Ух, началось!
Шрифт:
С утра вожак с помощником отправились на разведку, я ходила по комнатке, как дикий зверь, настолько расстроенная, что даже кофе сварить не могла. Меня терзало вчерашнее: с чего мы, собственно, так завелись?! Вот же недоразумение, главное – на ровном месте!
Гремучий коктейль из страха, злости и еще непонятно чего парализовал все желания. Ни читать, ни смотреть кино – ничего не хотелось, руки опустились, и я не знала, как дожила до вечера.
Это была настоящая пытка.
Как луч света в темном царстве, почти в ночи появилась счастливая подруга, горящая желанием поделиться впечатлениями после удачного свидания. Ворвавшись в темную комнату, где я так и не удосужилась включить свет, она сказала:
– Дашкинс, не поверишь! Макс такой интересный мужчина, а еще в нем есть какой-то надлом, который так хочется исцелить! – Ну вот, не одна я говорю все разом, когда волнуюсь.
Я безумно обрадовалась появлению подруги.
– Да ты что! – выдохнула я. – Займешься исцелением?
– Вот думаю, – хихикнула она, включив свет и стягивая тонкий кокетливый плащик, похоже состоящий из одних воланов и рюшек.
– Серьезно? Это надо обдумать за чаем! – загорелась я, со скрипом сползая с дивана и откидывая плед в сторону.
– Однозначно, надо обдумать! – вздохнула Людмила. – Только руки помою.
Тут дверь вновь распахнулась, и в комнату рысью влетел Волчок. Не подумав, я выпалила, повернувшись к зверю:
– А Тео где?
Людочка, с интересом взглянув на меня, потянулась к волку, приговаривая:
– Волчик, лапочка. Как я по тебе соскучилась!
Обнюхав ее руки, он зарычал и оскалился.
Людочка побледнела. Распахнув глаза, испуганно отступила назад. Я тут же повернулась к волку и, топнув ногой, зарычала не хуже его:
– С ума сошел? От хозяина заразился?
Волк, не дослушав, нервно выбежал из комнаты, чуть не сбив с ног Тео. Я обрушила весь свой гнев на него:
– Твой Волчок на людей кидается! Плохо на него влияешь!
Тео на миг опешил, но потом с улыбкой ответил:
– Весна, запахи разные, наверно, унюхал что-то. Ну и мое пагубное влияние, конечно!
Люда с неодобрением на него взглянула, потом повернулась ко мне, – настроение рассказывать у нее пропало напрочь. Все еще бледная от перенесенного испуга, она, попрощавшись, натянула плащ и вышла так быстро, что я не успела ее проводить.
Но, видно, этого было мало для ужасной субботы! В коридоре раздался громкий обвиняющий голос Кевина:
– Давно с врагами спуталась?
Я с ужасом взглянула на оцепеневшего Тео и застонала в голос. Бедная Людочка. За что ей это?!
Глава седьмая
– Оставь, Тео! – неодобрительно прозвучал из коридора низкий голос Кевина. – От нее пахло неизвестным оборотнем! Мне ли не знать?!
– Мною, что ли? – попытался пошутить вожак.
Я не стала вмешиваться в их разбирательства, сильно переживая. Это я виновата, что Люда попала в столь неловкое положение. Хорошо, что Тео, извинившись, тут же отправил ее с Андреем на машине домой. А может, и плохо… Сидит она сейчас, бедная, одна, переживает.
– Ужас. – Я чуть не плакала. – Людочка решит, что все тут психи!
А тут еще хуже… знаем, проходили. Во что я ее впутала? Ведь знала! Я с раздражением хлопнула себя ладонью по лбу:
– Люда сегодня была на свидании! Познакомилась с Максом в самолете, это было еще до работы здесь.
– Сейчас идет война! Какие свидания! – сплюнул Кевин.
Тео тут же стал на сторону друга:
– Все телефонные разговоры прослушиваются, его могли заслать знакомиться специально! Тем более запах этого Макса нам с Кевином неизвестен.
– Могли, но не вмешивайте Людочку в свои проблемы! Она ни при чем! – сказала я, по очереди посмотрев прямо в глаза оборотням. И ушла, отчетливо понимая, что если кто и втянул Людочку в войну оборотней, так это я!
Скрыв улыбку, я повернулся в сторону загрустившего друга. Первым делом – самолеты, ну а девушки – потом! Мне сейчас еще не хватало расстроенного военачальника.
– Ну давай рассказывай!
Воскресенье у нас началось с обсуждения будущего штурма. Кевин, явившийся с утра пораньше в кабинет, до этого расслабленно возлежал на диване, прихлебывая неизвестно где найденный дрянной кофе из пакетика. Совершенно по-деловому начиная рассказ, отставил чашку, с резким звуком застегнул до предела молнию на синем спортивном костюме, подтянулся и ровно сел.
– Еще раз просмотрел вчерашнюю схему: обычная второстепенная улица, по которой первым от поворота идет завод по производству минеральной воды. На его крыше будет точка, с которой снайпер страхует бойцов. Дальше сама лаборатория, здесь двое ворот: южные и северные, вторые выходят в тупиковый проулок. Штурмовые команды будут пробиваться и через те, и через другие. – Кевин на миг остановился. – После лаборатории вдоль дороги расположен завод с каким-то сомнительным производством. Там, на здании котельной, находится еще одна «команда поддержки». Такая же точка оборудована на севере, на крыше цеха по производству картонной тары. На юге придется воспользоваться огромным канадским тополем, ровесником двадцатого века. Так как там не обнаружилось никаких построек, кроме нескольких рядов коммерческих ларьков. – Кевин глотнул остывший кофе и завершил рассказ, так как многие вопросы мы решили еще вчера. – На все эти точки по четырем сторонам вокруг лаборатории ставлю девушек с ОСВ-96.
Даша, видимо услышав разговор за стенкой, бледной тенью вошла в комнату и тихо села к нам за стол.
– Конечно, можно посадить их ближе, но в пределах двух километров от лаборатории.
– А почему девушек? – уточнила Даша.
– Девушки – лучшие снайперы, – между делом пояснил он, продолжив: – Сигналом для открытия массированного огня послужит пересечение границ периметра нашими бойцами. Они уже получили приказ не открывать огонь, пока наши не проникнут за ограду…
– «Винторез» и ПСС «ВУЛ» бойцам раздал? – спросил я.
– Да. Дальше. К штурму уже готова группа молодежи с супергромкими стереосистемами в машинах, пивом в руках и задачей – отвлекать со стороны проезжей части случайных прохожих на себя, изображая молодежную тусовку. Они будут густыми басами прикрывать случайные звуки выстрелов. Также подогнаны автобусы для штурмовых отрядов и доставлены устройства связи.
Пока Кевин отчитывался, я думал о том, как мало осталось до создания города оборотней. В стаях уже вовсю используют то самое легендарное оружие для охраны периметра лаборатории, о котором рассказал Ленс.