Чтение онлайн

Другое — медники — в Черных скалах прячется. Их совсем немного осталось, полусотни не наберется. Одичали, утратили память и совесть, встреча с ними очень опасна…

А третье семейство, железняки, которому больше всех от двух первых досталось, вообще ушло от греха подальше: то ли в Рифейские горы, то ли за море Венедское, то ли еще куда. Про них нынче ничего не известно толком.

…Про то, что нельзя подземельщику на солнечный свет выходить, — дескать, бог светила надземного Хорс не переносит их вида, испепеляет тут же своими лучами, — одно сказать можно: брехня собачья! Если бы в тех бабьих россказнях хоть толика правды была, как подземельный народ мог бы веками с другими жителями Синегорья мену производить? Ведь в прежние времена наземные синегорцы железо, медь, золото, серебро, камни драгоценные и прочее, что в недрах сокрыто, не сами добывали — с подземельщиками на хлеб, мясо и шкуры обменивали. Теперь-то все иначе, конечно. Однако, если по совести рядить, друг без друга в черные годы не смогли бы выжить.

Да и корень у двух народов один: подземельщики свой род от тех синегорцев ведут, которые не ввысь строиться начали, а в глубины земли-матушки зарылись, там поспокойнее им жизнь казалась, понадежнее.

— Ну а как угодил я сюда, в лапы к мучителям нашим, это, князь, уже другая история. Поведаю как-нибудь, сегодня не хочется! — завершил Чуча долгий рассказ, позевывая и всем своим видом показывая, что самое время хорошенько вздремнуть.

— То самозванцем меня называешь, то князем…

— А кто ж тебя разберет! — усмехнулся Чуча. — Вдруг и в самом деле сын Светозора? Больно похож на него. Ведь мертвыми детей княжеских никто не видел, а утверждениям Климоги сроду веры не было. Вот и получается, что мне сейчас выгоднее тебя князем признать, поскольку в одной клетке времечко коротаем.

— В чем же выгода? — удивился Владигор.

— В том, что здесь язык за упоминание твоего имени не выдерут. Наместник Зотий меня для иной нужды приспособить хочет — как диковинку редкую Климоге в подарок везет. А ляпни я в том же Замостье при соглядатае каком, что сына убиенного Светозора воочию видел, вмиг бы на березе повесили!.. С другой стороны, если мы друг другу приглянемся, а ты потом — не знаю уж как и когда — на престол взойдешь, так разве не отблагодаришь былого собрата по несчастью? Вот мне и выгода.

— А ты парень не промах! — рассмеялся Владигор. Чуча поспешно палец к губам приложил:

— Тсс! Не нужно смеяться — стража рассердится, накостыляет нам, дабы жизнь веселой не казалась. Он отодвинулся в свой угол, укутался в лохмотья.

— Да, князь, как мне звать-то тебя? Мальца Светозорова, помнится, Владием звали.

— Верно, Владием был, теперь — Владигор. Так и зови.

— Хорошее имя, крепкое. Что ж, князь Владигор, пора спать, пожалуй. Этой ночью бежать не надумаешь? Я бы не советовал. Они первое время с тебя глаз не спустят. Выждать надо…

Владигор ничего не ответил. Вскоре громкий храп известил его, что подземельщик при любых обстоятельствах возможности поспать не упустит. В отличие от него Владигор еще долго не мог глаз сомкнуть. Смотрел сквозь решетку на звездное небо и ворочался на жестких неструганых брусьях, вспоминая недавнее прошлое и размышляя о близком будущем.

Утром ладья встала на якорь у небольшой деревни в два десятка кособоких домишек. Наместник Зотий отправил воинов согнать людей на берег, и вскоре на узкой песчаной косе толпились все, кого удалось отыскать в обнищавшем селении.

Первым из клетки вытащили на всеобщее обозрение подземельщика. Набросив на шею веревочную петлю и покалывая острыми пиками, стражники заставили его корчиться и приплясывать. По их варварской задумке, причудливые от боли телодвижения карлика должны были вызвать у людей смех. Во всяком случае, сами они хохотали безудержно. Но деревенская толпа реагировала вяло. Несколько неуверенных смешков были вызваны скорее лицезрением по-детски заливающихся борейцев, нежели издевательствами, которые они учинили над беззащитным уродцем.

Наместник Зотий, сперва посмеивавшийся вместе со своими слугами над ужимками карлика, понял наконец, что устроенное им представление не дает нужного эффекта. Нахмурившись, он хлопнул в ладони и приказал тащить на корму самозванца.

— Сейчас я покажу вам того, кто посмел покуситься на власть, данную нашему славному князю Климогe богами! — провозгласил он. — Воспользовавшись своим сходством с давно усопшим Светозором, сей наглец назвался сыном его, хотя известно, что юный княжич растерзан был волкодлаками-оборотнями. Я изловил мошенника и везу его в Ладор, где он будет по княжескому указу предан смерти. Но до того я решил показать его вам, жителям подвластных мне земель, чтобы воочию все могли убедиться: самозванец схвачен. И запомните, смерды, — никого не минует карающая рука княжеской власти, никого, кто надумает супротив нее выступить! И наоборот, награда ждет тех, кто будет всячески помогать князю Климоге и мне, его наместнику на землях Замостья. Ясно вам это, голодранцы?!

Угрюмое молчание было ему ответом. А когда вывели на корму юношу с крепко связанными за спиной руками, вздох общего потрясения пронесся над толпой. Люди заволновались, стали перешептываться, кто-то, не утерпев, выкрикнул:

— Эй, парень, назови себя!.. Откуда ты родом?

— Владигор мое имя, — громко и отчетливо произнес княжич. — Родился в Ладоре, в палатах княжеских. Климога убил моего отца, Светозора, но мне и княжне Любаве сам Перун помог избежать той же участи. К несчастью, не знаю, где теперь сестра моя… Может, люди добрые, вы о ней что-нибудь слышали?

— Ну-ка, заткните его! — приказал Зотий, встревоженный незапланированным развитием событий. Из толпы послышались непотребные для его уха бунтарские речи:

— Он это, он!

— Странники говорили, что вернется князь, новое имя его называли — Владеющий Силами Гор, значит, Владигор по-нашему!

— Похож-то как на молодого Светозора…

— Да где ж столько лет пропадал?

— Почему один, где дружина верная? Изведут его борейцы треклятые!

— Неужто позволим, братцы?!

Владигор видел, что безоружная толпа готова броситься на сдерживающих ее воинов, и понимал, какой кровью это обернется. Поэтому он крикнул возбужденным простолюдинам:

— Не сейчас, нет!.. Но время близко, друга! Воевода Фотий с дружиной…

Пухленький поросеночек Зотий с неожиданной прытью подскочил к связанному пленнику и с размаху двинул кулачком в лицо.

— В клетку его! Чего смотрите? — заверещал взбешенный наместник. — Крикунов изловить и плетей всыпать!

Владигор вдруг извернулся в руках стражников и под хохот толпы отвесил Зотию хороший пинок, от которого тот кубарем покатился по палубе. Борейцы всем скопом навалились на юношу, посыпались жестокие удары. Защищаться со связанными за спиной руками было немыслимо, и все же княжич умудрился — кого ногами, кого головой — отметить своих тюремщиков прежде, чем потерял сознание.