Чтение онлайн

Пришло время показать свою отцовскую карточку этой сучке. Сегодня мой гребаный день рождения.

ГЛАВА 38

В с е было к о н че н о, к огда я у в и д е ла, к а к т в о я р у к а —н и ндзя п о п о л з ла в в е р х по ее зад ниц е.

Лейк расставляла напитки на столе, когда заметила Сэди, выходящую на сцену.

— У нас есть именинник. Поднимайся.

Сэйди не вложила в это особого энтузиазма и сексуальности, как обычно.

Лейк практически описалась на месте, когда Винсент поднялся на сцену.

О, черт возьми, нет. О, черт возьми, нет. О, черт возьми, нет. О, черт возьми, нет. О, черт возьми, нет. О, черт возьми, нет.

Сэйди взяла его за руку и чуть не швырнула в кресло, а потом практически прикусила язык, пока говорила.

— Хорошо, милый, кто это будет?

Она смотрела, как он осматривает комнату, пока его взгляд не остановился на ней.

О, черт возьми, нет.

Винсент кивнул в ее сторону.

Озеро застыло во времени. Трахни меня. Сэди вернулась к микрофону.

— Лейк, милая, иди сюда.

Она могла сказать, что Сэди в данный момент была ничуть не счастливее ее. Стараясь не забывать ходить, она направилась к сцене, но, когда добралась до ступеньки, чтобы взойти на нее, она была уверена, что упадет в обморок.

Ч е р т , я н е м о г у э т о г о с д е л а т ь !

Сэди научила ее нескольким трюкам на случай, если ее когда-нибудь выберут.

Н о м е н я н и к о г д а н е д о л ж н ы б ы л и в ы б ира т ь !

— Позволь мне помочь тебе, куколка. — Амо схватил ее за руку и подтолкнул вверх по лестнице, а затем на сцену.

Она оглянулась на его гребаное самодовольное лицо и одарила его взглядом смерти, обещая ему столько боли в, надеюсь, ближайшем будущем.

Медленно направляясь к креслу, она подумала, не будет ли по-детски отказываться, но потом решила, что ее все равно уволят и вскоре последует смерть.

Когда она стояла над Винсентом, его глаза были полны голода, когда он вбирал в себя ее тело.

Сэди прикрыла микрофон, прежде чем поспешно прошептать ему: — Держи свои гребаные руки при себе, плейбой. — Покидая сцену, она крикнула: — Врубай!

Комната погрузилась в кромешную тьму, прежде чем зажегся прожектор и по залу зазвучала музыка.

Лейк облизнула пересохшие губы, понимая, что пришло время шоу, хотела она того или нет. Она повернулась к темной комнате, не в силах смотреть в его жаждущие глаза, пока, как она надеялась, не почувствовала себя более комфортно.

Она попыталась сосредоточиться на основных танцевальных упражнениях, которые показала ей Сэди, вместо того, чтобы думать о том, что все смотрят на нее, и она собиралась надавить на Винсента. Мысль о том, что это просто танец, а она любила танцевать, заключалась в том, как ей удалось заставить свои бедра двигаться. Встряхнув ими, она начала медленно наклоняться, пока ее задница не оказалась ровно напротив его лица. Вернувшись, она села к нему на колени, перекатываясь по нему бедрами и прислоняясь спиной к его груди. Она повернула голову в сторону, чтобы посмотреть на него, затем отвела руку назад, чтобы провести по его лицу.

Когда более чем довольное выражение лица Винсента приблизилось к ее губам, Лейк спрыгнула с его колен, чувствуя себя более уверенно. Она собирается, по крайней мере, сделать это болезненным для него. Она повернулась к нему лицом и плавно опустилась на корточки, уткнувшись лицом ему в колени. Улыбнувшись ему сквозь ресницы, она положила руки ему на бедра и провела ими вверх по его телу, пока не села обратно к нему на колени, на этот раз лицом к нему.

Она чувствовала, насколько он был тверд, когда позволила своей заднице тереться о его член. Ее тело хотело вспыхнуть пламенем, чувствуя и видя, как сильно он хочет ее. Жжение на коже начало раздражать ее; предполагалось, что она убивает его, а не себя.

— Сегодня не день твоего рождения, — прошептала она ему на ухо. Он постепенно убрал одну руку с края стула и слегка положил ее на ее обнаженное бедро, подальше от глаз зрителей.

— Нет, но теперь это так.

У нее перехватило дыхание, когда он провел рукой по внутренней стороне ее бедра. Она обнаружила, что прижимается к нему своей задницей еще сильнее. Она могла видеть, как сильно он хотел ее, несмотря на свою детскую хандру, и она определенно чувствовала, насколько сильно.