В тебе
Шрифт:
– Доча, ты решила бросить нас с сестрой и улететь в далёкие края? – мама девочек еле сдерживала улыбку, стараясь сохранить серьёзный вид.
– Я же вернусь! Посмотрю мир и обязательно вернусь домой к ужину.
К разговору подключилась Яна:
– Дурочка, ты уже никогда не вернёшься! Кто будет донашивать мои платья? Нам их что, выкидывать придётся?
Тут уже и Кирилл, и Светлана Петровна не сдержались – звонкий смех заполнил маленькую кухню. Девочки лишь смотрели на обоих округлёнными глазами и не могли понять причину их хохота.
Счастливый новоиспечённый инструктор по воздушным шарам резюмировал:
– Если решишь улететь, то нужно будет подготовить распорядительные бумаги для твоего полёта, а бюрократия – штука непростая. Возможно, придётся ждать долгие месяцы, а то и годы!
Пока Алла обдумывала слова нового и такого умного знакомого, Кирилл обратился к её маме.
– Светлана Петровна, благодарю за информативное занятие и обалденный ужин. Курица просто объедение! – с улыбкой произнёс он и встал из-за стола. – Мне нужно успеть в магазин до закрытия, да и ваши свободные двадцать минут почти истекли.
Кирилл поставил тарелку в раковину и направился в прихожую. Светлана Петровна последовала за ним. В этот момент Алла смотрела на старшую сестру и пыталась сформулировать вопрос.
– Что за бумаги ещё такие – распрадительные? И какая ещё такая брюкратия?
Яна в ответ только пожимала плечами.
Кирилл уже надел куртку и активно завязывал шнурки. Портфель стоял около двери. Светлана Петровна вдруг резво метнулась на кухню.
Вернувшись, она протянула мешочек с разогретым пирожком:
– На, возьми, чуть не забыла.
Потом потянулась к сумке, что-то достала, зажав в кулаке, и сказала вполголоса:
– Никаких отказов не приму.
Кирилл, конечно, пытался отнекиваться, но та была непреклонна, и двести рублей оказались у него в кармане. Неловкую для парня ситуацию разрядила выбежавшая из кухни Алла.
– А вы ещё придёте? Мне нужно ещё что-то с вами обсудить.
– Придёт-придёт, – вместо Кирилла ответила Светлана Петровна, – но не будем сейчас задерживать дядю.
Перед выходом они тепло попрощались и обменялись дружескими улыбками, а девочки добавили несколько прощальных взмахов маленькими ладошками. Кирилл вприпрыжку, словно на невидимых крыльях эйфории, спустился по лестнице и вылетел из подъезда. Он боялся, что не застанет случайного мохнатого друга, но котёнок будто ждал своего спасителя.
– Ты всё ещё здесь, малыш?! – радостно произнёс Кирилл. – У меня кое-что для тебя есть.
Свёрнутый вдвое пакет оказался на крыльце, а поверх него легло благоухающее угощение, обещающее несчастному животному небольшой шанс на выживание.
– На, поешь, – Кирилл слегка подтолкнул котёнка, чувствуя, как по крохотному тельцу барабанит озноб. – Сколько тебе сейчас, полтора или два месяца? Я бы с радостью взял тебя домой – было бы с кем поговорить… Но боюсь, что кое-кто совсем не будет тебе рад, а если даже и разрешит тебя оставить, то раздавит, как таракана, в порыве безумия… – Кирилл ещё раз провёл ладонью по мокрому и чёрному, как смерть, тельцу, успевшему подзарядиться теплом подогретой выпечки. – Нас обоих ждёт впереди борьба на разных фронтах жизни. Удача нам пригодилась бы…
Кирилл рванул с места. Осенний воздух ударил в нос чем-то особенно пьянящим – на секунду даже пришлось остановиться и стабилизировать положение собственного тела. Светлана Петровна, а теперь и всё её маленькое семейство стали ярким белым пятном на фоне чёрных сгустков жизненных обстоятельств. На часах было сорок две минуты десятого. Восторженную радость омрачал отцовский наказ о покупке. Ещё рядом с остановкой Кирилл заприметил пивнушку на первом этаже жилого здания. Обычно в спальных районах при покупке лёгкого алкоголя не вставал вопрос о наличии документов, подтверждающих возраст. С полным желудком гастрономического удовольствия Кирилл бежал по уже знакомому маршруту.
Эпизод 6
Кирилл открыл глаза и потянулся с блаженной улыбкой. Вечером перед сном он прочитал в общем чате класса, что первый урок отменён из-за болезни учителя, поэтому поставил будильник на восемь утра, рассчитывая поспать чуть подольше, но привычка распорядилась временем иначе, и Кирилл проснулся раньше планируемого. Вечер, проведённый накануне в компании Светланы Петровны и её дочурок, имел явные эмоциональные последствия: ночью ему приснился дом где-то на окраине города и счастливое семейство с ним самим во главе. Глядя в потолок сквозь пелену остатков сна, он вспоминал мимолётные мгновения эфемерного счастья.
Хорошо одетый и значительно повзрослевший Кирилл с умиротворённым видом сидел на скамье вблизи трёхэтажного частного дома. Он чувствовал, как счастье растаскивает его улыбку по разным углам, как реки пульсирующей в блаженстве крови курсируют по телу, как в нём жизнедействует целый мир – восхитительный набор из соответствий всем его идеалам.
За небольшим прудом неподалёку расположилось бесчисленное количество деревьев, многие из которых под присмотром ветра заигрывали кронами с небосводом. Другие, склонившись, почтенно касались земли, отдавая дань корням. Стая птиц над крышей дома напоминала огромного карикатурного орла, желающего проглотить соразмерного его аппетиту медведя. Где-то позади себя Кирилл услышал протяжное мяуканье. Он обернулся и увидел маленького чёрного котёнка, карабкающегося по яблоне в надежде поймать хотя бы одну бабочку из пяти, порхающих среди зелени.
– Папа, папа! – одновременно с хлопком двери послышался детский голосочек.
– Алла?! – Кирилл вытаращился на хорошо знакомую ему девочку.
– Конечно, Алла – ты чего, забыл?!
Девочка подбежала вплотную и схватила крохотными ладошками по одному его указательному пальцу.
– Пап, я хочу полетать и зачерпнуть немного неба. Ты купил мне воздушных шариков? Мама говорит, что такие вопросы задавать только тебе!