Чтение онлайн

— Останься. Я налью тебе скотча.

— Нет, спасибо. Думаю…

— Я сказал «останься». Расслабься. Ты ведь этого хочешь. — Что-то в голосе мужчины заставило его повиноваться. По иронии судьбы, ощущение было гораздо более нервирующим, чем угроза физической расправы.

— Если ты настаиваешь, — неохотно ответил Антонио.

«Что, чёрт возьми, происходит?»

Мужчина схватил его за руку и потащил через комнату. Caray [14] , ну и хватка у этого человека.

— Садись, — приказал мужчина. — Я вернусь через минуту.

Тело Антонио повиновалось, но его разум метался между паникой и наигранной удовлетворенностью. Сохраняй спокойствие. Заставь его ослабить бдительность и беги к двери…

Парень быстро вернулся с прохладным и гладким стеклянным бокалом.

Антонио почувствовал аромат. Односолодовый скотч. Очень хороший.

— Макаллан 1926 года? — спросил Антонио.

— У тебя отличное обоняние.

— Я научился пить скотч ещё подростком, хотел позлить отца, который был виноделом. — «И, возможно, самым мерзким сукиным сыном на всей планете».

Мужчина засмеялся.

— Очень дорогой бунт.

Скотч был только началом пожизненного стремления отвергнуть всё, за что боролся его отец. Если это было последнее, что сделал бы Антонио, он бы избил отца — и под избиением он подразумевал убийство.

— Теперь у меня сменился вкус, — произнёс Антонио. — Я стал большим фанатом Бельгийского белого вина. И у меня есть шесть бутылок в холодильнике, если…

— Ты останешься и расслабишься, — приказал мужчина.

Антонио перестал тревожиться.

— Да, точно. — «Я так думаю».

Мужчина опять рассмеялся.

— Хорошо, значит, ты мой сосед?

— Да. Я Антонио Асеро.

— Кинич. Рад познакомиться. Расскажи про свою неудачу, — произнёс Кинич.

— Зачем? — Антонио никогда и ни с кем не обсуждал свои проблемы. Потому что смысла не было. Его бы сочли сумасшедшим или… ну, просто свихнувшимся. Ему никто не мог помочь. Так что, нет, спасибо.

— Если у тебя всё хуже моего, — ответил Кинич, — мне станет легче. — А затем добавил странно сухим тоном: — Я настаиваю.

Антонио сделал глоток, приятно обжигающей горло, жидкости. Странно, он чувствовал непреодолимое желание рассказать этому психу всё.

«Но, поверит ли он тебе?»

Положение Антонио выходило за рамки здравомыслия и бросало вызов всем законам Вселенной. По этой причине он ушёл из дома при первой же возможности. По этой причине он изучал квантовую физику. И по ней же ничто не имело значения больше, чем доказательство существования альтернативных измерений. Конечно, доказательство было похоже на призрачный горшок с золотом в конце радуги, пока два месяца назад коллега — в шутку — не отправил ему статью о майянцах и путешествиях во времени. В легендах говорилось о священной скрижали, при помощи которой майянцы путешествовали по звёздам, видели будущее, а затем возвращались домой, чтобы поделиться своим богатством знаний. Тогда майянцы построили пирамиды, сложные ирригационные системы и календарь более точный, чем современный. Однако, святые майянцы, понимая всю опасность путешествия во времени и исследования измерений, держали свои знания в тайне. Лишь жрецы и короли знали о существовании скрижали.

И когда пришли испанцы, именно Диего де Ланда [15] раскрыл их секреты и стал свидетелем их сил. Да, Фрай Диего Де Ланда. Печально известный францисканский монах, возглавивший мексиканскую инквизицию и подвергший коренное население жестоким формам пыток во имя христианства. Он сжёг все записи, включая священные рукописи, и уничтожил каждую скрижаль, до которой смог добраться. Никто не понимал его жестокого, кровавого желания разрушения, но если он действительно видел, как скрижали открывают портал в другой мир, легко догадаться, почему монах того времени и возраста поверил, что это дьявольская магия.

К счастью, не всё успели уничтожить. Сохранилось несколько ценных исторических документов и запись об одной сохранившейся скрижали, которая была спрятана от испанцев и хранилась все эти столетия где-то на границе Белиза.

— Я жду, — сказал Кинич.

Антонио ощутил странное давление в голове, заставляющее его говорить.

— Всё началось, когда я поехал в Мексику и нашёл артефакт, который искал. Скрижаль. Я не верил, что она там, но чёртова штука практически сама на меня свалилась… будто сама меня искала, — ответил Антонио.

— Ты же не веришь, что скрижаль тебя искала? — спросил Кинич

Антонио ещё отпил скотча.

— Я много раз это обдумывал, Puta madre [16] ! Я схожу с ума, но не могу отрицать того, что видел. Я уже неделю жил в Тулуме, Мексика, и со мной была компаньонша, милая немка по имени… caray. Не могу вспомнить… Уте, s'i, Уте так её звали. С телосложением модели и безумно ненасытна, но её непрекращающееся нытье сводило меня с ума. «Займись со мной любовью снова, Антонио. Ты слишком много работаешь, Антонио. Ты мало времени со мной проводишь, Антонио». Caray. С меня хватило. Мужчине нужно пару часов на передышку. Я взял снаряжение, карту и поехал на джипе. И думаю, что уже знал, куда еду… на грунтовку среди джунглей. Там у меня сдох движок.

— Дай, угадаю: там ты встретил рыжую незнакомку в розовом.

Давление в голове Антонио спало.

— Откуда ты узнал?

— Удачная догадка, — ответил Кинич.

«Угадай-ка удачно, куда я тебя пну».

— Откуда ты узнал?

Кинич откашлялся.

— Эта рыжеволосая — моя сестра, которая любит вот так вот появляться.

— Твоя сестра?

— Да, — ответил Кинич, — и могу поспорить, что она говорила о клоунах, о жуках, а затем направила тебя к скрижали.

Да, всё так и было. Откуда он знал?

— Мне казалось, что это всё было сном. Погружение с аквалангом, поиск скрижали в сеноте, починившийся сам по себе джип. Но когда я проснулась в своей постели в Нью-Йорке, понял, — всё это было предначертано судьбой.

Кинич хохотнул.

— Не Фейт, а Симил. Фейт не пачкает ручки слишком сложными сюжетами из джунглей. Такое под силу лишь Симил.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Полагаю, — протянул Кинич, — нет ничего плохого в том, чтобы рассказать. Всё равно, перед тем, как ты уйдёшь, я тебе память сотру.