Чтение онлайн

бутылки в стакан остаток, протянул стакан и яблоко Сереге.

– Ну, спасибо, Витек, ну, спасибо.
– Серега взял стакан, подождал,

чтобы хоть немного унялась рука, залпом выпил, и, надкусив яблоко, замер.

Жевать не было сил, сок сосал.

– Сейчас колотун уйдет, и заснешь, - сказал Виктор.

– От мыслей я, Витек, спать не могу. Думаю все, думаю и додумался до

страшного.
– Серега сделал паузу и вдруг зашипел яростно.
– Эти мерзавцы

всех, кто у них служил, убирают!

– Какие мерзавцы, Серега?
– тихо и осторожно поинтересовался Виктор.

Серега опомнился. Подбросил яблоко, поймал. Руки уже не дрожали.

– Какие мерзавцы?
– снова спросил Виктор.

– Я тебе добра желаю, Витя.
– Серега опять надкусил яблоко, но на

этот раз стал жевать. Жуя, продолжал свою мысль, - Чем дальше ты от этих

дел, тем тебе лучше. Так что разбираться с ними мне придется самому.

Без стука влетел в номер режиссер и закричал:

– Я тебя в машине жду, а ты тут ля-ля-ля!

– Привет, - сказал Серега, еще раз надкусил яблоко и удалился.

Виктор посмотрел ему вслед и сказал раздраженно:

– Насколько я понимаю, без тебя снимать не начнут.

До Заповедника, в котором отыскали подходящее болото, было километров

сорок плохой дороги, почти час езды, без разговоров не обойтись. Но

поначалу молчали. Первым, обуреваемый недобрыми предчувствиями, не

выдержал нервический поручик, сидевший ошуе от Виктора:

– Я бы хотел уточнить некоторые детали съемки, Андрей Георгиевич, -

приступил он мягко к щекотливой беседе. Режиссер, не оборачиваясь (сидел

на переднем сиденьи "Волги" рядом с шофером), холодно разрешил:

– Уточняй.

– Как бы это лучше сформулировать...
– промямлил поручик, и замолк,

мысленно готовя приемлемое выражение для отказа лезть в топь. За него с

рабоче-крестьянской простотой сформулировал комиссар, находившийся от

Виктора одеснуе:

– Он в болото лезть боится, Андрей Георгиевич!

– Саша правильно сформулировал, Юрий?
– строго спросил у поручика

режиссер.

– Ну, не то, чтобы боюсь, но, в общем, не хочу, - в отчаяньи

признался поручик.

– А хорошие кооперативные бабки получать хочешь? - вкрадчиво

поинтересовался Андрей.
– А на премьерах перед девочками красоваться

хочешь? Ты договор подписывал, не заглядывал в него, что ли? Захочу я,

Юра, ты у меня козлом прыгать будешь, соловьем петь, а, если надо, и

дерьмо есть. Я понятно излагаю?

– Я могу вернуть ваши копейки!
– взвился поручик.

– Не мне, а государству, и не гонорар свой вшивый, а затратную

неустойку.

Замолчали. Виктор, кряхтя, пошевелился - тесновато ему было при его

габаритах меж актерами - и подбил итог:

– А что? Мило побеседовали.

Путем долгих и сложных интриг администрация добилась разрешения на

въезд на территорию заповедника. Ведя караван спецмашин за собой,

режиссерская "Волга", разрывая светом фар рассветную серость, заколдыбала

по проселочной колее. Вот она, последняя поляна. Дальше были непролазные

дебри. "Волга" остановилась. Режиссер обернулся к заднему сиденью,

улыбнулся:

– Ну, готовься, Юрок!

Потянулись на поляну спецмашины, останавливаясь по очереди. С

гоготом, криками повылезали члены съемочной группы. Столпились в ожидании

режиссерских распоряжений. Приняв сей парад, режиссер склонился, выдернул

из травы ледникового происхождения булыгу килограмма на три, осторожно

подкинул ее двумя руками, удовлетворился весом, и, вновь окинув взглядом

свой отряд, вопросом отдал приказание:

– Ну, тронулись, бойцы?

И Иваном Сусаниным повел отряд к болотам. За ним обреченно побрели

два ляха - поручик и комиссар, уже одетые и загримированные. Бойко

посвистывая, энергично шагал оператор, рядом с ним тяжело ступал Виктор,

остальные, особо не торопясь, растянулись цепочкой метров на сто. Минут

через пять тропка, которой они шли, вильнула и полого спустилась к

симпатичной лужайке. Перед лужайкой режиссер остановился, ожидая, когда

все подтянутся. Подтянулись.

– Ну-с, приступим, - сказал режиссер и глянул на часы. - На

подготовку у нас час.

– А где топь?
– нежным голосом осведомился поручик.

– Топь-то?
– переспросил режиссер.
– Вот она.

И швырнул принесенный с собой булыжник на лужайку. Булыжник упал на

псевдотраву и плавно погрузился в нее, мигом исчез, оставив на поверхности

лишь зеленовато-желтоватое небольшое пятно. Не дав поручику отреагировать

на сей эксперимент, режиссер громко позвал:

– Костюмер!

– Я здесь, Андрей Георгиевич! - с готовностью отозвалась бойкая

тетка.

– Дубль-костюм у нас имеется?

– Две смены!
– с гордостью сообщила тетка. Костюмы висели у нее на