Чтение онлайн

Наступила долгая пауза. Маркус перевел взгляд на Вала.

— Я… — начал тот, но замялся. — Мне нужно подумать.

Маркус понял, что проиграл. Он слишком хорошо знал Вала. В пылу гнева, когда задета честь, Вал способен был, не дрогнув, отправиться хоть прямиком в ад, но стоило ему получить ночь на размышление — и к утру привычные страхи брали верх над доблестью.

Маркус натянуто усмехнулся и поднялся на ноги.

— Что ж, думаю, на сегодня разговор можно закончить.

— Ты же не станешь этого делать, а? — В голосе Мора прозвучала нешуточная тревога. — Маркус, ради всего святого…

— Спокойной ночи, Мор. Спокойной ночи, Вал.

Офицеры направились к выходу, но, не удержавшись, по пути оглянулись на Маркуса. Едва они вышли, в палатку бесшумно проскользнул Фиц, неся кружку дымящегося чаю, и без единого слова поставил ее на стол.

— Спасибо, Фиц, — сказал Маркус. — На сегодня все.

— Слушаюсь, сэр. — Лейтенант козырнул и удалился.

— Сэр, — сказал Маркус. Он надел парадный синий мундир, тот самый, в котором встречал Януса, когда тот прибыл в полк, и отдал честь тоже по–парадному четко. Одни только темные круги под глазами выдавали, что капитан провел бессонную ночь.

Если полковнику тоже не довелось поспать спокойно, по нему это не было заметно. В голубом полумраке палатки он сидел за складным столиком, на котором была развернута большая, нарисованная красками на куске выделанной кожи карта. Там же валялось несколько карт поменьше, на бумажных листах — в основном торопливых карандашных набросков. Янус разглядывал их так сосредоточенно, что на приветствие Маркуса даже не поднял взгляда, лишь махнул рукой, приглашая капитана сесть. И только через несколько секунд, когда тот остался стоять, полковник наконец вскинул голову.

— Капитан, — проговорил он. — Знаете, я бы не прочь услышать ваше мнение.

— Сэр, — повторил Маркус. Запустив руку в нагрудный карман, он извлек сложенный вчетверо лист бумаги и положил его посреди карты.

— А, — произнес Янус. — Это от капитана Ростона?

Маркус на секунду прикрыл глаза.

— Нет, сэр. От меня.

Кажется, впервые за все время знакомства Маркус увидел полковника удивленным. Это едва уловимое выражение лишь на миг промелькнуло на лице Януса, а затем полковник вновь обрел обычное железное хладнокровие. И тем не менее капитан успел порадоваться — все–таки Вальниха можно удивить. Маркус почти рассчитывал обнаружить, что Янус поджидает его вместе с военно–полевым судом в полном составе.

Полковник уже с привычно бесстрастным видом взял бумагу, развернул и принялся читать. Текст был короткий, каких–то несколько строк. Не прошло и минуты, как Янус отбросил бумагу и снова поднял взгляд на Маркуса.

— Не изволите ли, капитан, объяснить, что это значит?

— Я не думаю, сэр, что здесь нужны объяс…

— Капитан! — Голос Януса прозвучал точно удар хлыста.

Маркус не без труда сглотнул.

— Дело в обвинениях, выдвинутых против Адре… капитана Ростона. Ваш приказ изначально был передан ему мною, и именно я тогда осуществлял общее командование. Таким образом, вина за случившееся лежит на мне, равно как и ответственность. Если вы требуете ареста капитана Ростона, совесть принуждает меня подать прошение об отставке.

— Понимаю. — Янус постучал указательным пальцем по столу. — Полагаю, вам известно, что я вправе отклонить ваше прошение?

— Так точно, сэр, а я вправе отказаться признать ваш отказ.

— И поскольку мы сейчас находимся на поле военных действий, это будет расценено как дезертирство, — подытожил Янус. — Понимаю. — Указательный палец вновь ритмично застучал по столу. — Вы согласились со мной, что капитан Ростон не вполне подходит для своей должности.

— Да, сэр. — Маркус заколебался, но пути назад не было. — Это не оправдание для того, чтобы избавляться от него таким образом.

И снова: тук–тук–тук. Затем внезапно лицо Януса вновь ожило — словно на него направили из темноты луч прожектора.

— Что ж, отлично. — Он движением пальцев направил прошение через стол к Маркусу. — Можете это забрать.

Маркус непонимающе моргнул.

— Сэр?

— Избавление от капитана Ростона не стоит того, чтобы взамен лишиться вас. Вы победили, капитан. — И снова лицо его дрогнуло, на сей раз оживленное мимолетной усмешкой. — Похоже, как всегда.

— Капитан Ростон…

— Вы можете передать капитану Ростону мое недовольство поведением его солдат. Но — неофициально. — Он впился в Маркуса пронзительным немигающим взглядом. — Вы понимаете, что, если капитан снова совершит оплошность, вина будет возложена на вас?

— Так точно, сэр. — Маркус наконец вздохнул спокойно — кажется, впервые за много часов. — Благодарю вас, сэр.

— Не стоит благодарностей, — сказал Янус. — А теперь сядьте. Нам нужно обсудить кое–какие планы.

— Как… именно сейчас, сэр?

— Время не ждет, — ответил полковник. — Мы и так уже слишком много его потратили на второстепенные дела.

— Слушаюсь, сэр.

Собственный мозг напоминал Маркусу часовой механизм, который ни с того ни с сего запустили обратным ходом, и теперь зубчатые колеса с натужным скрипом вращаются наоборот, задевая и царапая друг друга. Капитан попытался сосредоточиться на карте, но все равно видел перед собой лишь бессмысленный набор прихотливо разбросанных цветных пятен.

Он приложил все силы, чтобы не выдать своего состояния, но скрыть что–либо от Януса ему, судя по всему, было не дано. Полковник одарил Маркуса холодным оценивающим взглядом и вдруг легкомысленно махнул рукой:

— С другой стороны, несколько минут нас особо не задержат. Ступайте–ка и наденьте повседневную форму. В этой вам явно не по себе.

— Слушаюсь, сэр, — сказал Маркус. И, поколебавшись, добавил: — Спасибо, сэр.

Янус уже снова склонялся над картой, перелистывая стопку разведывательных донесений. Маркус поспешил удалиться.

Он шагнул наружу — и едва не налетел на Вала. Капитан второго батальона рысцой приближался к полковничьей палатке, и мундир его на бегу тихонько позвякивал, точно увешанный бубенцами шутовской колпак. За годы, проведенные в Хандаре, Вал обильно украсил его на местный манер — бронзовыми и серебряными побрякушками, а также шитьем. Никто не ожидал, что парадную форму придется вновь использовать по назначению.