Восторг
Шрифт:
И ничего не добилась.
Руки и ноги замедлились.
Сердце забилось быстрее.
Огонь в легких стал вулканическим.
Спустя вечность, слабый шум в ушах отдалился, как и холод Гудзона, как и боль в груди. А, может, на самом деле происходило гораздо большее… и она просто начинала терять сознание.
Почему это происходило?
Почему, черт возьми, это происходило?
Смутно она приготовилась к тому, как перед глазами пронесется вся жизнь, собралась с духом для списка сожалений, для лиц людей, по которым она будет скучать больше всего… среди которых определенно будет лицо Матиаса…
Вместо этого она лишь продолжала задыхаться и думала, черт, так вот как это закончится?
Не самая вдохновляющая последняя мысль…
***
Двигаясь вслед за отслеживающим заклинанием, которое он наложил на репортера, Джим очутился у сооружения, похожего на лодочную базу на краю реки Гудзон. Небо над головой было настолько затянуто облаками, что с таким же успехом могла быть полночь, а не полдень, но он волновался не о мраке.
Как только он оказался в нужном диапазоне, присутствие Девины словно крик пробежало по его шее…
А затем сигнал от репортера исчез.
Ворвавшись в открытую дверь, Джим замер, когда увидел Девину во плоти, на каблуках, твердо стоящих на досках доков.
– Сюрприз-сюрприз, – сказала она, вздергивая подбородок и перебрасывая волосы через плечо.
На долю секунды он едва не бросился на демона. Джиму так хотелось сжать ей горло своими руками и не отпускать, пока она будет вырываться, сжимать, пока не оторвет голову от ее чертова позвоночника.
Но он пришел сюда ради репортера.
Обыскивая это место, он… ничего не нашел. Никого. Лишь волны, ударяющиеся под плотами, неспокойная вода баламутила все вокруг.
– Где она? – потребовал он.
– Где кто?
«В воде», – подумал он.
Джим прыгнул вперед, отшвырнул демона с пути, надеясь, что она упадет на свою костлявую задницу, и начал искать девушку на всех пустых пристанях. Боже, река была мрачной, из-за отсутствия света она казалась совсем непрозрачной.
– Что ты ищешь? – услышал он Девину.
Слоняясь вокруг, он нашел только пенящийся поток… и не купился на это. Демон явилась сюда с какой-то целью… и оставалась здесь тоже неспроста.
– Хочу, чтобы ты ушла. Прямо сейчас.
– Это свободный мир.
– Только если ты проиграешь.
– Я это вижу в ином свете… – засмеялась она.
Джим бросился на своего врага и встал рядом с ней нос к носу.
– Уходи. Или я уничтожу тебя прямо здесь и сейчас.
Ее глаза скверно блеснули.
– Ты не можешь так со мной разговаривать…
Даже не осознавая своих действий, Джим сомкнул руку на ее горле, его небольшая фантазия начала становиться реальностью, когда он стал пропускать через хватку энергию…
Откуда ни возьмись, в сарае появился источник света… нет, погодите, это был он. Он сиял.
Ладно, все равно. Джим был так зол, что запросто мог стать зеркальным шаром… особенно когда к вечеринке присоединилась вторая рука. И в какое-то мгновение Девина просто снова засмеялась ему в лицо, но затем что-то изменилось. Ей стало тяжело дышать, она, царапаясь, пыталась сорвать хватку со своей шеи сначала со злостью, а затем с чем-то близким к страху.
Сияние, исходившее от него, распространилось по телу, становясь сильнее, пока не начало отбрасывать тени – и Джим продолжал сжимать, толкая демона назад так, что она оказалась в ловушке между лодками, поднятыми на стояки, удерживая ее на месте своим телом. Его с головы до ног трясло от силы, и каким-то образом он знал, что заводит ее… и возбуждение тут ни при чем. Да, он был тверд, как и любая часть его тела. Каждая мышца была сжата, от челюсти до бедер, от плеч до зада.
Черт, он собирался это сделать.
Прямо здесь и сейчас. К черту Найджела и тех английских мудаков, его начальство. К черту игру, войну, конфликт… называй как хочешь. К черту все…
Что-то позади него взорвалось, вырвавшаяся вода ударила ему в ноги.
А после раздался большой, с трудом сделанный вдох, за которым последовал сухой кашель.
Джим на долю секунду отвлекся, чтобы посмотреть, что это… а большего Девине было не нужно. Демон испарилась из его хватки, с визгом слившись в черную тучу молекул, а затем напала на него.
Столкновение было сравнимо с десятью тысячами пчел, кусающими каждый дюйм его кожи, и, рухнув на пол, Джим закричал, не от боли, а от разочарования.
Девина не стала наносить контрудар и исчезла, слившись с затемненным ею небом, становясь им, с облаками зла наверху.
Исчезла, ушла, сбежала… пока что.
Со своего места он наблюдал за ее побегом, выкидывая ругательства, стараясь отдышаться… а затем сосредоточился на журналистке, пытавшейся спастись.
Около ближайшей пристани из воды показалась пара бледных рук, которые нащупали палубу, ногти вцепились в дерево. И потом, с огромным усилием женщина вытащила мокрую, холодную себя из глубин реки.
Она рухнула рядом с ним, никто из них не двигался, пока они приходили в себя.
– Нам… нужно… – она закашляла, – прекращать встречаться… вот так.
Глава 38
Издалека доносилась чья-то речь. Соседа Джима.
Матиас не мог сосредоточиться на звуках, его нейронные пути забились всеми этими профилями, адресами сайтов и кодами… вспоминая все, до самого первого адреса своей электронной почты и комбинации от замка для велосипеда в начальной школе… и досье Джима.
– Матиас… поговори со мной. Что происходит. – Не вопрос. Требование… и ему захотелось повиноваться. У них с соседом развились своего рода деловые отношения: сначала те черные твари, теперь проблема с трупом и машиной, поэтому он чувствовал необходимость ответить.
Но не мог говорить.
Что-то ухватило его за зад… нет, погодите, это земля или сиденье. Ему пришлось сесть. Моргая, он пытался увидеть что-нибудь сквозь видео игру, развернувшуюся перед ним, но не вышло.
– Матиас, приятель… тебе нужно поговорить со мной.