Удавка для опера
Шрифт:
— Я? — страшная догадка заморозила кровь в жилах.
— Угадал… Получается, женщину убил ты… На острие этого прута кровь. На другом конце твои отпечатки. Эту штучку мы положим в могилку, где лежит эта женщина… Надеюсь, ты меня хорошо понимаешь?
Рома все понимал. Поэтому молчал. Он просто был не в состоянии что-либо сказать.
— Тебя сейчас отпустят. И ты спокойно пойдешь домой. Ничего не бойся. Будешь вести себя хорошо, никто ничего не узнает… А будешь баловаться, начальник местного РОВД получит о-очень интересную информацию. Ты сам догадываешься, какую… И вся московская милиция тебя не спасет.
Тут Нырков был прав. Обнаружат труп женщины, рядом орудие убийства, на нем его отпечатки пальцев. Улика убойная, хоть лопни, не отмоешься. Осудят на долгий срок. И понесет его «столыпинский» вагон в знаменитую ИТК-13…
— Да, и еще. Было бы лучше, если бы ты убрался в свою Москву, — после недолгого раздумья сказал Нырков. — Ты уж поверь, нечего тебе здесь делать.
— Я подумаю.
— А вот этого не надо. Здесь могу думать только я. А тебе, мент поганый, остается делать то, что я сказал…
Нырков поднялся и вышел вон из каземата.
К Роме подошел палач. В его руке снова появился шприц. Обыкновенный, одноразовый. А в нем какой-то раствор…
Глава 4
1
Матвей Данилович не находил себе места. Его жена изменила ему. Ладно, это он как-нибудь переживет. Она и без того постоянно изменяет ему. И делает это с его ведома. С искусственными членами.
Но вибраторы — вещь неодушевленная. Это еще терпимо. Но на этот раз Инга изменила ему с мужчиной. Некий Павел Голиков.
Этот придурок унизил самого Ныркова. Мало того, он уже знает, что трахнул его жену. И гордится этим.
Помнит он этого недоделка. Магазин он собирался в Семиречье открыть, мебельный. Только Нырков крылышки ему обрезал. У него свой мебельный салон, и конкуренты ему не нужны.
Матвей Данилович делал бешеные деньги. И прибыль от его мебельного салона терялась среди них, как песчинка на берегу золотого пляжа. Но тем не менее он поставил Голикова на место.
А этот, гад, получается, взял реванш… Нет, нельзя мириться с таким положением вещей.
Он мог хоть сейчас обречь Голикова на гибель. И очень этого хотел. Но есть одно «но»…
У этого Голикова сестра. Маргарита. Девчонка редкой красоты. Чертовски обаятельна. Но главное не это. Чистота в ней, внутреннее благородство. Непорочная красавица. Такая не будет бросаться на вибраторы, от нее не будешь слышать дни и ночи напролет «хочу, хочу, хочу…».
Нырков любил свою жену. И сейчас был к ней не безразличен. Даже измену ей почти простил. Но терпение ведь не безгранично. Когда-нибудь он возненавидит Ингу… И, возможно, это произойдет в самом ближайшем будущем…
Чем больше Матвей Данилович думал о Маргарите, тем более расплывчатым становился идеал Инги. Еще немного, и этот кумир слетит со своего пьедестала…
Маргарита… Эта девчонка должна занять место Инги.
Первый шаг к этому сделан. Он отпустил московского мента. Уж очень она за него просила.
Между Маргаритой и Лозовым любовь. Но ничего, дело это временное. Не зря Нырков советовал менту поскорей убраться в свою столицу. И скоро он исчезнет. А Маргарита останется здесь. И Нырков здесь останется.
Голиков будет жить. Только потому, что Матвей Данилович не хочет настраивать против себя Маргариту. Ведь она может подумать, что это он дал команду убить ее брата.
Надо будет организовать наблюдение за Маргаритой. Как бы она не уехала в Москву вместе со своим дружком…
Рома открыл глаза. И вздрогнул. Он лежал на асфальте, а сверху на него смотрели люди. Мужчина и две пожилые женщины.
— Как вам не стыдно, молодой человек! — возмутилась одна из них.
— Это ж надо, нажрался как свинья. Разлегся, алкаш… А тут, между прочим, люди ходят…
Рома молча встал. Его шатнуло.
— Да ладно, подгулял человек, — вступился за него мужчина. — С кем не бывает… И на алкаша не похож… Подумаешь, синяк под глазом…
Только Роме было все равно, похож он на алкаша или нет. И общественное мнение его мало интересовало. Фингал под глазом — это ерунда. Он мент по жизни и успел за три года службы вытравить из себя чувство ложного стыда.
Алкаш, не алкаш, нажрался, не нажрался… Какая разница? Главное, он жив. И не важно, что люди Ныркова вывезли его в центр города и бросили напротив входа в булочную. Ведь не убили. И ментов не натравили…
— Блин! — чуть не застонал он от досады.
Это ж надо, теперь он полностью зависим от Ныркова. Этот гад запросто мог убить женщину. И шишки свалить на него… И ведь свалит, если что не так…
Надо срочно убираться из этого города.
Не обращая внимания на толпу, Рома направился в сторону своего дома.
Он заберет Риту и увезет ее с собой в Москву.
У него есть хороший знакомый в Министерстве образования. Через него он устроит Риту в какой-нибудь престижный институт. Еще не поздно, приемные экзамены даже не начинались…
— А где я там буду жить?
Рита готова была прыгать от радости. Но сдерживала свои чувства. Не следует показывать, что она в восторге от предложения, которое сделал ей Рома.
Он предложил ей отправиться с ним в Москву. Обещал помочь с институтом. Ведь она в этом году школу закончила. С отличием. Только почему-то не думала о продолжении учебы. А ведь это чудесная мысль…
Она почти с ужасом вспомнила, что собиралась устроиться продавщицей в магазин, который должен был открыть Паша.