Чтение онлайн

существовалось весьма сносно: благоустроенная гостиница (редкость в малых

подмосковных городах), приличная столовая при научно-исследовательском

институте, лес, река, летнее солнце - чего еще надо вечным

бродягам-киношникам?

– Сегодня ночью снимаем сцену на болоте, - сказал режиссер.

– Это ты к чему?
– настороженно поинтересовался сценарист.

– Как ее снимать, Витя?
– драматически вопросил режиссер.

– Хорошо, - посоветовал сценарист. Подумав, добавил: - И по сценарию.

– Я к тебе серьезно, а ты... Понимаешь, не могу я снимать эту сцену

так, как она написана, не могу! После того, что мы узнали, делать

комиссара стопроцентным героем кощунственно!

– У нас два героя, - напомнил Виктор.

– Нельзя их делать равноценными, пойми же, Витя! За белым офицером

историческая правда. И наша трагедия в том, что он проиграл.

– Наша трагедия в том, что в те годы Россия разделилась надвое, и две

России разошлись в разные стороны. Вот об этом я и писал.

– Витюша, может, подумаем над сценкой, а? - заискивающе предложил

Андрей.

– Сценарий утвержден студией, и ты будешь снимать то, что утверждено,

– неколебимо стоял на своем Виктор. Глянул в автомобильное оконце и

попросил шофера.
– Останови, я здесь сойду.

– Своего собутыльника, сорвавшего съемку, навестить хочешь? -

догадался Андрей.
– То же, нашел себе дружка!

Виктор ступил на пыльный проселок, захлопнул дверцу и сказал:

– Привет!

В давным-давно брошенном строителями городка бараке расположилась

временная конюшня съемочной группы. Толкнув хилую дверь, Виктор оказался в

вонючем помещении. Темно было, как у негра под мышкой. Виктор постоял

недолго, привыкая к темноте, но не привык, и поэтому позвал вслепую:

– Серега!

Ни ответа, ни привета. Он осторожно двинулся к закутку, в котором

вчера так мило употреблял спиртные напитки. За прикрытым попоной дверным

проемом тускло светилось маленькое оконце. Срам и безобразие вчерашней

пьянки: немытые стаканы, грязные тарелки, сухие хлебные объедки,

глистообразная колбасная кожура. И здесь не было никого. Виктору

захотелось на волю.

На солнце зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, как от дороги

шел к конюшне бывший витязь, а ныне конюх - юный герой сегодняшнего дня.

Буденовку герой нес в руках - жарко ему было.

– Где Серега?
– спросил у него Виктор.

– Когда мы на съемку уезжали, здесь был. А что, его нет?

– Был бы - не спрашивал.
– Виктор решил уходить, но передумал. - Он

что, сильно пьяный с утра был?

– С утра - нет, совсем нет! Вроде бы к съемке готовился, оделся вот в

эту форму, - конюх осмотрел свой наряд.
– На коня сел, чтобы размяться, в

лесок уехал, а когда вернулся, прямо из горла бутылку выпил, разделся, и

сказал, чтобы я на трюк шел.

– А ваш полкаш вонючий что?

– Семен Афанасьевич покричал, конечно, но что ему делать? Разрешил

мне попробовать.

– Ты-то когда-нибудь подсечку делал?
– осведомился Виктор.

– Не, сегодня в первый раз.

– Рисковый ты парень. А коня тебе не жалко?

– А чего его жалеть? Он же выбракованный. Сегодня его на колбасу, или

завтра - какая разница?

– И рассудителен ты к тому же, - сказал Виктор и пошел в город.

Серега спал в номере у осветителей. Виктор безжалостно растолкал его

и, глядя в красные, как у кролика, глаза, порекомендовал:

– Слюни подбери.

Рукавом джинсовой рубахи Серега потер мокрый рот, сообщил:

– Подобрал. А теперь что?

– А теперь ко мне пойдем. Я опохмеляться буду, а ты посмотришь.

Сценарист - положение обязывало - жил в люксе на девятом этаже.

Поднимаясь в лифте, рассматривали друг друга. Серега усиленно пучил глаза,

старался окончательно осознать, кто же все-таки потревожил его глубокий,

как пропасть, алкоголический сон. Даже в пьяном раскордашном маразме умел

хранить трюкач Серега достойную физическую форму: и покачивался

координированно, и плыл целесообразно. Хорошо сколоченный, ловкий,

заготовленный богом для мужской работы.

– Это ты, Витя?
– догадался Серега, когда на девятом этаже разошлись

автоматические двери.

– Я, я, - подтвердил Виктор и извлек трюкача из кабины.

Люкс, как советский люкс: два кресла, диван, журнальный столик,

телевизор и фальшивый камин в гостиной, в спаленке две койки с тумбочками

и шкафом и - главное - холодильник в прихожей.

– У тебя есть?
– спросил Серега, жадно глядя на холодильник.

– У меня есть.
– Успокоил его Виктор, но тут же опять взволновал. -

Для меня.

– А для меня?
– обиженно поинтересовался Серега.

– А для тебя - "пепси-кола". - Виктор ввел Серегу в гостиную и

толкнул в разлапистое кресло.
– Выходить пора из штопора, паренек.