Чтение онлайн

– Иными словами, с помощью блимпов мы можем совершать длительные полеты на расстояние в несколько сотен километров вглубь материка, высаживать и эвакуировать разведгруппы, доставлять небольшие грузы и при этом взлетать и садиться, как вертолет – в любом месте?

– Именно так. С небольшим уточнением, что вертолет тоже не везде может сесть. Ему все же нужна хоть какая-то площадка, и чтобы рядом ничто не мешало. Я смотрел военную хронику – война во Вьетнаме и в Афганистане. В том числе о действиях вертолетов. Впечатляет.

– Вы, похоже, уже вошли во вкус, граф? Я имею в виду стезю конструктора?

– Так ведь можно совмещать одно с другим. Конструировать воздушные корабли и самому летать на них. В той моей жизни я подал рапорт о переводе в воздухоплавательные части германского флота, но его не удовлетворили. Не знаю, почему. Теперь же мне никто летать не запретит. Как можно конструировать дирижабли, если самому не знать, как они ведут себя в воздухе?

– В принципе, согласен… Сам такой… Но все равно не рискуйте понапрасну. А «Колумб», значит, теоретически способен выполнить перелет в Европу?

– Теоретически да. Практически – я бы пока не торопился это делать. Надо облетать его, не удаляясь слишком далеко от Тринидада. Достроить второй цеппелин «Магеллан» и остальные блимпы. Посмотреть, как они себя поведут. Если все будет хорошо, продолжить постройку целой серии цеппелинов и блимпов по этим проектам. Если в ходе полетов выяснятся какие-то неприятные сюрпризы, устранить их и учесть в разработке новых проектов. Если мы хотим действительно начать осваивать воздушный океан, то воздушных кораблей понадобится много. Построить аэродромы на материке в местах, которые мы контролируем. На островах, хотя бы на самых крупных, – на Тобаго, Кубе, Эспаньоле, Ямайке, Пуэрто-Рико, Маргарите, Барбадосе. Да и в Нью-Йорке заодно, раз уж мы там теперь обосновались. Выгоним лимонников оттуда, Леонид Петрович?

– Выгонять не станем, сами сбегут. Те, кому наши порядки не понравятся. А те, кто признает нашу власть, зачем их гнать? Нам сейчас лояльно настроенное белое население ой как нужно! Так зачем отталкивать тех, кто сам сбежал в Новый Свет из английского «рая»? Думаю, они излишней преданностью королю Англии не отягощены.

– Хотелось бы на Нью-Йорк посмотреть, какой он сейчас.

– Так приходите ко мне в гости сегодня, покажу вам свежие видеозаписи. Но поверьте, там и смотреть не на что. Деревня деревней…

Уже поздно вечером, после ухода Байсселя, Леонид с Матильдой снова просматривали видеозаписи, сделанные при полетах «Колумба» и «А-1». Детей хоть и с огромным трудом, но все же удалось уложить спать. Правда, клятвенно пообещав, что если не возникнет никаких форс-мажорных обстоятельств, то через два дня они все вместе совершат полет на «Колумбе». Разразившаяся буря восторга – это было слишком слабое утверждение. Матильда и сама была ошарашена известием о предстоящем полете, согласившись не раздумывая. И вот теперь они, уединившись в кабинете, еще раз смотрели видео, которому суждено войти в историю.

– Молодцы, ребята, постарались.

– Леонардо, а летать страшно?

– Не бойся, другие же летают. А дирижабли в плане безопасности полета гораздо лучше, чем самолеты.

– А как высоко на них подняться можно?

– На дирижаблях? Во время Первой мировой войны немецкие цеппелины поднимались до семи тысяч метров, но это исключение. Обычно меньше. Наверху воздух сильно разрежен, и дышать без кислородных масок очень трудно. А так стратостаты поднимались гораздо выше, но у них была герметичная гондола. Самолеты тоже высоко летают – военные до двадцати километров и выше, гражданские поменьше. Но они все полностью герметичны.

– Подумать только… И как же до всего этого дошли?

– Лень заставила.

– Лень?! Почему лень?!

– А ты разве этого не знала? Ведь лень – двигатель прогресса! И поскольку человек ленив по своей природе, вот он и начал придумывать разные вещи, облегчающие ему жизнь. Начал с каменного топора. Дошел до космических кораблей. Так что лень, дорогая моя, лежит в основе всех великих изобретений!

Два дня тянулись бесконечно долго для Матильды, Диего и Мигеля, но очень быстро пролетели для графа Байсселя, изо всех сил старавшегося не ударить лицом в грязь. И вот в назначенное время Леонид с женой и детьми, за исключением самого маленького Александра, стояли рано утром на аэродроме, с восхищением оглядывая огромный корпус «Колумба», паривший на небольшой высоте. Его связывала с землей только причальная мачта, вокруг которой сейчас суетилась аэродромная команда. Неожиданно рядом возник Байссель, четко по-военному доложив о готовности к полету. Леонид поздоровался и кивнул с улыбкой на своих спутников.

– А вот и наши пассажиры, граф. Если бы вы знали, какую осаду мне пришлось вынести за эти два дня!

– У нас все готово! Добро пожаловать на борт, дамы и господа!

Последние проверки, команда на расстыковку с причальной мачтой, и вот «Колумб» начинает медленное движение вверх. Двигатели запущены и работают на малых оборотах, удерживая воздушный корабль на месте, лишь компенсируя силу ветра. Земля становится все дальше и дальше, и вот уже за горным хребтом виден океан до самого горизонта. Вел цеппелин Игорь Самарин, ставший командующим Военно-воздушными силами Русской Америки. Головокружительная карьера для всего лишь четыре года назад оперативника, капитана ФСБ с позывным Самурай. Однако Самарин оказался на своем месте, сразу же взявшись за организацию ВВС. Решили не растаскивать в разные стороны авиацию и воздухоплавательные части, объединив их под одним общим командованием. Вот теперь Самарин и натаскивал лично будущих пилотов, поскольку таковых еще в природе не существовало.

Поднявшись на высоту в две тысячи метров, «Колумб» взял курс на юг и полетел над побережьем залива Париа в сторону материка. Самарин проверил показания приборов, и доложил.

– Заняли эшелон, Леонид Петрович. Курс сто восемьдесят, высота две тысячи, скорость пятьдесят шесть узлов. Горизонт чист.

– Командуйте, Игорь Александрович. Вы в авиационных делах лучше разбираетесь, а я тут просто пассажир…

Здесь же находился и Байссель, внимательно наблюдая за происходящим. Экипаж цеппелина справлялся сам, помощь конструктора не требовалась, но он считал своим долгом находиться в рубке во время полета. Диего и Мигель буквально прилипли к иллюминаторам, иногда обмениваясь восторженными возгласами вполголоса, но оба четко выполняли предполетный инструктаж – по рубке не бегать, не шуметь, руками ничего не трогать, а если что-то уж очень захочется спросить, то обращаться к сеньору Байсселю, не отвлекая экипаж. Леонид с Матильдой стояли чуть в стороне, тоже всматриваясь в великолепную панораму, открывшуюся с высоты птичьего полета. Далеко позади остался Форт Росс с рейдом, полным кораблей, и гора Арипо – самая высокая точка Тринидада. Слева темнел горный хребет, пересекающий остров с севера на юг, внизу раскинулся зеленый ковер джунглей, а еще дальше вокруг была синева океана и залива Париа. Матильда не удержалась от восклицания.

– Как красиво… Это совсем не то, что смотреть видео на экране компьютера. Леонардо, а куда мы сейчас летим?

– Совершим облет Тринидада по периметру, если ничего не помешает. Испытания еще не закончены, поэтому далеко удаляться от острова не стоит. После окончания всего комплекса испытаний совершим полеты на близлежащие острова – Тобаго, Маргариту и Барбадос. Надо же проверить, как наши подданные живут. Дальше – полеты на Кубу, Эспаньолу, Пуэрто-Рико и Ямайку. Но не ранее, чем там будут подготовлены аэродромы и доставлено снабжение в необходимых количествах. Надо бы и Новую Гранаду как следует охватить своим вниманием. Маракайбо – в первую очередь. И Боготу навестить с инспекцией, чтобы знали, кто в доме хозяин… Но Богота далеко от моря, там пока хоть какой-нибудь, самый захудалый аэродром построят, много времени пройдет. Как видишь, не так все просто, дорогая. В нашем мире авиация тоже не могла существовать сама по себе – без разветвленной сети аэродромов и соответствующего уровня технического обслуживания. Дирижаблям в этом плане все же проще, чем самолетам, им взлетно-посадочная полоса не нужна. Но какой-то минимум аэродромной инфраструктуры все равно необходим. Даже блимпам, поскольку после полета куда-нибудь к черту на рога им все равно надо будет возвращаться на свой аэродром для заправки и техобслуживания. Про цеппелины и говорить нечего. Поэтому ни в Лиму, ни в Мехико мы пока что летать не будем – там еще ничего нет. Вот когда появится, тогда и наладим регулярное воздушное сообщение. А сначала будем осваивать воздушные перевозки на подконтрольных нам территориях. На материке же – только разведывательные полеты.