Вера
Шрифт:
– Да. Но это не показатель. Простые усобицы и войны. В мире много ненависти, – равнодушно подметил Дарлинг.
– Быть может, – проговорил Даратас, и в его голосе почувствовалось разочарование. – Но я хочу понять причину сдвига небесных сфер.
– Тогда, если не возражает учитель, я займусь собственными делами.
– Хорошо. А мне нужно подумать. Чует моё сердце, в этом безумном мире что-то происходит.
Дарлинг вдруг усмехнулся:
– По-моему, я где-то это уже читал!
Даратас не ответил. Лишь выпустил пару клубов дыма, взвившихся ввысь и пропавших в вытяжной трубе.
Мерлону казалось, что Дариана никогда не была счастливее, чем сейчас. Прижавшись к груди юноши, она что-то увлечённо рассказывала, смеялась, шутила. Болтала впустую о своём прежнем мире: о том, какой несносной дурнушкой она была, что творила в заведениях, отдалённо напоминавших здешние кабаки, чем занималась со своими… старыми любовниками. А опыта в этом деле у неё было предостаточно. Мерлон улыбнулся: совсем недавно он проверил это на себе.
Юноша сладко зевнул и погладил девушку по спине и плечам. Он почти не слушал её. Ему, в принципе, было всё равно, что она несла. Ему было хорошо. Только если бы не…
В глубине сознания неожиданно проснулось беспокойство. Нет, не мысли о неудачном результате похода и даже не неприятные воспоминания о парочке воинов, что хотели его убить в логове карликов – сейчас это не имело никакого значения. В глубине сознания Мерлона зрело что-то непонятное. Ощущение потери чего-то очень важного, чего-то… Ах да!
Мерлон резко вскочил, бесцеремонно отпихнув от себя Дариану, и, схватив кофту, стал нетерпеливо рыскать по карманам. Внутри него проснулся тупой гнев – он был готов разорвать чёртову тряпку, если не найдёт искомое.
Желанная колба вдруг выпала из кармана прямо на ладонь юноши. Приятное тепло растеклось сначала по всей руке, затем скользнуло по плечам, груди и рвануло к сердцу. Злость исчезла, а блаженство наполнило душу. Только сейчас Мерлон услышал, как Дариана смеётся за спиной.
– Что смешного? – проговорил Мерлон, не в силах оторваться от идеального совершенства наполняющей колбу субстанции.
– Да как дурак себя ведёшь, – посмеиваясь, пробормотала она. – Какого чёрта вскочил? Что-то горячительное в карманах завалялось?
– Можно и так сказать, – отстранённо ответил юноша, продолжая любоваться красотой и совершенством, закреплённым в грубом стекле.
– Да оторвись ты от этой штуковины, – сказала Дариана, отпихивая руку с колбой в сторону и обнимая голое тело мага за талию. – Есть кое-что поинтереснее, – промурлыкала девушка, положив руку Мерлона на свою упругую грудь.
Юноше стоило немалого труда оторвать взгляд от идеальной склянки и перевести на странно пылающие глаза девушки, в которых так и искрилось желание. Но Мерлон уже был настроен иначе.
– Ты не знаешь, что это? – сказал он.
Дариана разочарованно оттолкнула мага от себя, принявшись собирать разбросанную по полу одежду.
– Нет, – сухо ответила она, и, отвернувшись, стала одеваться.
Мерлону стало не по себе. Двойственное чувство поразило его сознание: с одной стороны, хотелось поделиться с девушкой тем, что происходило внутри него, но с другой – нечто останавливало, не давало, не пускало.
– Дариана… слушай… эта штуковина, она… словно владеет моим разумом…
Волшебница вдруг остановилась, и, резко повернувшись, подошла к Мерлону. Он не успел моргнуть, как Дариана ловко выхватила колбу из его рук.
У того перехватило дыхание. Какой-то непонятной страшной болью, смесью обиды, ненависти и страха резануло по открытой душе. На миг он потерял всякий контроль над собой и хотел с размаху ударить девушку, но кое-как смог совладать с нахлынувшей яростью. Только совладать, на время. Эта ярость ожидающе затаилась где-то в глубине, готовясь в любой миг вырваться наружу всёуничтожающим огнём.
Стоп!
Мерлона перекосило. Это с чего такая реакция?! На колбу с не пойми чем?
«Это не просто колба, и тем более не с простой субстанцией» – возразил разум.
Да это вполне ясно! Пускай даже артефакт. Но магии никакой не чувствуется. Никаких возмущений силы!
«Ты ищешь себе оправдание?»
При чём здесь оправдание? Необходим ответ на вопрос!
– Очень интересно, – произнесла Дариана, внимательно рассматривая колбу. Юноша оторвался от размышлений, но всем своим существом продолжал ощущать то ужасное жгучее чувство где-то на грани сознания.
– Дариана, прошу тебя, дай её мне, – Мерлон держался из последних сил.
– Подожди, – сухо бросила девушка.
Одного слова было достаточно, чтобы слепая ярость вмиг завладела сознанием Мерлона. Девушка ничего не успела понять, как мощный удар в плечо отшвырнул её к стене.
Мерлон приложился на славу. Колба выпала из рук опешившей Дарианы, и маг еле успел подхватить падающую склянку и сразу почувствовал себя на вершине блаженства, на вершине радости, вершине мира, наконец! Но только…
– Ты что делаешь? – взревела Дариана, медленно поднимаясь на ноги. Её лицо было красным от гнева, а глаза горели огнём.
Мерлон поглядел на голую девушку, разъярённо сжавшую небольшие кулаки, и почувствовал укол вины, такой сильный, что упал на колени перед Дарианой, понурив голову, и затараторил:
– Прости меня, прошу, прости, это не я! Внутри меня… Я не могу это описать! Прости, прошу меня! – на этих словах он уселся на холодный камень и уткнулся взглядом в своё сокровище.
Дариана неожиданно легко сменила гнев на милость.