Чтение онлайн

— Да ну? В чем же другое? Я…

— Тс-с-с! — прошептала Хейвен. — Погоди секундочку.

Из-за угла на Мерсер-стрит вышли двое мужчин в темных костюмах и черных очках. Они шагали деловито, медленно поворачивая голову из стороны в сторону. Казалось, они патрулируют обе стороны улицы. Когда они проходили мимо подворотни, в которой притаилась Хейвен, один из них, который был пониже ростом, открыто улыбнулся ей. Почему-то, глядя на разноцветный, веселый галстук незнакомца, Хейвен решила, что он не опасен. Но даже после того, как он и его товарищ исчезли за углом, она почему-то не смогла расслабиться. Вернулся страх, испытанный ею в день приезда в Нью-Йорк.

— Хейвен? Все нормально?

— Извини, — пробормотала Хейвен в трубку. — Ложная тревога. Пожалуй, в последние дни у меня что-то вроде паранойи. Когда я сюда приехала, меня не покидало ощущение, что за мной следят, но потом оказалось, что мой «преследователь» просто-напросто жил со мной в одном отеле. Я чуть не умерла от смущения.

— Никто не посмеет обвинить тебя в паранойе. Тебе известно, что пожар в доме твоей бабки официально объявили поджогом? Не исключено, что шериф сумел бы поймать того гада, который устроил пожар, если бы сразу поверил тебе.

— Верно. Можно подумать, он собирался мне поверить. — Хейвен горько рассмеялась. — Половина Сноуп-Сити, небось, верит, что дом Имоджин поджег не кто-нибудь, а сам дьявол.

— Не-а. Согласно последней версии, ты самолично открыла врата ада.

— В таком случае очень жаль, что в эти врата не провалился весь этот уродский город. Не иначе как это предположение прозвучало из уст доктора Тидмора?

— Понятия не имею. Со дня твоего отъезда я объявил церкви бойкот. Не сказать, правда, чтобы это кто-нибудь заметил. Отец мне сказал, что доктор Тидмор уехал в отпуск. Но мы уклонились от темы. Как ты собираешься поступить с мистером Морроу? Что будешь делать?

— Наверное, ничего, — ответила Хейвен.

— Ничего?Последние несколько минут ты пыталась убедить меня в том, что он — патологический лжец, убивший музыканта, и при этом ты собираешься и дальше находиться рядом с ним?

— У меня не такой уж большой выбор сейчас, Бью. Я должна выяснить, зачем я здесь. Возможно, мне не суждена долгая и счастливая жизнь с Йейном Морроу. Но Констанс не без причины вела меня в Нью-Йорк. И она хотела, чтобы я разыскала Этана. Да, дела немного осложнились, но не могу же я из-за этого развернуться и опрометью умчаться в Сноуп-Сити?

— Честно говоря, ты говоришь как девица, у которой крыша поехала от классного секса.

— Бью! Заткнись!

— Прости, — сказал друг Хейвен, с трудом сдерживая смех. — Ничего не могу с собой поделать. Но серьезно… тебе удалось что-нибудь узнать от членов общества «Уроборос»?

— Я там еще не побывала.

— Что? — почти взревел Бью. — Да ведь это была одна из причин, почему ты уехала в Нью-Йорк! Почему ты к ним не сходила?

— Я тебе сказала: я только что вернулась из Рима.

— Знаешь что? Давай-ка шевели ногами. Может быть, там тебе помогут узнать, не опасен ли этот твой любовничек.

— Ты прав, — сказала Хейвен.

— Конечно, прав. Главное, держи меня в курсе и дай знать, не могу ли я помочь тебе еще чем-нибудь. И пообещай мне, что будешь осторожна, ладно?

— Обещаю.

Хейвен опустила руку с телефоном и собралась выключить его, когда услышала негромкий звук из динамика.

— Эй, Хейвен!

— Что?

— Чуть не забыл. Вчера заезжала Лея Фризелл.

— Да?

— Она просила передать тебе, что там есть кто-то вроде тебя. Кто-то еще, у кого бывают видения. Лея хочет, чтобы ты разыскала эту девушку. Говорит, что та откроет тебе истину.

— Интересно, что бы это могло значить?

— Черт его знает, — сказал Бью. — Я ничего не понял. Слушай, меня отец зовет. Мне пора. Позвони мне, когда побываешь в обществе «Уроборос».

— Эй, Бью! — прокричала Хейвен, пока ее друг не повесил трубку.

— Ну что еще?

— Мне ужасно жаль, что тебя здесь нет, — сказала ему Хейвен.

Хейвен вышла на тихую тенистую площадь в одном квартале от шумной Южной Парк-авеню. В центре площади за высоким кованым забором лежал прекрасный парк. Над верхушками кустов возвышалась статуя, изображавшая печального мужчину, понуро опустившего голову. Казалось, голова статуи парит над зеленью парка. По усыпанным мелким щебнем дорожкам около статуи шли два человека и негромко переговаривались. На глазах у Хейвен маленький мальчик попытался открыть ворота, но они оказались запертыми. Он немного постоял, обхватив пальцами чугунные прутья и заглядывая в таинственный мир в центре Манхэттена.

Среди особняков, располагавшихся вдоль южной стороны парка, стоял старинный дом из коричневого известняка, с широким балконом, выходящим на парк. По фасаду здания вверх вползали толстые стебли плюща. Плющ оплетал балкон, крался вдоль подоконников и свисал над парадной дверью. Казалось, в доме никто не живет. Он походил на место мрачного преступления, ныне населенное только призраками. Хейвен сразу поняла, что это и есть особняк из ее видений — бывшее родовое гнездо Стриклендов, а теперь — резиденция общества «Уроборос». Поднимаясь по ступенькам ко входу, она ощутила прилив воспоминаний о встречах и праздниках. Как только она открыла дверь, воспоминания оборвались. Изнутри здание оказалось полностью обновленным. Интерьер стал просторным и современным — ничего похожего на комнаты времен Констанс, отделанные деревянными панелями. Хейвен сразу стало зябко. Она могла поклясться, что ни разу здесь не бывала. Особняк стал стерильным и безжизненным, как завод по производству компьютерных чипов. Голос, звучавший в голове Хейвен, стал умолять ее уйти.

В нескольких ярдах от входной двери за столиком из стали и стекла сидел секретарь. В зоне ожидания стояли кресла, обтянутые бежевой кожей. Кресла были заняты родителями с детьми. Хейвен обратила внимание на девочку, на коленях у которой лежал раскрытый том «Божественной комедии» Данте.

— Могу ли я вам помочь? — вежливо осведомился молодой секретарь. В черных очках, белой рубашке, идеально причесанный, он походил на пластиковый манекен.

— Здравствуйте, — проговорила Хейвен, не отрывая глаз от толпы, собравшейся в приемной. — Простите, все эти люди — члены общества? — тихо спросила она.