Чтение онлайн

— Ну, всё равно, а мыша ходила…

— Да не мыша, а мышь, — опять поправил Никита старший.

— Я так сразу первый и сказал, что мышь ходил…

— Ах ты батюшки! — потерял терпение Никита Кузьмич. — Ну чем дело-то кончилось?

— Васька спал и спал, а я как прыгнул, как схватил его за хвост…

— Ваську?

— Да нет, мыша! И поймал!

— Ну, положим, это ты хвастаешь, — сказал старший Никита. — А хвастунов у нас не больно уважают.

Никита умолк. Он и правда прихвастнул сгоряча. Был такой случай в жизни: Васька спал, Никита сидел на табуретке, а глупый мышонок вылез из-под пола и стал разгуливать прямо рядом с Васькиным хвостом. И, если бы Никита прыгнул, он, возможно, и поймал бы мышонка. Но дело в том, что Никита не прыгнул. Наоборот, он даже подобрал повыше ноги. Конечно, это было год назад, Никита был гораздо моложе, но всё-таки лучше ему не хвастать таким подвигом.

— Пришли! — объявил Никита Кузьмич, и они остановились.

Не было никакой реки. У их ног лежала круглая чугунная крышка. Никита Кузьмич наклонился, крякнул, поднял крышку, и перед ними открылся чёрный глубокий колодец.

— Не заробеешь? — опять спросил старший.

— Нет, — ответил Никита и облизнул пересохшие от страха губы.

Никита Кузьмич шагнул в колодец и стал виден лишь по пояс.

— Давай-ка спускай ногу.

Он потянул Никиту к себе вниз и установил его ногу на железной перекладине невидимой лестницы:

— Стоишь?

— Стою.

Снизу тянуло холодом.

— Пока солнышко над головой, может, передумаешь?

— Нет!

Тут и правда из-за туч вылезло солнце и осветило всю площадь и ржавую чугунную крышку своим золотым светом. Сразу над асфальтом заструилось нежное, как дыхание, облачко пара, засияли стёкла в домах, и автомобили на повороте пустили быстрых зайчиков. Никите очень не захотелось прощаться с солнышком, но он лишь коротко вздохнул и стал спускаться.

— Молодец! — слышал он снизу голос Никиты Кузьмича. — Молодец, тёзка! — И Никита чувствовал, как сильная рука брала его ногу и помогала ей нащупывать следующую перекладину.

Так они спускались по крутой лестнице вниз, и становилось вокруг них всё холоднее, всё темнее, и Никита Кузьмич трижды спрашивал снизу: «Как дела?» — и трижды Никита отвечал: «Хорошо!» — хотя голосок у него стал теперь совсем тоненький и дрожал.

— Прыгай! — скомандовал наконец старший, и Никита зажмурился, отцепил руки и прыгнул вниз.

Здесь совсем не было страшно. Они оказались в круглом, как труба, туннеле. Светила неяркая электрическая лампа в проволочной сетке.

Два Никиты — старший и младший — стояли на мостике с железными перилами, а под мостиком, по дну туннеля, катила мутные воды река и крутились маленькие островки грязной пены.

— Вот она, моя Незнайка! — сказал Никита Кузьмич.

— А зачем она? — спросил Никита. — Всё равно её никто не видит.

Никита Кузьмич удивился его вопросу и как будто даже обиделся. Он снял очки и внимательно поглядел в светлые Никитины глаза.

— Да, — сказал он наконец, — твоя правда: мою речку никто не видит. Незнатная речка, в географиях не обозначена, рыбы в ней не наловишь и корабли по ней не плывут, но…

— Плывут, плывут! — вдруг закричал Никита. Вон, плывёт!

И в самом деле, зарываясь носом в бугорки пены, вертясь в тёмных омутах, плыл по подземной реке кораблик.

— Щепка прорвалась, — сказал Никита Кузьмич.

— Нет-нет! — закричал Никита. — Это мой кораблик, я его сам сделал! Поймайте его!.. Пожалуйста!

— У нас тут, тёзка, нырять не полагается. Пусть плывёт дальше, в Москву-реку…

Но кораблик прибило к мокрой бетонной стенке туннеля, и, пока он покачивался на воде, Никита Кузьмич подцепил его багром и вытащил.

Это была совсем незнакомая щепка. Но Никите так хотелось думать, что именно его кораблик плывёт по подземной реке!

— Мой! — сказал Никита. — Только парус потерял. — И он засунул свой трофей в калошный мешок.

— Всё! Теперь полезем, тёзка, обратно наверх.

— А свёрток с сокровищами? — напомнил Никита.

— И свёрток захватим.

Никита Кузьмич открыл и закрыл какой-то скрипучий железный ящик и вынул свёрток. Он оказался обыкновенным бумажным пакетом, перевязанным простой верёвочкой.

Никите очень захотелось сейчас же посмотреть, какие в нём сокровища. Может, камни-самоцветы? Они всегда хранятся в ржавых сундуках в подземельях.

Но он не стал опять приставать с расспросами. Он только сказал:

— В бумажном — плохо. Может порваться, какая-нибудь одна штука потеряется.

— Не потеряется! Они все в одной цепочке! — Старший Никита взял младшего за бока и поставил на первую перекладину лестницы: — Лезь!

Только Никита собрался лезть, старший опять скомандовал:

— Стоп!

Никита опустил обратно уже поднятую было ногу.

— Несподручно мне со свёртком, — сказал Никита Кузьмич. — Дай я его тебе в мешок пока что засуну. Донесёшь?