Чтение онлайн

– Спасибо, – ответил я коротко и без ответного виляния хвостом. – Вы что-то хотели?

– Да, – ответил он, тут же сменив тон на сугубо деловой, я ведь дал понять, что занят и, если сразу мне не сообщат сути звонка, я отключу связь. – Я представляю довольно могущественную организацию… Господин Потоцкий, это верно, что вы планируете запустить аддон к вашей байме через месяц?

– Через двадцать два дня, – уточнил я, взглянув на календарь.

– У нас несколько необычная просьба… Вы не могли бы пустить в продажу немного раньше?.. То есть через две недели, считая от сегодняшнего дня?

– Аддон еще не готов, – ответил я.

Собеседник уловил, что я готов отключить связь, сказал быстро:

– А если простимулировать ваших работников щедрой доплатой? Это мы можем взять на себя. Чтобы поработали и вечерами…

– Они и так работают вечерами, – ответил я. – К тому же наши работники – акционеры фирмы. У них уже не зарплата, как было в первые месяцы, а доход.

– Но все же, – сказал голос настойчиво, – это возможно? Если мы, скажем, выделим на это… полмиллиона долларов?

У меня захватило дыхание, что за организация связалась со мной, непонятно, и пока мозг лихорадочно перебирал варианты, голос ответил достаточно беспечно:

– Шутите? За эти деньги год назад мы готовы были прыгать с моста. А теперь и пальцем не шевельнем.

– А за сколько шевельнете? – поинтересовался голос деловито.

– Миллиона за два, – сказал я спокойно, хотя сердце колотится, как у зайца. – Мы уже перешли из стаза бедняков в стаз почти обеспеченных граждан. Теперь мы можем воротить рыло, как вы понимаете.

Голос тут же ответил:

– Понимаю. Но два миллиона… это мы не потянем. Все же постарайтесь уговорить своих людей. А я поговорю с шефом, чтобы он увеличил выделенную для непредвиденных расходов сумму.

– Хорошо, – сказал я, – но я ничего не обещаю.

Кулиев вошел и увидел меня с остекленевшими глазами и с мобильником в руке.

– Ты в порядке?

– Почти, – ответил я, чувствуя себя как в тумане. – Слушай, не скажешь, что ожидается через пару недель?

Он пожал плечами.

– Наверное, дождь. Или снег. А то и гололед.

– Гм, холодно…

Вошли, топая, как кони, Скоффин и Ворпед. Я спросил тем же безнадежным голосом:

– Орлы, кто знает, что через неделю?

– В офисе? – уточнил педантичный Скоффин.

– Нет, вообще…

– Ну, трудно сказать. Вроде бы в Карибском море тайфун начинается… За две недели как раз дойдет…

– А у нас?

– В стране или в Москве?

– Да хоть где.

– Ты не кипятись. Правильные ответы получают только при правильных вопросах. Насколько помню, какие-то агитаторы бегают, в почтовые ящики листки суют. Выборы подходят.

Я насторожился.

– Какие?

Он пожал плечами.

– Да оно мне надо? Не то президента выбираем, не то в в Госдуму. Или даже в Мосдуму. Или губернатора… Меня такая фигня не колышет. Ты знаешь, что мне вчера доспех класса С выпал?.. Цельный! Надо проверить, все ли в порядке. Вообще-то он может выпасть, но шанс дропа один на триста тысяч. То ли я такой счастливый, то ли запятая пропущена…

Он ушел проверять запятую, а я включил комп, но полез не в игру, а пошарил по новостным сайтам. Господи, да в мире и в стране такое творится, что никогда бы не подумал, что это у нас. И взрывы в мусорных баках, и демонстрация гомосеков, и захват рынка кавказцами, и перестрелка с окопавшимися в Москве исламистами… И выборы, конечно, выборы, вокруг которых столько скандалов, обвинений, разоблачений, спекуляций, даже потасовок на улицах между митингующими. Вот очередная массовая драка на Васильевском спуске, где проводила митинг правящая партия, а туда с трех сторон явились колонны оппозиционеров. Милиция не справилась, омоновцев оттеснили и разогнали, только на подходах к Красной площади удалось остановить, перегородив улицы и переулки тяжелыми грузовиками…

Неизвестный собеседник, так и не назвавший себя, позвонил на следующий день.

– Я говорил с руководством, – сказал он. – Убедил поднять цену до миллиона. Но, поверьте, это предел. Не стоит говорить не только о двух, но даже о рубле сверх миллиона, потому что пришлось бы добавлять из собственного кармана, а я человек не богатый.

– Я тоже говорил со своими, – ответил я. – В принципе, мы в состоянии, отказывая себе в сне и отдыхе, уложиться в две недели. Но деньги вперед.

– Разумная предосторожность, – сказал он. – Но, может быть, половину сейчас, половину после выполнения заказа?

– Мы не знаем, – сказал я, – кто вы, и не собираемся узнавать. Потому не сможем вытребовать вторую половину, если не заплатите. А зачем вам платить, если заказ будет выполнен в полном объеме, и аддон поступит в продажу?

Голос в трубке прозвучал быстрый и деловой:

– Тоже разумно. Хорошо. Мы сегодня же переведем на ваш счет миллион долларов. Но учтите, если заказ не будет готов…

– Ну-ну, продолжайте. Я должен знать, чем нам грозит неустойка.

– Ваша фирма исчезнет, – произнес он почти благожелательно. – Здание сгорит, сотрудники попадут в больницы. Кто-то выживет, кто-то нет…

Я ответил тем же легким тоном:

– Вижу, серьезные у нас заказчики. Жду перевода суммы.

– Проверьте счет через полчаса.

Связь оборвалась, я посидел, собираясь с мыслями. Выходит, наша байма неожиданно для нас становится и некой силой даже в политическом процессе. Конечно, если в умелых руках. У нас, во всяком случае, руки умелые ее создать и поддерживать, но не выжимать деньги и не использовать в таких вот не совсем игровых ситуациях.

– Кулиев, – позвал я. – Эй, Кайсын, друг степей!.. Да отзовись же, глухая тетеря!..

– Щас, щас… только добью этого моба… и телепортнусь…

Я вздохнул, дотянулся до пикограммы выхода из игры. Красочная сцена боя исчезла. Кулиев посмотрел с укором.

– Все засэйвится, – напомнил я. – Тоже играть начал? Слушай, аддон в самом деле готов?

– Ну, разве что просмотреть еще разок. А так готов. Но мы же уговорились выпускать раз в полгода?

– Надо выпустить на неделю раньше, – сказал я. – Я не понял, кому это понадобилось, но не наше дело, мы ж не политики. Словом, сегодня нам переводят миллион долларов только за то, чтобы игра вышла раньше. Разделим, как любой доход: полмиллиона мне, остальное – вам по вашим долям. Честно говоря, не знаю, что на этом выгадывают, но наверняка больше, чем отстегнутый в наш карман миллион…