Чтение онлайн

Ну, меня тоже можно понять, попав в этот в лагерь в десять лет, с двенадцати я начала свою подрывнувную деятельность, а вот с четырнадцати меня заметил эхисар. Ну как сказать заметил… Он собственноручно еще четыре года назад (на тот момент), выбрал меня и еще семерых рабов из предложенных ему высшим начальством. И мне еще тогда показалось, что как-то не так он на меня смотрел. Все свои придумки я, конечно, списала на стресс… Но вот в четырнадцать, неизвестно по какой причине, он снова меня заметил! Да так заметил, что желание скрыться из разряда «сложно, но возможно», перебралось в разряд «невозможно, смирись с неизбежным». И в течение уже шести лет я систематически страдаю от выговоров подобного рода. Раньше конечно было хуже, потому что чаще – каждый день, и в день по несколько раз господин Хошет вбивал в мою неразумную голову, что стать "фавориткой" эхисара это очень выгодно и чрезвычайно полезно, правда, никогда не говорил для кого именно. В то время я ненавидела всех и вся. Всё, что было у меня на уме – это гнев и жажда мести. И спасибо им за это! Не веря никому, я сторонилась и Хошета. Последний, видимо поняв бесполезность своих увещеваний, сбавил обороты. И с семнадцати, "воспитательные" беседы проводились со мной, то раз в неделю, то раз в месяц, а если повезет, то и раз в два месяца.

– Я никогда не предлагал тебе ТОЛЬКО роль грелки, – спустя какое-то время ответили мне, смотря в глаза. Вот мне интересно, у него зрачок все-таки есть или отсутствует, за ненадобностью?

– Да ладно? – не поверила я.

– Никогда, – он прорычал, я прониклась.

– Это абсолютно бессмысленный разговор. Ни к чему новому он не приведет, – попыталась я выбраться "наружу". – Мой ответ по прежнему "нет".

– Глупо, – поставили диагноз моему образу жизни, и выпустили-таки на такую желанную свободу. Я успела сделать буквально два шага, перед тем как меня позвали. – Хина.

Повернувшись на голос, я моментально задохнулась от удара в под дых. В глазах моментально потемнело, но с полом я не встретилась – поймали жесткие (жестокие?), горячие руки. И уже находясь в полуобморочном состоянии, я услышала:

– От меня ты не уйдешь, – шепотом, а следующую фразу уже в голос. – Орэн! Орэн, ей стало хуже. Отведи в "коробки", только одеяло захвати там холодно.

Всё! Сознание покинуло сии владения и не обещало вернуться. Последней мыслью было, что-то про торги мое отсутствие на них и левую почку, обладающую даром предвиденья.

Глава №2.

– Хинадор! – ну вот, брат опять не доволен, а я ведь так старалась.

– Даа, – потирая ушибленное седалище, вставала я с земли.

– Что да?! – бесновался Миказу. – Ты не стараешься! Как можно было пропустить такой элементарный удар?!

– Это, смотря для кого, он элементарный! – защищалась я. Похоже, и пояснице с плечом досталось.

– Для тебя все должно быть ожидаемым! – раздраженно дернул он хвостом. – Хинадор, ну сколько раз тебе объяснять, что враг никогда не будет честно сражаться, – вздохнув, посетовал Миказу, уже видимо остыв. – Подножка? Запросто. Земля в глаза? Легче легкого. Скрытые иглы и лезвия? Как нечего делать, – ходя из стороны в сторону, перечислял он способы вражеского обмана. – ТЫ должна быть готова ко всему! – остановившись, он серьезно посмотрел на меня.

– Да поняла, поняла. Прекрати, – раздраженно отмахнулась я от навязчивых наставлений.

– Что прекратить? Учить тебя? Заботиться о тебе? Быть твоим братом? – нагнетал Миказу.

– Называть меня Хинадор! – взорвалась я. – Прекрасно же знаешь, как меня это бесит!

– Полное имя… – удивился брат. – Но… Почему? – все еще не понимал он.

– Просто так, – ну как ему объяснить. – Не люблю и всё. Зови, как всегда Хиной, – ответила я, отряхнувшись и направляясь за тренировочным муляжом в виде кинжала, выполненным полностью из дерева, чтобы не поранить оппонента, но с сердцевиной из булата для веса.

– Неженственное да, – не спрашивал, а утверждал Миказу. Услышав это, я резко остановилась, будто бы налетев на невидимую стену. Чёрт… Брат, как всегда сама проницательность. – Это так важно для тебя?

– А сам как думаешь, – все еще стоя спиной, тихо ответила я.

– Я? Ха, ну по мне так это самое потрясающее имя! – весело ответил Миказу.

– Что? – я, все еще не веря своим ушам, повернулась.

– И оно тебе очень подходит, – игнорируя мой вопрос, продолжал брат. – Или ты хотела бы быть какой-нибудь Элини или Хиели или может быть Ваёри? – блин и откуда он эти имена, только берет. Такие все приторные, что у меня аж зубы свело.

– Ни за что в жизни! – твердо сказала я.

– Ты когда-нибудь задумывалась о значении наших имён? – все еще не обращая внимания на мои высказывания, спросил брат. Видимо это все-таки риторический вопрос и ответа он не требует, но я все равно отрицательно покачала головой. – Ха, я так и думал. И чем ты только занимаешься в свободное время?

– А оно у меня есть?! – не сдержалась я.

– Да полно! – у меня дар речи пропал, а этот гад еще и улыбается. – Ладно, слушай, твой добрый старший брат сейчас все объяснит, – а еще чрезвычайно скромный. – Имя нашего дедушки я думаю, ты знаешь. Так вот Даргари означает "спаситель".

– И многих он спас? – исключительно из-за природной вредности возразила я и бухнулась обратно в траву. Рассказ обещал быть долгим.

– Ребенок… – вздохнул брат. – Дальше. Наша бабушка со стороны отца Титрид – "грозная". И не спрашивай почему. Уж это-то ты точно знаешь. Папа часто ее именем ругается, – ха, это точно. Любимая его фраза: "Титрид тебе на голову". Бабуля, говорят, была дюже эмоциональной. Только почему-то злость, гнев и раздражение лились из нее водопадом, а вот удивление, веселье и особенно похвала текли едва заметным ручейком. Вот, ее и боялись даже больше дедушки Даргари, а ведь главой был он… – Ооо, вижу мыслительную деятельности. Опять вспоминаешь ее подвиги? Ладно, давай дальше, а то времени и так мало, тебе ведь еще к Октоки идти на озеро, да? – я заскулила. – Значит да. Кстати Октоки – "бывалый" во всех смыслах этого слова. Вот мой друг Токаджо – "скромный". А…

– Это насмешка такая? – перебила я. – Уж он-то скромный! Рыба скорее говорить научиться, чем Джо скромным станет. И не смотри на меня так! Сколько у него девушек? Три? Пять? Восемь? Не удивлюсь, что и это не предел.

– Вообще-то одна, – серьезно ответил Миказу.

– Даа? – не поверила я. – А остальные тогда кто? Запасные варианты?

– Да какая разница! – сдался брат. – Мы вообще не об этом говорили. Так кхм, на чем я остановился? Ах да… Ну, возьмем твоих подельников…

– Чего?! Почему это сразу подельников-то?!

– Вот Хиточед это "громкий", – даже не заметив моего праведного вопля, продолжал он. – И не спорь, орет он знатно. В тот раз половину селения разбудили! – воинственно молчу. – Игнорируешь? Ладно. Килиритан вот еще есть. "Холодный" это точно про него. Он вообще знает, что живые существа способны на различные эмоции?

– Да чем он тебе так не нравится?! Может он только с вами так себя ведет, а с нами веселиться, да так, что дай боги каждому?!

– Да? – не поверил брат.

– Нет, – пришлось признаться. Китан и, правда, был слегка не от мира сего. Его за это многие побаивались и потому ненавидели. Ровно до тех пор пока я его не вытащила из того оврага… Ох, и получили у меня тогда его обидчики! А Китан был настолько поражен, что разрыдался и поклялся всегда быть моим сухором. Что это такое? Да тут все просто сухор – это "тот, кто отдаст свои кровь, жизнь, душу и тело за своего кухора". Да, вот так, любили наши предки различные загадки. Хотя это проще чем кажется на первый взгляд. Сухор – это спасенный, который обязан жизнью своему защитнику, а кухор, соответственно тот, кому должны и тот, кто спас. Китан, конечно все тогда сделал на эмоциях, но до сих пор не отказался от столь бредовой идеи. Почему бредовой? Так клятва "СУхоКУ" не расторгается, фактически пожизненный "долг". Её из-за этого и перестали использовать. Испугались, наверное…