому, что проверял наличие ног.

Окей, это не его воображение: его член был напряжен за тонким хлопком его боксеров, будто был готов прорвать в них дыру, чтобы добраться до Мэлс. И это было странно… этот длинный, толстый ствол, казалось, не принадлежал ему, когда был в рабочем состоянии… может, это результат его прошлого; кто знал, кого это вообще волновало. Но сейчас, чертова штука казалась даже живее, чем его разум.

И все же он должен предупредить Мэлс, что это может закончиться не так хорошо…

В мгновение, когда она коснулась его, в секунду, когда ее теплая ладонь обхватила его через ткань, его тело ответило мощно, его рот раскрылся, выпуская очередное проклятье.