Чтение онлайн

– Коллеги, мы урезаем расходы, с сегодняшнего дня у вас есть выбор: все добровольно пишут заявления о сокращении заработной платы на пятьдесят процентов либо увольняются по статье.

Большинство сотрудников конечно же затягивают пояса и добровольно переходят на уменьшенный оклад. Со следующего понедельника все они будут уволены, однако выходное пособие составляет уже ровно на пятьдесят процентов меньше.

За ту же первую неделю мне на почту пришло четырнадцать резюме. Мне позвонили сразу несколько старых знакомых, след которых я потерял много лет назад, и спросили, не мог бы я купить у них по дешевке яхту, спортивный автомобиль или недостроенный коттедж на очередном километре Новорижского шоссе.

Под влиянием этих и других новостей корпоративной жизни моих коллег я принял твердое решение изменить свою жизнь. Но, как оказалось, это не имело ровным счетом никакого значения. Потому что на следующий день после того разговора, который случился у нас с Амани на балконе моей квартиры, я подал заявление об уходе из «Омеги», чтобы наконец пойти по жизни своим собственным путем с необыкновенной женщиной, которую подарили мне боги таинственных догонов.

А разговор этот, от воспоминаний о котором у меня и сейчас захватывает дух, сложился вот так.

– И все-таки кто они такие, теллемы? – вполголоса спросил я.

– Я смотрю, никак ты не успокоишься, – улыбнулась Амани, плотнее укутывая ноги пледом. – Уже неделя, как вернулся, а думаешь все время только о теллемах...

– Это верно, – признался я. – Ну, раз уж я выяснил их секрет, необходимо знать и научное объяснение их существованию.

Я уже неделю, тайком от Амани, лихорадочно записывал наши приключения, подготавливая рукопись, которой, скорее всего, не суждено увидеть своего читателя. И все же многие вопросы так и оставались для меня настоящим темным лесом.

Она подняла на меня глаза, полные, как мне показалось, сочувствия, и я взял ее руку, темную и гладкую, словно шелк цвета шоколада.

– А ты не считаешь, что на этом месте нужно остановиться? – спросила она серьезно. – И поставить точку в этом приключении?

– Нет. Почему вдруг?

– Потому что у некоторых вещей на свете нет научного объяснения. И достаточно тебе тех объяснений, которые тебе были предоставлены.

Я рассмеялся:

– И это мне говорите вы, профессор Коро? Вы, заслуженный научный сотрудник Сорбонны? Глупости, Амани. У любого факта есть научное объяснение. В том числе и у теллемов. Наверняка это просто реликт исчезнувшего вида человекообразных.

Она долго медлила, прежде чем ответить:

– Да, Жан-Мари был прав, он догадался сразу. Это, по-видимому, вид человекообразного примата, которого ученые называют Homo rudolfensis. Только высшие приматы могут издавать те звуки, что мы приняли сперва за крики африканской дрофы, и только rudolfensis обладал теми внешними характеристиками, которые приписывают теллемам: низкий рост, красная шерсть, лысый череп, – и при этом имел достаточно большой объем мозга для того, чтобы строить себе жилища.

По моему вопросительному взгляду Амани, видимо, поняла, что мои познания в палеоантропологии оставляют желать лучшего, и снизошла до некоторого объяснения:

– В Африке найдено много останков так называемого человека умелого – Homo habilis. Но, повидимому, это было довольно примитивное существо, хотя объем его мозга и был в полтора раза больше австралопитека. Умелый, конечно, мог изготавливать себе орудия и даже готовил пищу на огне, но в то же время он не обладал еще физическими характеристиками, позволяющими двигать прогресс человечества вперед. Долгое время человека умелого считали прямым предком современного человека, но все изменилось, когда в Центральной Африке, на озере Рудольфа, были найдены останки другого вида человекообразного существа. Этот человек, названный рудольфским, имел мозг объемом на четверть больше, чем умелый, приблизительно в два раза меньше современного мозга, например, Алексея Санаева.

– И в полтора раза больше мозга докладчика, – вставил я с улыбкой.

– Человек рудольфский – вполне подходящая стадия развития для того типа цивилизации, которую создали теллемы. Человек умелый на самом деле умел слишком мало по сравнению с теллемами, а неандерталец, или Homo erectus, человек прямоходящий, никак не стыкуется с теллемами по своему физическому строению. Остается один вывод: именно загадочный Homo rudolfensis уникальным образом сохранился до наших дней на изолированном плато догонов в самом центре Африки.

– Так... Получается, это их отпечатки рук мы видели среди наскальных рисунков возле деревни Сонго? – догадался я.

– Совершенно верно: тех самых рук, одну из которых ты заметил в кустах в момент трагедии с Брезе. И эти отпечатки навели Жана-Мари на верное предположение.

– А птицу Балако догонские жрецы придумали для того, чтобы как-то объяснить своим соплеменникам ночные крики?

– Конечно. И запретили под страхом смерти выходить из дома после полуночи, ведь именно в это время теллемы начинают свою ночную жизнь на плато.

– А кто убивал всех европейских путешественников, пытавшихся попасть в пещеры теллемов?

– Теллемы всего лишь выполняют приказы жрецов. Они вряд ли способны понять, кто из белых людей турист, кто охотник за головами, а кто знаменитый антрополог. А уж способов таинственной смерти они, как тебе известно, знают предостаточно. Они хитры и изобретательны, как люди, и умеют передвигаться тихо и быстро, как звери.

– Но ведь некоторым ученым все-таки удавалось попасть внутрь...

– Да, – кивнула Амани. – Жрецы догонов специально устраивают подчас такие «экскурсии», чтобы на Западе успокоились и поверили в то, что теллемов не существует. Именно поэтому нельзя было допустить, чтобы вождь деревни Номбори откровенничал с тобой о реальности теллемов.

– Но откуда же ты тогда узнала, что теллемы – это именно человек рудольфский?

– Это лишь мое предположение. И я бы хотела, чтобы оно так и оставалось предположением, потому что стремиться доказать его было бы безрассудством и грозило бы смертью мне и моей матери, которая до конца жизни будет жить среди догонов.

– Интересно, – согласился я. – А я бы все-таки хотел это научно доказать...

– Опять ты за свое! – блеснула очками Амани. – Нет, конечно! Для того, чтобы научно доказать происхождение теллемов, нужно сначала доказать их существование, а о нем известно только одному белому человеку – тебе! И если этот человек не будет держать язык за зубами, – она коснулась пальцем моих губ, – то его не спасет даже шестнадцатый этаж московского небоскреба! И вообще, Алексей, не нужно считать, что всякую вещь можно доказать научно. Это заблуждение.