Творцы миров
Шрифт:
– Так это же здорово. Во сне идеи приходят.
Он взглянул еще смущеннее:
– Да знаешь, я там не столько конструктор, как жилец. Фигня, конечно, но я только и думаю, как повысить лэвел, как выбить доспех покруче, как накачать нашу мастерицу, чтобы крафтила доспехи следующего уровня. Понимаешь, мы уже достигли пятьдесят второго, когда можно носить доспехи и оружие класса В, а малышку начали качать поздно…
– А чего так?
– Да спохватились поздно. Сперва все взялись за мечи… ну, кто-то за посохи магов, пошли всех крушить, ломать, а когда уже прошли первые двадцать-тридцать лэвелов, вдруг вспомнили, что доспехи высшего класса в магазине не купишь, надо выбивать из монстров куски и самим из них мастерить, а мастерить могут только специально обученные кузнецы…
Скоффин сказал строго:
– Сапожник ходит без сапог! Как будто ты этого не знал.
– Знал, Сереженька, – ответил Ворпед сокрушенно. – Но кто ж думал, что байма так затянет? Мы ж думали пройтись немного персами по созданному нами миру, как бета-тестеры, на этом и закончить! Потом начали запускать игроков и снова решили задержаться, чтобы проверить взаимодействие с ними, живыми людьми… А потом еще что-то задержало. Словом, сейчас я прямо живу в этом мире и не могу из него выпутаться.
Скоффин посоветовал насмешливо:
– К психоаналитику сходи.
– Тогда уж сразу к психиатру, – поправил от своего стола Кулиев.
– Лучше к ветеринару, – бросил Николай намекающе.
Секира помалкивал, на Ворпеда поглядывал с сочувствием, как на собрата, но под огонь не лез. Аллодис неожиданно сказал:
– Да что вы так! Тогда надо в психушку всех книжников, киношников. Я когда в детстве прочитал сказку, как серый волк съел семерых козлят, три дня ревел и все мечтал отомстить этому проклятому зверю. Как щас помню, как я его только не ловил и не убивал в мечтах!.. А когда книгу прочтешь и ходишь под ее впечатлением обалдевший, живешь в том мире, а в этом чуть под колеса троллейбуса не лезешь… Нет, ребята, Ворпед лишь доказал кое-что…
– Что?
Аллодис растянул рот в улыбке.
– Над хреновой книгой слезы не проливают. Прочли и забыли. А то и не прочли даже, бросили на половине…
Скоффин подумал, кивнул:
– Да, мне тоже кажется, что мы сумели, сумели… Тьфу-тьфу, боюсь сглазить.
Я снова отлучился на пару дней, нужно уладить кое-какие финансовые дела. Настала странная пора, когда не прячусь от кредиторов, а ломаю голову, куда вкладывать поступающие средства. Золотой ручеек все шире, а ребята, посовещавшись, пришли к мудрому, на их взгляд, решению: раз шеф сумел провести наш утлый кораблик через все рифы и подводные камни к финансовому успеху, то пусть и дальше отвечает за него сам. И заботится, чтобы их доходы росли вместе с его собственными.
В результате в игру я не показываюсь неделями, голова пухнет от консультаций с финансовыми аналитиками и брокерами, по ночам снятся таблицы с прыгающими как на батуте кривыми, некоторые похожи на разъяренных змей, а другие – на изломанные, подобно молниям, копья, что вонзаются мне в печень.
Конечно, есть немало умнейших работников инвестиционных кампаний, что охотятся за такими, как мы, и у них все чисто, в самом деле заинтересованы увеличить наши деньги, ибо с этим связан их успех, но во мне слишком уж от осторожного крестьянина, что сам должен осмотреть козу на базаре, пощупать ей вымя, пересчитать зубы и узнать, почему на боку шерсть какая-то не совсем такая.
За это время в Реальном Мире выстроили для платников по элитному магазину в каждом городе. Рядовых игроков в сам магазин не допускают стражи, а в столице создали еще и суперэлитный: там особо дорогие вещи, то есть помимо уникальных доспехов и оружия – разная бижутерия.
– Показатели уникального, – предупредил Аллодис строго, – должны были одинаковыми среди этого класса! А разнообразить только за счет дизайна.
– Это снова все на мне? – простонал Ворпед.
Николай сказал понимающе:
– Что, собрались идти на дракона Файра?
– Да ты что…
– Не бреши, – уличил Николай голосом прокурора. – Ты вчера закупал антидоты, аптечки, а твои клановцы полдня репетировали ретирады. И отрабатывали взаимодействие с баферами.
Аллодис сказал уклончиво:
– Ну, я ж не могу проследить за всеми…
Николай сказал великодушно:
– Ладно, иди… существо. Тоже мне – клан-лидер!
Я поинтересовался:
– Но ты тоже этот… вожак клана?
Он вздохнул.
– Хуже.
– Что так?
– Уже альянс на мне, – ответил он нехотя.
– Это ж хорошо, – утешил я. – Протестируешь, нет ли багов при создании альянса. Ничего ли не случается при вступлении в альянсовый чат или обмен ресами между кланами внутри альянса. Да и вообще, лучше, чтобы ты замечал неполадки первым…
Он сказал уныло:
– Шеф, разуй глаза! Посмотри на эти затылки. Все уже в игре, нас не слышат, не видят, не замечают. Думаешь, Секира оставался на ночь мосты доводить? Ни фига, он всю ночь некрополь Тамплиеров зачищал от вурдалаков!
– Так и это надо? – спросил я осторожно.
– Тот некрополь мы прошли трижды, – признался он. – Еще раньше. Ничего там нет, кроме хорошего дропа. Вот Секира и пасется там. Со своим кланом. Мы подсели на свою же байму, шеф!.. Не столько тестируем, сколько баймим, баймим, баймим…
Я развел руками.
– Не знаю. Может быть, это реакция организмов на переработку. Мы же два года вкалывали, как каторжные! Да куда там каторжникам. Когда сам себя заставляешь, вот это настоящая каторга. Подождем.
– Хороший ты человек, – сказал он угрюмо. – Веришь, что мы не только умные, но и сильные… А Бог, как любая хорошая хозяйка, все яйца не складывает в одну корзину. Тут либо умный, либо сильный. Ты лучше бери в руки палку. Или плеть.
Я скривился.
Звякнул мобильник, я вытащил автоматическим движением и приложил к уху.
– Алло?
– Господин Потоцкий, – произнес голос, – здравствуйте и позвольте выразить наш восторг вашей изумительной баймой…
В голосе звучал в самом деле восторг, я чувствовал, как звонящий старается сразу расположить к себе, но я, пуганый и даже битый воробей, что-то уловил иное, словно человек улыбается и говорит ласковые слова, а глаза остаются холодными. Да, иногда вот так по звонку мобильника можно ощутить выражение глаз, что важнее произносимых слов, ибо язык дан человеку, дабы скрывать мысли, а глазами брехать труднее.