Чтение онлайн

Наверное, мятежники были в её спальне всего несколько минут, но напугаться Кандида успела до конца жизни. Гадостно хрюкая и улюлюкая, убийцы вывалились из её покоев, во всю глотку оповещая дворец о том, как захлебнулась в собственной крови братоубийца и что осталось от её прекрасного лица, которое так любили воспевать шуты и менестрели на пирах, только кровавая каша, и восхваляли новую королеву, сумевшую скинуть с трона самозванку! Кандида еще несколько ударов сердца посидела под защитой кровати, пока заяц ходил на разведку и не фыркнул, что пока пть свободен. Выбираясь из своего укрытия, Кандида старалась не смотреть на истерзанную Жанет, которой просто не повезло оказаться не в том месте, не в то время, не в том платье. Не удержавшись, девушка все же быстро вонесла молитву Единому за упокой её души, а дальше надо было убираться. Сборы были недолгими: платье на ней было домашнее, новое и из добротной ткани, но не роскошное и никак е указывающее на принадлежность к высшим кругам, значит, можно оставить; драгоценности из шкатулки — в корсаж; деньги, припрятанные на экстренный случай в нижнем ящичке секретера, — туда же; кинжал, подаренный Лихим, — в ножны и на пояс. Вроде все. А теперь куда? Судя по топоту и крикам, убийцы расплодились по всему дворцу.

Ответ подсказал заяц, заскочивший на подоконник и требовательно бьющий по нему задней лапой. Понятно — через окно. Правильно, всяко лучше, чем продираться через коридоры. В конце концов, Рай с Адом отсюда плашмя на землю падали, и ничего, живы оба. Закинув кроля на манер воротника, Конда высунулась наружу и ловко полезла по карнизу вдоль стены, на ходу бросив косому:

— Ладно, так уж и быть, как только узнаю чары, способные снять старое превращение, оберну тебя обратно человеком.

Заяц на это только равнодушно дернул ухом — ему и на её плечах удобно ехать.

— Что тут, в Хаос, творится?! — взревел лорд Нарцисс и хотел было выхватить меч, чтобы броситься на бесчинствующих в королевском дворце солдат, но его перехватила супруга и втянула обратно у укромную нишу, где двое придворных привлекали меньше всего внимания.

— Не стоит, — заговорила Мариана. — Их слишком много, тебе одному со всеми не справиться. Она израсходовала сразу весь дурман.

— Так ты знала? — недобро сощурился дракон. — Знала и молчала.

— Знать должен был Кандор, выковыривая кинжалом изумруд из короны и пряча его в каблук сапога, что обрекает этим всю династию на божий гнев и свержение с Веридорского престола, — вскинулась Прорицательница. — А мне приказано было молчать, дабы Кровавая королева уяснила урок.

— И чем же Конда успела не угодить Богам?

— Королева может быть слаба в магическом плане, если окружит себя сильными и верными воинами. Королева может быть нерешительна в выборе возлюбленного, особенно если сердце тянется сразу к двоим, а то и к троим. Но королева не имеет права быть слепой. Кандида верит на слово людям, которых считает близкими. В этом нет ничего противоестественного, но и последствия своих ошибок она должна осознавать и иметь возможность предотвратить. Она не разглядела истинное лицо Синдбада. Она приняла за чистую монету россказни Лолиты. Она безосновательно винила во всем Светлейшую и принцессу Холлию, не разглядев заговорщиков прямо под носом.

— Ну так никто их не разглядел! — поморщился Нарцисс.

— Никто, — кивнула на это его жена. — Но королевой сала именно она, а короли расплачиваются за свои просчеты именно короной. Великая королева должна не только занять трон, но и удержаться на нем…

— Или, если уж отняли венец правителя, умудриться её вернуть, — продолжил за неё Нарцисс.

— Именно. Веридорским предстоит вернуть родовой изумруд.

— Но ты же говорила мне, что видела, как Джанговир в обнимку со своей женой-сиреной отправляется прямиком на дно морское?!

— Стоит кому-нибудь поднять Джанго из морской пучины, как поцелуй сирены потеряет свою силу. А найти его на водных просторах поможет кинжал — артефакт, который делал для него Кандор.

— Только если тот кинжал с ним же не затонул! — досадливо выплюнул дракон. — Мариана, ты уверена, что Веридорские восстановят свою власть? Потому что никому другому я служить не намерен! Особенно этой лживой девке Монруа!

Его последнее восклицание услышали проходящие мимо солдафоны с окровавленными мечами и уже изрядно навеселе, но не разозлились такому определению госпожи, а напротив, похабно загоготали:

— Лживая девка Монруа?! И в самом деле, лживая девка! Да здравствует Её лживое Величество! Да здравствует Лолита Лживая!

— Да здравствует новая королева! — вторила им Мариана, а супругу на ухо прошептала. — Если Конда сумеет сплотить всех влюбленных в неё мужчин и найти могущественного союзника, то Веридорские вновь воцарятся на престоле.

— Это вряд ли! — недоверчиво протянул Нарцисс. — Они сосуществовать вместе не могут, а если столкнутся, то буду драть друг другу глотки, а не объединятся. Но, если прикинуть, кто из троих доберется до власти и до Кандиды, то я ставил бы на Синдбада. Уж кто-кто, а "золотой бастард" пролезет в самые верха и вырвет у судьбы то, что хочет.

— Возможно, ты и прав, — загадочно улыбнулась Прорицательница. — Но Боги благоволят не Синдбаду, а Эзраэлю, и тем паче Лихому.

— Пф, Лихой! На Лихой помрет где-нибудь за тридевять земель и никто даже не узнает!

— Но его дядя же до сих пор не помер.

— А при чем здесь Джанговир? — изумленно вздернул брови дракон.

— Имя каждому дается не случайно, — последовал "исчерпывающий" ответ, а на попытку мужа еще что-нибудь спросить, Мариана хитро подмигнула и вкрадчиво проговорила. — А это уже другая история…

Конец.