Чтение онлайн

Из архива — «Личное дело Каминского Г.Н.»

«Народный комиссариат внутренних дел.

Главное управление государственной безопасности.

Ордер № 2521.

Июля 25 дня 1937 года.

Выдан сержанту Главного управления государственной безопасности НКВД на производство ареста и обыска Каминского Григория Наумовича. Адрес: ул. Серафимовича, д. 2, подъезд 12, квартира 225.

Зам. народного комиссара внутренних дел СССР, комиссар государственной безопасности 1-го ранга

(Подпись).

Начальник Второго отдела ГУГБ [21] комиссар государственной безопасности 3-го ранга

(Подпись)».

При аресте у Г.Н. Каминского изъято: членский билет ВЦИК № 212, членский билет ЦИК СССР № 253, партийный билет № 0000171, 90 рублей наличных денег (после реабилитации возвращённых семье Г.Н. Каминского. — И. М.), часы-луковица, авторучка. При обыске в квартире на набережной обнаружены принадлежащие арестованному книги Томского, Бухарина, Рыкова в количестве двадцати экземпляров и книга Гитлера «Моя борьба».

Сразу же после ареста начались допросы «с пристрастием». В течение двух недель избиения, пытки, допросы без сна в течение нескольких суток не дали «следствию» никаких результатов — Григорий Наумович молчал.

Заговорил Каминский на допросе 4 июля 1937 года.

Всего в деле два протокола допросов, подписанных Каминским.

Из протокола 4.6.37-го года:

«Особенность моих взглядов состояла в том, что, в отличие от многих, я воспринимал всерьёз восстановление и развитие мелкого крестьянского хозяйства. Мне казались смешными опасения перед силой кулака, и я выступал, например, совершенно против Каменева в 1925 году, когда он пугал партию подтасованными цифрами о кулацкой мощи.

В дальнейшем по характеру моей работы в центре моего внимания стояла по-прежнему деревня, а не город. Меня заставили дрогнуть события, развернувшиеся в 28 — 29 годах в советской деревне. Мне стало казаться, что темпы коллективизации искусственно форсируются, что крестьянство идёт в колхозы под административным нажимом, что это так долго продолжаться не может. Это и послужило основой моих взглядов...

Другая причина заключается в жалости к товарищам по партии. Мне было жалко Бухарина, жалко Рыкова, которых я лично хорошо знал. Мне казалось, что к ним напрасно придираются, что их зря травят.

На февральско-мартовском Пленуме я выступил против Кагановича. На июньском я выступил против Ежова и Берии».

Следователь [22] . Рядом данных досконально подтверждено, что, пытаясь уйти от ответственности и сохранить законспирированные кадры вашей организации, на предыдущих допросах вы скрыли от следствия вредительскую организацию в НКЗдраве [23] , руководимом вами. Категорически предлагаем прекратить двурушничество и рассказать откровенно по существу вопроса. (Подписывая этот протокол, Григорий Наумович с трудом — пальцы, переломанные дверью, еле удерживают ручку — вычёркивает слово «откровенно»).

Каминский. Многие полагали, что строительство социализма своё возьмёт и новая культура обойдётся без лечебного дела, без борьбы с эпидемиями, которые сами отойдут в прошлое, как хлам старого. (Возможно, говоря это, Григорий Каминский вспомнил академика Павлова...) Строить новые лечебные и инфекционные корпуса не нужно, подготовка новых кадров должна быть более медико-просветительской, чем социально-лечебной и санитарно-эпидемической, что фельдшер — это остаток прошлого, что врач должен быть больше на заводе или в колхозе, а не в больнице.

Все болезни были под номерами. Эпидемии сыпного тифа засекречивались. Больному говорили: вы больны не сыпным тифом, а болезнью номер два. Это приводило к расползанию эпидемии и увеличению детской смертности. Все мои усилия сопротивляться этой практике оказались безуспешными.

Что же мы имеем? Полное отсутствие медикаментов и прочного материального снабжения лечебных учреждений. Приостановление ремонта и строительства новых больниц. Дескать, победа социализма — они не нужны. Одним словом, полное разложение и запустение медицинского дела в стране.

Следователь. Это всё, что вы хотите показать о вредительстве, проводимом вами?

Каминский. Нет, не всё. (Можно предположить, как горько усмехнулся Григорий Наумович в этот момент). Ставка на рост эпидемий, развитие антисанитарии в стране — это ставка на пораженчество в войне. Рост эпидемий, запущенность микробиологии, неподготовленность населения и медицинской службы в военном деле — это есть прямое пособничество врагам. Антисанитарное состояние страны как в области коммунальной санитарии — очистка городов, банное и прачечное дело, охрана и состояние водоёмов, канализации, так и в других областях санитарии, в особенности пищевой, промышленной и торговой, есть постоянный источник для эпидемии и почва для недовольства населения.

Следователь. Вы рассказываете о недостатках работы вообще, что нас меньше всего интересует. Предлагаем подробно остановиться на конкретной вредительской деятельности.

Каминский. Хотите конкретно? Пожалуйста. Прежде всего задержка производства сывороток и вакцин. Почему нельзя правильно развивать это дело, как это есть во Франции или Америке (США)? Производство сывороток и вакцин не выводилось из того кустарного состояния, в котором оно находилось.

Без окончания строительства нового вакцинного и сывороточного корпуса и всего строительства микробиологического и эпидемиологического комбината в Москве нельзя было и думать вывести из кустарщины производство сывороток и вакцин. Это надо было проводить в масштабах, которые не только вывели бы страну из затруднений, но и давали достаточно резерва на случай войны для всего населения, для армии, а также для нужд противобактериальной войны.

Следователь. Кто на местах непосредственно руководил вредительской работой?