Чтение онлайн

Дома, в своей комнате, он бросился на кровать лицом вниз и накрыл голову подушкой. К такого рода поражению он не был готов, он никогда не думал, что такое может приключится с ним — не справиться с музыкальным заданием! Зы три года занятий пением он не пропустил ни одного урока, ни разу даже не схватил насморка или ларингита, а теперь, в такой важный момент! И из-за чего?! Рыжую Кари он ненавидел…

Услышал, как открылась входная дверь и вошла вернувшаяся с работы мать — он всегда узнавал ее по шагам, как бы тихо она ни двигалась, может быть, именно по этой бесшумности походки, по тому, что она никогда не разговаривала сама с собой и не напевала вслух…

Увидев его туфли у двери, мать поняла, что он дома. А поскольку он не вышел навстречу порадовать ее хорошо сданным экзаменом, она догадалась, что дело плохо. Он слышал, как открылась дверь его комнаты, как мать постояла на пороге, потом молча подошла и села рядом на край кровати. Он чувствовал ее растерянность, как свою, чувствовал, что она хочет погладить его по голове и страстно жаждал как того, чтобы она это сделала, так и противоположного — чтобы не вздумала! Он боялся, что от ее прикосновения зарыдает, как ребенок. И хотелось зарыдать! И уткнуться шмыгающим носом маме в колени…

— Ну, сынок, — услышал он наконец ее шепот. — Ты еще так молод. Это же был просто срыв, авария… На следующий год ты обязательно поступишь!..

Одним прыжком он сел на кровати и посмотрел на мать: в ее глазах было столько страдания и сопереживания, сколько он не видел от нее за всю свою жизнь. Ему стало жаль ее.

— Ты понимаешь ли, в чем проблема? — зашептал он, боясь опять сорваться на крик. — Эта рыжая стерва… с самого начала… меня стали преследовать неудачи! Она отняла у меня мой успех!

— О чем ты, милый?

— Да ты послушай! Я знаю теперь, она положила на меня глаз, как только пришла в наш класс. И тогда заболела бабушка. Потом мы вместе сходили к ней в больницу — и бабушка умерла буквально через несколько дней! Потом этот проклятый Новый Год… И я порезал руку — из-за нее!..

— Милый, милый! — зашептала мать, и глаза у нее сделались испуганные. — Ты можешь обвинять эту девушку в чем угодно, но бабушка была больна очень давно! Ее диагноз был установлен за несколько лет до твоего рождения и, стало быть, этой девушки тоже еще не было на свете! Мы узнали о нем поздно, она всегда скрывала от нас… Она прожила с этим диагнозом двадцать лет, держась на самолюбии и силе воли… Это совпадение!

— Да, конечно, — понурился он. — Совпадение. Но как все совпадает: как только появилась она, у меня начались неудачи!

— Милый, жизнь сложна, без неудач не бывает! На следующий год…

— Да, — перебил он мать. — Конечно. На следующий год я поступлю. Если опять не встречу ее накануне. Я и на этот бы поступил!.. Как вообще все по-дурацки вышло! Он потер лицо руками:

— Мне надо найти работу. Нужны деньги. Надо ремонтировать дом. Я буду жить там. Я не могу себе позволить потерять еще один год…

— Это зависит от твоего места жительства?

— Не знаю… — пробормотал он. — Може быть.

Не мог же он начать вдаваться в сложные подробности описания астрального общения, в котором и сам не разбирался, он просто надеялся, что, сделав в доме ремонт, он изгонит оттуда дух Рыжей, а дух бабушки, живущий в доме уже более полувека, поможет ему излечиться от неудач…

Через пару месяцев он сумел устроиться рабочим в супермаркете. Все было бы ничего, он только опасался, что Рыжая может зайти — и утешал себя тем, что, может, она за хлебом и другими продуктами не ходит, такая «проза жизни» не по ней. Катая по залу тележки с коробками, он думал, конечно, в первую очередь о работе. Но во вторую очередь он думал о Рыжей: «Что она за человек? У нее вообще с головой-то в порядке ли? И чем она занимается сейчас, окончив школу? Ведь не только же посещением дискоклубов… Вот еще — загадка для психолога. Хотя для психолога как раз ничего загадочного здесь нет — обычная избалованная вниманием красивая дура… Тогда почему я постоянно думаю о ней? А если она сейчас войдет, и опять скажет, что ей очень жаль и так далее, снова глядя при этом на пуговицу — что я сделаю? Скажу ей, чтоб убиралась? Ох, не знаю…»

— Эй! Ты чего это тут?.. — услышал он удивленно-растерянное. Перед ним стоял его бывший одноклассник Суне, придерживая наполовину заполненную тележку. В тележке, возвышаясь над пакетами и банками, на специальном сиденьи для малышей сидел карапуз лет двух, мусолил шоколадную печенюшку и весь был в этой печенюшке: ручонки, губы, щеки…

— Да вот… — протянул Магнус и кивнул на карапуза. — Это кто?

— Это брат мой сводный. Мать за мясом пошла, я тут… помогаю.

— Что ж он так ухрюкался? Не заругает мать?

— Да ну его! — махнул рукой Суне. — Канючит — зубы, то, се… Ну, я ему рот заткнул…

— Тяжело с отчимом? — участливо спросил Магнул.

— Ничего, нормально. Ты-то что тут делаешь?

— Да вот, — опять понурился Магнус. — Не поступил.

— Как?! — Суне распахнул глаза. — Ты — и не поступил?!

— А, да ладно… Глупо все вышло… — и махнул рукой, давая понять, что лучше было бы сменить тему.

— Ох ну ничего себе! Уж не эта ли сучка опять тебе встретилась? — Суне прикусил губу, а потом махнул рукой. — Знаешь, есть такие люди, вроде нормальные, а встретишь такого — и все наперекосяк идет! Она как раз из таких. Не то чтобы они тебе зла желают, а просто… ну…

— Просто им наплевать на других, — закончил за него фразу Магнус. — Знаю. Я думал, что это я один только так думаю.

Они помолчали. В школе они не были ни друзьями, ни даже приятелями, просто — одноклассники, но поскольку Магнус ни с кем не ссорился вообще никогда, в классе к нему все относились ровно и, несмотря на подшучивания, гордились им — он умел то, чего не умел никто из них, а после того конфликта его и вовсе зауважали. Суне был неплохой парень — с ним можно было нормально разговаривать.

— Слушай… — протянул Суне. — А почему ты сюда устроился?

— А какая разница?

— Слушай… а… а как рука твоя? Зажила?

— Да вроде. Я в пианисты не собирался.

— Погоди, может, тебе лучше где-нибудь по музыкальной части? Играть где-нибудь?

— Где же?

— Хочешь, я поспрашиваю?

— Спасибо тебе, но я не хочу играть в ресторане.

— Не в ресторане. Например, в «Гроте» — чем плохо? Там всякие личности бывают интересные, не шушера какая-нибудь. Вдруг тебя там приметят?..