Чтение онлайн

Дин чертовски устал исполнять приказы, чертовски устал терпеть унижения от денежных мешков, чертовски устал растягивать гроши от зарплаты до зарплаты.

– Как только мы сойдем с корабля, а бомбы сработают, может, и от мистера Ларкина избавимся.

Веслом по башке и за борт – делов-то.

Никто из участвующих в дележке не возражал против такого плана: чем меньше рыл, тем больше доля.

– Но до того момента не спускайте с него глаз, – предостерег Дин. – И постарайтесь, чтобы он вас не заметил.

* * * * *

ПО ПРАВДЕ СКАЗАТЬ, ДЖЕННЕР ХОРОШО ПРОВЕЛА ДЕНЬ.

Тиффани была веселой и честной, а четверка, с которой они сдружились – Линда, Нина, Пенни и Кнопка – искренне наслаждалась жизнью, безудержно радуясь экзотической красоте острова и приятной компании. Линда не упоминала о своем признании накануне, а Тиффани и Дженнер охотно подыгрывали ей. Та неожиданная откровенность тронула Дженнер больше, чем она готова была признать.

В течение дня Кэйл скупился на слова, что должно было бы принести ей облегчение, но не принесло. Во-первых, взгляды, которые он изредка бросал на нее, заставляли Дженнер краснеть, как девственницу посл первой брачной ночи. Стоило им обнажиться друг перед другом, и отношения между ними в корне переменились. Она ничего такого не ожидала, но не могла отрицать эту перемену. Она так настроилась на него, что даже простое поглаживание пальцем по руке заставляло ее сгорать от желания.

А во-вторых, Тиффани быстро смекнула, что произошло, и то и дело с усмешкой поглядывая на них, отчего Дженнер еще больше силилась следить за собой. Черт, она же не чувствовала такого напряжения, когда все думали, что они спят вместе, хотя это было неправдой. А теперь, когда это случилось, она ощущала себя словно бы голой. Спутницы, верно, объясняли молчание Кэйла неловкостью из-за того, что его бывшая и новая подружки нашли общий язык, но Дженнер угадывала правду: он воображал, как займется с ней сексом. Опять. Скоро.

Но к концу дня, когда они вернулись на корабль, вместо того чтобы сразу же потащить ее в постель, Кэйл ушел поговорить с Райаном. К досаде Дженнер, потом он ничего ей не рассказал. Собираясь на ужин, она попыталась выудить хоть что-то:

– Чем сегодня займемся?

– Зависит от Ларкина, – ответил Кэйл, застегивая пуговицы на манжетах. – Так как он несколько раз за сегодня мог засечь Райана и Фэйт, мне самому придется за ним следить, если он покажется на палубе, а ребятам лучше не высовывать носа.

– В смысле, нам с тобой придется за ним следить, – внесла поправочку Дженнер.

Кэйл покосился на нее:

– Нет, тебе следить не нужно. Тебе ничего не нужно делать, просто стой рядом и выгляди великолепно.

– Другими словами, «не забивай свою хорошенькую головку»… – начала она, слегка разозлившись. Когда же до него дойдет, что она тоже в этом участвует? Она больше не пассивная пешка!

Кэйл фыркнул.

– У каждого из нас свои обязанности. Твоя – быть смирной, исполнительной и послушной милашкой.

– Разве «исполнительная» и «послушная» не синонимы?

– Именно из-за разницы между этими понятиями я нечасто бываю дома.

Дженнер повернулась к Кэйлу спиной и прошествовала к шкафу, чтобы выбрать наряд.

– Если я должна просто служить украшением, то что мне, черт возьми, надеть?

Он что-то неразборчиво пробормотал в ответ. Что-то похожее на «скафандр».

СИДНИ ХЭЗЛЕТТ СИДЕЛА В ГОСТИНОЙ под надзором Ким и Адама и по его телефону говорила с Дженнер. Их частые и всегда короткие беседы в последние дни претерпели значительные изменения: теперь реплики звучали почти нормально. Ни одна из подруг больше не боялась. В тон Дженнер вернулась былая уверенность, и от этого Сидни тоже приободрилась. Если Дженнер приспособилась к происходящему, то и она сможет. Целую неделю их удерживали в качестве заложниц и из-за постоянной угрозы, что подруга пострадает, каждая из них была натянута как струна. Но теперь появилась и крепла уверенность, что скоро этому кошмару придет конец. Хороший конец, при котором все останутся живы.

Сегодня вечером «Серебряный туман» должен отчалить с Мауи и через пять дней войдет в гавань Сан-Диего. Пять дней, и это экстремальное приключение закончится.

– Как тебе лайнер? – спросила Сидни. Ей очень хотелось испробовать изюминки «Серебряного тумана».

– Лайнер замечательный, – ответила Дженнер. – И это радует, потому что в море я больше ни ногой.

Сидни захотелось извиниться. Ведь этот круиз был ее идеей, а проклятую каюту забронировал ее отец. Но каяться по телефону было неловко да и не ко времени, поэтому она не стала и пытаться. Вот когда она обнимет Дженн, когда будет точно знать, что кошмар закончился, тогда и попросит прощения.

– Кормят тут на убой, – продолжила Дженнер.

Сидни вздохнула:

– Завидую. Я бы убила за приличный чизбургер с картошкой-фри. В здешней доставке отличные салаты и креветки на гриле, но чизбургеры у них ниже среднего, а картошка не прожарена. Ничего не имею против салатов и креветок, но в текущей стрессовой ситуации до чертиков хочется чего-то более существенного. Ну, знаешь, вредного и нажористого.

– Мне пора, – перебила ее Дженнер. – Поговорим завтра. А когда встретимся, до отвала наедимся чизбургерами! – И связь прервалась.

Сидни секунду смотрела на телефон, а затем по-детски высунула язык. Она уже привыкла, что их щебетанье всегда обрывалось неожиданно – наверное, громила, приставленный к Дженнер, заставлял ее повесить трубку. Это ему Сидни показала язык, а не Дженнер. Пару раз она слышала его голос на заднем плане. Он говорил как полный придурок.

Зато голос Дженнер снова стал прежним, а значит, ее тюремщик не так уж плох. Не то чтобы Сидни не хотелось собственноручно надрать ему задницу. Ну, или нанять для этого какого-нибудь специалиста. Ее-то вряд ли кто испугается, но ведь можно подрядить парочку мордоворотов, и когда это безобразие закончится, так она и поступит. Нельзя допустить, чтобы зло осталось безнаказанным и подобное повторилось.

Возможно, удастся нанять боевиков, вроде ее похитителей. Теперь Сидни знала их лучше, чем неделю назад. Что вполне естественно после долгого времени, проведенного вместе. Дори прикидывалась грозной, хмурилась, рявкала и грубила, когда находилась на дежурстве, но не в свою смену мило улыбалась. А еще она смеялась всяким глупостям по телевизору и простодушно радовалась, застав несколько выпусков «Трех балбесов» подряд по окончании ночной смены. Сидни и сейчас не рискнула бы намеренно злить ее, но все же теперь Дори пугала намного меньше, чем в первый день.