Восход доблести
Шрифт:
Кира посмотрела вперед и увидела, что пороги разветвляются, течение набирает скорость, и девушка приготовилась прыгнуть, понимая – сейчас или никогда. Они с Диердре перекинулись взглядами и одновременно прыгнули в ревущую реку. Кира захватила с собой Лео.
Кира почувствовала, как погружается в воду, снова замерзая. Ее кожу пронзила тысяча маленьких иголок, когда она поплыла к берегу. Пока течение несло их вниз по реке, они поплыли в сторону, пробираясь к берегу реки. Течение замедлилось и стало более поверхностным. В конце концов, Кира почувствовала под ногами дно реки, после чего она начала ползти на руках и коленях, выходя их воды на песок.
Кира рухнула на песок вместе с Диердре и Лео. Они выбились из сил, промокли до нитки, в волосах и на лице девушки был песок, но ее это не волновало. Она тяжело дышала, сплевывая воду. Кира лежала и несколько минут не шевелилась, ее руки тряслись от напряжения. Ей хотелось уснуть и не просыпаться миллион лет. Она спрашивала себя, закончится ли это путешествие когда-нибудь?
Кира не знала, сколько времени прошло, когда она ощутила ладонь под своей рукой, которая помогла ей подняться. Подняв голову, она увидела, что над ней стоит Диердре с улыбкой на губах.
«Ты спасла мне жизнь – снова», – сказала девушка.
Кира поднялась и улыбнулась в ответ, стряхивая с себя песок и чувствуя усталость во всем теле.
«Что ж, полагаю, если водопад не смог убить нас, то ничто не сможет», – ответила она.
Кира стряхнула грязь и песок со своего тела и с Лео, когда он подошел ближе и лизнул ее ладонь. Все трое повернулись и посмотрели на белый лес перед собой, бесконечный участок древних белых деревьев, сияющих на послеполуденном солнце.
«Через эти деревья дорога ведет в Ур», – заметила Диердре.
«Как думаешь, сколько еще идти пешком?» – спросила Кира.
Диердре пожала плечами.
«Еще несколько дней».
Кира посмотрела на темнеющий лес, услышала оттуда крики странных животных, с грустью в сердце ища повсюду глазами Андора в надежде, что ему каким-то образом удалось спастись.
Но, разумеется, его нигде не было видно. Они были одни, абсолютно одни – втроем, без продуктов, без коня, лишь с оружием, переброшенным через плечо Киры.
Кира знала, что они не могут зря терять время. Она сделала первый шаг в лес в сопровождении своих друзей, направляясь в долгое и одинокое путешествие в Башню Ур.
Кира, Диердре и Лео шли через Уайтвуд, листья хрустели у них под ногами, в то время как деревья вокруг них покачивались. Они шли молча уже несколько часов в сторону запада, по мере того как опускался закат. Кира спрашивала себя, дойдут ли когда-нибудь до Ура. По крайней мере, она испытывала облегчение от того, что они находились по другую сторону от реки Танис, и она позволила себе подумать о хорошем. Кире казалось, что ее сердце забилось чаще, когда она осознала, что Ур уже близко. Если больше не произойдет никаких неожиданных встреч, она сможет дойти туда в течение нескольких дней. Теперь у них даже была еда, благодаря Лео, который весело подпрыгивал позади них, держа в пасти трех мертвых кроликов, убитых им в пути. Самоотверженный, он не стал их есть, ожидая минуты, когда сможет поделиться со всеми.
По дороге Кира думала о своем отце, задавалась вопросами, где он сейчас, одерживает ли победу в сражениях или, она не осмеливалась представлять, жив ли он еще. Она думала об Эйдане и даже о своих безрассудных братьях, которые ее раздражали. Кира спрашивала себя, останется ли еще на земле Волис, в который она сможет вернуться, или же пандезианцы сотрут его с лица земли. Она знала, что это только вопрос времени, прежде чем огромные армии Пандезии услышат о том, что они сделали, пока они все не отправятся на ее поиски. Кира знала, что это была гонка со временем, пока она не доберется до безопасного Ура.
«Почему?» – спрашивала она. – «Почему я нужна в Уре? Кто мой дядя? Кто моя мать? Какими силами я обладаю, которые могут помочь моему отцу? И почему все это скрывали от меня? Правдивы ли пророчества? На самом ли деле я стану могущественным воином, как мой отец?»
Послышался шорох веток, который вывел ее из задумчивого состояния, и Кира вдруг ощутила руку Диердре на своей груди. Подруга остановила ее. Все трое остановились на краю линии деревьев и, посмотрев по сторонам, Кира удивилась, увидев перед ними дорогу, петляющую через лес. Глядя на широкую, хорошо протоптанную лесную дорогу, она еще больше удивилась, когда услышала, что по ней кто-то идет. Раздался громкий шорох, сопровождаемый скрипом деревянных колес. Девушка поняла, что это повозка.
Сердце Киры бешено застучало, когда она увидела огромную повозку с голубыми и желтыми символами Пандезии по бокам, которая повернула за изгиб и направлялась к ним. Повозка приближалась, лошади шли рысью и, когда она проехала мимо, Кира подняла голову и увидела за решетками лица нескольких девушек с ужасом в глазах. Они казались ее ровесницами.
Кира ощутила приступ негодования.
«Они везут их к Лорду Губернатору», – заметила она.
Кира наблюдала за тем, как за одной повозкой последовала другая, наполненная вооруженными солдатами Пандезии. Кони бежали рысью, оставляя облака пыли, после чего они свернули за изгиб и исчезли так же быстро, как и появились.
Кира и Диердре переглянулись, и Кира увидела то же возмущение в глазах своей подруги.
«Я знаю, о чем ты думаешь», – сказала Диердре. – «Но если мы последуем за ними, нам ни за что не удастся с ними справиться. Ты осознаешь, что их намного больше, чем нас, не так ли?»
Лео рядом с ними зарычал.
Кира не знала. Сердцем она понимала, что, несмотря на неравные силы, несмотря на риск, она не может позволить той повозке просто уехать. Это будет преследовать девушку на протяжении всей ее жизни. По пути ей встретилась несправедливость, и она не может пройти мимо нее.
«Кем я буду», – спросила Кира. – «Если отвернусь от нее?»
Она посмотрела на свою подругу и увидела страх в ее глазах, но вместе с тем воодушевление и, наконец, ту же решимость. Диердре кивнула, и Кира поняла, что может рассчитывать на подругу.
Кира протянула руку назад, крепко сжала свой жезл и, не успев даже тщательно все обдумать, выбежала из-за деревьев. К ней присоединились Диердре и Лео. Втроем они бежали в противоположную от Ура сторону, подальше от своего путешествия – и навстречу справедливости.