Чтение онлайн

– А кто такая Костлявая Лиззи?

Ребята переглянулись и покачали головами, словно я спятил. Почему все о ней знали, а я нет?

– Лиззи со своей бабкой всю зиму были здесь, пока их Грегори не выгнал, – пояснил мальчишка. – Мой отец даже упоминать о них запрещает. Страшнее ведьм здесь отродясь не видывали. И с ними жил кто-то такой же страшный. Он выглядел как человек, но огромный, и у него зубы во рту не помещались. Это мне отец рассказывал. В ту долгую зиму люди ни за что из дому не выходили, когда стемнеет. Какой же ты ведьмак, если никогда не слыхал о Костлявой Лиззи?

Мне не понравились эти слова. Я понял, что действительно сглупил. Надо было рассказать Ведьмаку про Алису и то, что Лиззи вернулась. Он бы что-нибудь придумал.

По словам головореза, Костлявая Лиззи жила на ферме в милях трех к юго-востоку от дома Ведьмака. Ферма много лет стояла заброшенной, и никто туда не ходил. Поэтому ведьма, скорее всего, сейчас тоже была там. И Алиса вроде тоже указывала в ту сторону.

Пока мы разговаривали, из церкви вышла процессия людей с застывшими, будто каменными, лицами. Они свернули за поворот и направились к холмам. Впереди всех шел деревенский священник. Одеты они были тепло, и у многих были с собой палки.

– В чем дело? – спросил я.

– Прошлой ночью пропал ребенок, – ответил один из ребят, ковыряя башмаком булыжник. – Ему всего три года. Люди думают, что он забрел туда. Да он и не первый. Два дня назад с фермы на Долгом Хребте исчез ребенок, который еще даже ходить не умеет. Скорее всего, его украли. Может быть, волки: зима была голодная, иногда они возвращаются.

Мне подробно объяснили дорогу. Даже несмотря на то, что я забежал домой за корзинкой Алисы, меньше чем через час вдали показался дом Лиззи.

Тогда, еще при свете солнца, я приподнял ткань, чтобы разглядеть последнюю лепешку. Воняло от нее отвратительно, но выглядела она еще хуже. Кажется, она была сделана из кусочков мяса и хлеба и чего-то еще непонятного. Лепешка была мокрая, липкая и почти черная. И все было сырое, только смятое вместе. А потом я заметил, что по лепешке ползают противные маленькие белые личинки.

Меня всего передернуло, я закрыл корзинку и спустился с холма к очень неухоженной ферме. Ограду давно сломали, хлев стоял почти без крыши, да и животных нигде не было видно.

И все же кое-что заставило меня заволноваться. Из трубы домика шел дымок. Значит, кто-то был дома. Я вдруг вспомнил про существо, у которого зубы во рту не помещаются.

А чего еще я ожидал? Будет нелегко. Как же мне поговорить с Алисой и не попасться на глаза ее семейке?

На склоне холма я замедлил шаги, пытаясь обдумать следующие действия. Но тут все решилось само Собой. С черного хода на улицу вышла худенькая темная фигурка и направилась по холму прямо ко мне. Это была Алиса. Но как она узнала, что я здесь? От фермы меня отделяли деревья, да и окна выходили на другую сторону.

И все же она не случайно вышла к тому же холму. Алиса подошла прямехонько ко мне и остановилась в пяти шагах.

– Чего тебе? – зашипела она. – Зря ты сюда пришел. Тебе еще повезло, что остальные спят.

– Я не могу выполнить твою просьбу, – ответил я, протягивая ей корзинку.

Алиса скрестила на груди руки и нахмурилась.

– С какой стати? – сердито спросила она. – Ты же обещал.

– Ты не сказала, что может случиться, – ответил я. – Мамаша Малкин уже съела две лепешки, и они вернули ей силу. Она погнула прутья над ямой. Еще одна лепешка – и она освободится. Думаю, ты знала об этом с самого начала. Вот в чем все дело, да? – Я разозлился. – Ты меня обманула, поэтому я больше тебе ничем не обязан.

Алиса сделала шаг вперед, но тут ее гнев сменило что-то другое. Я понял: она напугана.

– Это не я придумала. Они заставили меня, – сказала девочка, махнув в сторону дома. – Если ты не сделаешь, как я сказала, нам обоим не поздоровится. Давай, отнеси ей третью лепешку. Что тут плохого? Мамаша Малкин уже заплатила за все. Пора ее отпустить. Дай ей последнюю лепешку, мамаша сегодня же выберется оттуда, и ты больше о ней не услышишь.

– Мне кажется, у мистера Грегори были серьезные причины на то, чтобы посадить ее в ту яму, – ответил я, тщательно подбирая слова. – Я всего лишь его ученик, откуда мне знать, что лучше? Когда он вернется, я расскажу ему обо всем.

Алиса едва заметно улыбнулась – это была улыбка человека, который знает что-то такое, что неизвестно тебе.

– Он не вернется, – произнесла она. – Лиззи об этом позаботилась. У Пендла живут ее хорошие друзья. Они сделают все, что она захочет. Они провели старину Грегори. Там он получит свое. Сейчас он, скорее всего, уже мертв и зарыт в земле на глубине шести футов. Подожди, вот увидишь, я права. И тебе скоро тоже станет небезопасно в доме. Однажды ночью они придут за тобой. Если, конечно, ты не поможешь мне сейчас. Тогда, может, над тобой и сжалятся.

Как только Алиса сказала это, я развернулся и пошел прочь, оставив ее стоять там. Кажется, она окликнула меня несколько раз, но я сделал вид, что не слышу. У меня в голове вертелись ее слова о Ведьмаке.

Уже потом я понял, что по-прежнему несу в руке корзинку. Я швырнул ее вместе с последней лепешкой в реку. Вернувшись в дом Ведьмака, быстро обдумал случившееся и решил, что буду делать.

Все было подстроено с начала и до конца. Лиззи и ее сообщники выманили Ведьмака, зная, что его новый ученик еще совсем «зеленый» и его легко обвести вокруг пальца.

Мне не верилось, что Ведьмака так легко погубить. Иначе он бы не дожил до своих лет. Тем не менее я не мог просто сидеть и надеяться на его возвращение. Нельзя дать Мамаше Малкин выбраться из ямы.

Мне очень нужна была помощь, и я подумывал о том, чтобы спуститься в деревню. Но ведь помощь можно найти и здесь, в доме. Правда, не совсем обычную. Я пошел в кухню и сел за стол.

В любой момент можно было получить подзатыльник, так что я говорил быстро. Рассказал все без утайки, что произошло, а потом признал свою вину и попросил о помощи.