Вкус вампира
Шрифт:
— Вот… спасибо.
— Не за что… — безразлично ответила она.
— Я не только об этом, ты спасла нам жизнь.
— Я предала вас.
— Все совершают ошибки…
— Предательство — не ошибка! — Ева развернулась, так пристально глядя мне в глаза, словно только там могли находиться ответы на все вопросы бытия. — Вы же ничего обо мне не знаете… Я же с самого начала вас предавала, я шпионила за вами, я делала всё, чтобы привести вас к смерти!
Ей надо было выговориться, откричаться, иначе сердце не выдержит. Взросление порой проходит очень мучительно. Не мне судить или оправдывать её поступки, она сама вынесет свой приговор и сама приведёт его в исполнение…
— Мне говорили: вампиры — это зло! Они пьют кровь, убивают людей, калечат жизни тех, кого превращают в себе подобных тварей. Я видела Сабрину, когда она… Мне казалось, вот оно — самое страшное преступление против человечества! Останови их, прекрати их чёрный путь, сделай же хоть что-то…
Всё правильно, милая… Это наша вина, мы не пытались показаться тебе лучше, чем есть. Мы ничем не облегчали твою задачу, мы обманывали тебя и не понимали, как тебе тяжело между двух огней. Прости нас…
— И я верила, верила им! Я предавала, льстила, лицемерила, вела себя как последняя дрянь и… презирала себя за это. Но ведь всё — ради великой цели! Благой цели! Убей вампира — и жизнь прожита не зря! Господи, кем я стала? Кем я была… как?.. почему так быстро и так легко… но так страшно-о-о!!!
Она ревела у меня на груди, а я, как дурак, озирался на Сабрину. Та только махнула рукой и, прихрамывая, ушла за деревья. Я не пытался успокоить «блудную дочь», любые слова сострадания с трудом находятся у меня в голове. Но руки мужчины порой куда красноречивее слов… Я гладил её по голове, по плечам, вытирая слёзы, словно бы стряхивая, соскабливая накипь горечи и боли. Мне хотелось отдать ей всё то немногое, светлое и чистое, что каким-то чудом ещё сохранилось в моей душе, за один только взгляд зелёных, как тайна, глаз…
— Эй, вы! Есть хотите?
Далёкий голос Сабрины вернул нас к действительности. Охотница смутилась, быстро натянула футболку и виновато попросила у меня носовой платок. Увы, мои карманы оказались пусты…
— Так вы идёте или нет?! — На этот раз в призыве чётко различались рокочущие нотки. Это не тот случай, когда мою подругу стоит провоцировать на долгие уговоры.
Мы встали и послушно поспешили на зов…
— Вот, смотрите, сколько всего мне удалось насобирать! — гордо показала Сабрина, демонстрируя почти чистую газету, а на ней шесть куриных яичек, завёрнутых в тополиные листья, полбулки, куски чёрного хлеба, несколько карамелек и два зелёных яблока. — Сегодня родительская суббота, с утра на кладбище было много народа. Там и ещё есть, но близко подходить к часовне я не могу, голова раскалывается… а они скоро ещё и звонить начнут.
Да, в былые времена колокольный звон убивал вампиров на месте. Сейчас, конечно, многое изменилось, но какие-то традиции настолько укоренились в сознании, что рисковать глупо. В конце концов, мне проще сходить туда самому, благо вид, как у настоящего оборванца…
— Прошу к столу! — церемонно предложила сиятельная вамп. Никого не пришлось уговаривать дважды. Мы все страшно проголодались и управились, наверное, минут за пять. Сабрина яйца не ела, они «свячёные», только яблоки и хлеб. Так что нам с Евой больше досталось. А после еды всегда тянет поговорить…
Я не помню, с чего мы начали, да и не важно, но постепенно разговор перешёл на события последнего дня. Была, знаете ли, парочка спорных моментов, которые мне хотелось вынести на всеобщее обсуждение. И это показалось интересным не мне одному…
— Я не знаю этого человека. Он позвонил и от имени нашего Ордена приказал открыть дверь.
— И всё?
— Ну, нет… сказал, чтобы потом я позвала вас. То есть сначала позвала, а потом открыла. А что мне оставалось делать? Я же давала присягу на верность и даже помыслить не могла, чтобы ослушаться приказа.
— Голос такой неприятный, словно искусственный, с каким-то металлическим отзвуком. «Храпу не звони…» — вот так, да?
— Ага, похоже, — подтвердила Ева. — И ещё, откуда он знал, что именно я подойду к телефону? Ведь трубку кто угодно мог взять, тогда и штурма бы не было. То есть был бы, но… по-другому, не так…
— Что скажешь, Дэн?
— Предположений много, но не хочется строить логическую цепь на основе непроверенных домыслов, — глубокомысленно протянул я, нежно привлекая Сабрину поближе. Она, едва не мурлыча, устроилась под боком, надёжно зафиксировав мою правую руку у себя на талии. — Давайте исходить из непререкаемых фактов. В общей сложности было всего три звонка: первый — предупреждение, второй — удивление с оттенком неудовольствия и третий — просьба с ноткой злорадства. Если отбросить эмоциональную окраску данных сообщений, то у нас фигурирует некто — обладающий обширной информативной базой, разветвлённой сетью шпионажа, почти неограниченной властью и крайне неровным дыханием в нашу сторону.
— Щас… минуточку, всё так закручено… — томно вздохнула гроза вампиров, притуляясь ко мне слева. — А-а, вот! Тогда всплывает законный вопрос, кого это мы так задели?
— Мы… ты-то здесь при чём?
— Ой, а то, можно подумать, меня не хотели убивать?!
— Справедливо, — вынужденно признал я. По правде говоря, кандидатура была одна, но выдвигать её не хотелось. Тем паче что всё равно это ничего не решит, а может, даже наоборот — усугубит проблему…
— Я знаю, о чём ты думаешь, — мрачно буркнула бескомпромиссная вамп. — И более того, по зрелом размышлении готова поддержать тебя обеими руками. Но, честно признаться, я не вижу смысла во всей этой кутерьме… Ради чего? Почему? Зачем?
— Может быть, он просто хочет, чтобы я наконец сделал выбор. А выбирать особенно не из чего, ибо благодаря его усилиям мне создали весьма специфические условия.
— Вы о ком это? — вклинилась Ева. Я вопросительно глянул на Сабрину, та кивнула. Что ж, девочка имеет право знать всё, в конце концов, теперь мы в одной связке…
— Начнём с экскурса в прошлое. Давным-давно, на заре времён, все люди и нелюди подчинялись одной централизованной власти — вождю, жрецу, королю или князю. Как и положено, занимали эту ступень самые сильные и могущественные, а остальные служили и подчинялись. Община Лишённых Тени также имела своего короля-прародителя. Впоследствии он был обожествлён и стал, скорее, общепризнанным символом… Мир менялся, ничто не вечно, постепенно трансформировались законы бытия, правила, понятия… Короче, на данный момент есть один старый и влиятельный вампир, которому подчиняются очень и очень многие. Его называют Бароном, и в последние годы он начал проявлять ко мне повышенный интерес. Я ведь урод, монстр, энергетический мутант. Не знаю, какие у него планы, но я ему нужен.
— А Дэн как раз ни в какую не хочет принимать сильную руку именитого покровителя, — значимо довершила Сабрина. — Противостояние людей и вампиров иногда обостряется до крайности, иногда сходит на нет, это процесс цикличный. Барон хочет быть уверен, что наш герой-любовник в случае надобности выступит на его стороне.
— Раз он такая шишка, — подумав, подняла руку Ева, — так, наверное, и то позорное Соглашение — его рук дело?
— Да.
— Тогда я тем более ничего не понимаю… Если ваш Барон хотел привлечь к себе Дэна, то как же можно было отдать нам (в смысле, охотникам) Сабрину? Ведь вы бы за неё страшно мстили, да?!