Чтение онлайн

— Пей, чего ждешь! Владлен говорил, на свету испортиться может!

Пожав плечами, сталкер проглотил содержимое пузырька в один присест, прислушался к ощущениям. Снова ничего. Только в животе бурлило. Но это, скорее, от голода, нежели от лекарства.

— Ты знаешь, Глеб, не хочу тебя расстраивать, но, по-моему, Кантемиров тебя надул. Это обычная вода.

Таран покосился на сына. Тот, уткнувшись в клочок бумажки, судорожно водил пальцем по строчкам неровного текста. Губы его сосредоточенно шевелились.

— Что это?

— Обертка от пузырька… — В глазах мальчика застыло удивление. — Здесь записка от Владлена! Читай!

Заглянув внутрь, сталкер напрягся, разбирая каракули покойного.

Одновременно подняв глаза от записки, мальчик и сталкер переглянулись.

— Не может того… Неужели… — Таран выглядел растерянным донельзя.

— Что ты помнишь о том случае с болотным дьяволом? Как это было?

— Как, как… Довелось однажды в вентшахте заночевать. Не помню толком ничего. В голове отложилось только, как «зеленые» будили…

Сталкер задумался, припоминая детали той памятной встречи, когда веганцы привели его в чувство после укуса москита. В этой истории было много странного. Самого дьявола увидеть так и не удалось. Это уж врач потом, осмотрев ранку, заявил, что… Стоп! А было ли следом укуса то невзрачное пятнышко на руке? Уж не о наркотике ли пытался предупредить настоящий отец Глеба? И почему Сатур тогда, на Совете, заявил, что Веган нашел лекарство? Не раньше и не позже, а именно в самый выгодный для «зеленых» момент! Странное поведение веганцев больше не казалось нелогичным. Хитрые ублюдки как всегда оказались на высоте…

— Найти бы того упыря, который тебя на эту «сыворотку» подсадил! — Глеб со злостью стукнул кулаком о ладонь.

— Он уже понес наказание.

Вместе с эпизодом дуэли в памяти всплыл и короткий разговор с покойным ныне отцом Глеба. Обещание сохранить встречу в секрете жгло душу сталкера. Как бы отреагировал приемный сын, узнай он… Про что? Про ужасы плена, про дряхлого старца? Пожалуй, прав был узник. Пацана такая весть не обрадует. И без того натерпелся, горемыка.

Сталкер пошарил в разгрузке, нащупал холодный металлический брусок, протянул мальчику.

— Моя зажигалка! — просиял Глеб. — Откуда?!

— Долгая история, — спародировал Таран, наблюдая за его восторженной реакцией.

Отсек качнуло, переборки задрожали. Тягач дернулся и замер на месте, урча двигателем на холостом ходу. Распахнулась створка люка. В проеме показалась голова водителя в круглых защитных очках и танкистской шапке.

— Московская! — деловито буркнул он, так же быстро исчезая в кабине.

Пряча зажигалку во внутренний карман куртки, Глеб нетерпеливо выглянул в иллюминатор. Совсем рядом маячил до боли знакомый спуск подземного перехода.

Пригибая голову, подошел Геннадий. Настало время прощаться. Мутант решил прокатиться с Афанасом до Чкаловской, чтобы помочь вавилонянам уладить конфликт с городскими колониями и довести до Совета результаты расследования. Таран с радостью делегировал приятелю хлопотную миссию, поскольку на дух не переносил подобного рода сборищ и пустопорожних разговоров. Геннадий с не меньшим энтузиазмом ухватился за идею выступить своего рода посредником, в надежде что Приморский альянс оценит его заслуги в поимке террориста, замнет последствия нелепого суда и восстановит в прежней должности.

К всеобщему удивлению, Аврора тоже изъявила желание сойти. Как только все трое спрыгнули на истрескавшийся заиндевелый асфальт возле входа в метро, многотонная «Малютка», пыхнув клубами дыма, резво покатила по Московскому проспекту.

— Куда теперь? Домой? — спросил Глеб у девочки, поправляя респиратор.

Та неопределенно пожала плечами. Решение не из легких… После всего, что произошло, вряд ли ей предоставят шанс бежать снова. Да и еще не факт, что внутрь пустят. Теперь про Эдем знают как минимум несколько человек, включая Терентьева. А уж этот молчать не будет — растрезвонит на всю округу, к гадалке не ходи. Если только не найдет, как секрет этот в свою пользу обернуть. Торговлю с объектом наладить, к примеру. Чем не вариант?

Да и возвращаться в Эдем теперь не к кому. Родная комната теперь пуста… И пустоту эту ничем не заполнить.

— Знаешь что, Аврора… — приглушенный намордником голос сталкера отвлек от размышлений.

Обратившись к девочке, Таран отчего-то избегал ее взгляда. То ли по привычке окрестности сканировал, то ли просто смущался…

— Погости у нас с Глебом пока, сил наберись. А как решишь уйти — держать не будем.

— А как долго решать можно? — робко донеслось в ответ.

Сталкер наконец повернулся к чужачке. Через бликующие на свету обзорные стекла было видно, как прорезались вокруг глаз характерные морщинки — Таран улыбался.

— Не бойся, не выгоним. Правда, Глеб?

Мальчик энергично закивал, в знак согласия подняв большой палец.

Они постояли еще немного, провожая взглядами пыливший по проспекту тягач, и, когда угловатый силуэт скрылся в предрассветной дымке, нырнули в привычную темень подземного перехода, в норы обитаемого метро.

Во мрак.

Но на сей раз уютный и обжитой.

Створка гермодвери бесшумно ушла в сторону, заставив посетителей сощуриться от бившего изнутри света.

— Да убери ты пушку! Свои! — Дым бесцеремонно отодвинул Тарана с прохода, через узкий проем протискиваясь внутрь бомбоубежища. — Там барахло, что ты просил. Заноси.

Сталкер выругался, выскочил наружу и, перетащив увесистые тюки внутрь, захлопнул дверь.

— Опаздываешь, Гена. Нехорошо!

— Нехорошо, когда пятки мерзнут. Все остальное — тлен и суета.

Мутант протопал по коридору, с ходу завернув в кухонный блок.

— Опа! Да я смотрю, уже все в сборе!

Возле печки, грохоча посудой, суетилась Аврора. Глеб орудовал поварешкой, помешивая в пузатом чугуне ароматную дымящуюся похлебку. За длинным дощатым столом, вооружившись увесистыми резными ложками, восседала весьма своеобразная компания: смуглый патлатый молодчик, смешной старик в путейской фуражке и невзрачный тип с обрюзгшим лицом и красными глазами. Индеец, Мигалыч и Безбожник…