Волчья степь
Шрифт:
– Погоди,- попытался припомнить я,- это ведь уже после Напасти было, недавно сравнительно?
– Ну да, лет сто или меньше даже… Местные сюда не ходят, зверье всякое тоже.
– А почему?- подозрительно спросил Форгет.
– Почему-почему…- откликнулся я.- Нам еще повезло, что после дождя сюда угадали. А вот когда сухо, да ветер…
– Ладно, братья-рейнджеры,- вмешался Малыш,- вы это хоть до утра обсуждайте, а лично я, пока песок не высох и ветер не поднялся, на боковую.
– Дело хорошее,- согласился Дикс.
– А ты-то чего радуешься?- усмехнулся я.- Вам с Форгетом первые три часа караулить.
– Лешак ты после такого… Ладно, Волк с тобой. Но учти, через три часа кипятком будить буду.
– Годится,- отозвался я, заворачиваясь в мокрое насквозь одеяло.- Только для начала костер сооруди, хорошо?
– Я б соорудил, не побоялся… только за дровами ходить далеко - лиг пять-шесть… Так что живи.
– Я тебя тоже люблю… Малыш, дай еще этого своего… горючей смеси.
– Так и знал, что тебе понравится.
Я отпил глоточек, вернул флягу Малышу:
– На безрыбье и сам…- окончание поговорки потонуло в могучем зевке, и я провалился в глубокий, чуть не летаргический сон.
ГЛАВА 22.
Похоже, мне на роду написано не досыпать. И просыпаться при этом в экстремальных ситуациях. А то, что ситуация стала экстремальной, я определил, еще глаза не продрав и не разобрав, в чем дело - просто словно ледяной водой окатило. А Камень, кстати, помалкивает…
Я еще в себя со сна не пришел, а уже оказался на ногах и выставил перед собой меч.
– Не суетись, Меченосец, бесполезно.
Голос до боли знакомый… Оглядываюсь; сначала вижу бледного, оскалившегося Дикса, потом - Секретника, он, кажется, еще уменьшился ростом и разросся в ширину. И все это в тревожном, прыгающем свете факелов, а еще в глаза бросается долговязый молодчик в чем-то типа сутаны с короткоствольным автоматом в лапах. Автомат, по установившейся традиции, смотрит мне в брюхо. И самое смешное, что молодчик не один, чувствую я как минимум, пятерых. Нет, чтоб раньше почуять! И Дикс хорош, караульщик хренов…
А голос продолжает:
– Вот и снова повстречались… А ведь я сразу не верил, что ты погиб.
Свет настолько неверный, что приходится прищуриться, чтоб разглядеть говорившего. Невысокий, довольно худощавый, он стоит метрах в трех-четырех от меня, чуть расставив ноги и приподняв ствол тупорылого автомата, словно ожидает, что я прыгну на него через разделяющее нас пространство. Крупный мясистый нос, встопорщенная бородка, маленькие и внимательные медвежьи глазки… Хромой! Здесь-то он откуда взялся?! Последний раз я его в Столице под Цитаделью встречал…
– А до утра ты подождать не мог?- подал голос Малыш.- Невежливо так людей будить.
Хромой, продолжая разглядывать меня, пожал плечами:
– Захочешь жениться - ночью не спится… Ты, Меченосец, я вижу, нашей встрече не очень-то рад?
– Да нет, почему же…- промямлил я. Но как он нас на сей раз вычислил? И, главное, зачем?
А он, словно отвечая на мой вопрос, заговорил неторопливо, словно мы с ним где-нибудь в курилке беседуем:
– Если помнишь, Меченосец и ты, рыжий, за вами должок числится. А в последнюю нашу встречу он подрос. Согласны?
– Со времени последней нашей встречи многое изменилось. И теперь, кредитор ты наш неуемный, мы работаем не сами по себе, а имея прикрытием Орден.
– И кто нам мешать будет, тот с Верховным Магистром поссорится,- подхватил Дикс.- Я - его эмиссар. Это лейтенант Форгет из Секретной Инквизиции. А ты-то кто такой?- с вызовом закончил он. Хромой беззвучно рассмеялся:
– А я - это просто я, давний Меченосцев друг. И не люблю, когда моих людей кто-то убивает.
– А Верховный, на которого ты, помнится, в Столице работал, не любит, когда препятствуют его миссиям особой важности.
– Во-первых, он отсюда далеко. А во-вторых, если я тебя привезу - это я только в его глазах оправдаюсь. он сам так сказал. Я тебя живым привезти хочу.
– Трудно.
– Тогда мертвым. Или вообще не привезу. только от тебя и зависит, буду ли я его доверие восстанавливать. И, кстати, мое последнее предложение пока в силе. Будем вместе работать?
– Цель не оправдывает средств… Да и на тех пятерых ты деньги зря угробил.
– Это на длинного, со шрамом, на его-то людей? Да нет, не зря - мы же с тобой встретились.
– Не отрицаю… Но видишь, меня заполучить - удовольствие сомнительное, а вот с Чародеями поссоришься при этом всерьез и надолго.
Говорим только я и Хромой, остальные молча внимают - и наши, и автоматчики Хромого, их четверо.
Хромой выдавил свою фирменную улыбочку - ехидную и сумрачную одновременно:
– Чародеи, о которых ты тут говоришь, обо мне ничего не знают. Если ты со мной согласишься, Лиге мы ничего и не скажем. Если нет - тогда подавно. Мои ребята будут молчать - действуем-то мы на свой страх и риск, хоть и с разрешения Верховного. А пока пусть орденец и Секретник в сторонку отойдут, а мы с вами побеседуем.
Форгет послушно двинулся к автоматчиком, один из них, направив ствол на него, жестом приказал остановиться в нескольких шагах. Я оглянулся на Дикса - стоит, глядя исподлобья, бледный, нахохленный - но и с места не двинулся. Я тихо бросил ему:
– Иди!- не хватало еще кого-то с собой на тот свет тянуть… А он вместо ответа только глянул на меня и головой покачал. Есть все же в нем что-то такое, с большой буквы…
Я было собирался рявкнуть на него, но тут меня прервал начальственный рык Форгета: