Чтение онлайн

— И вы не знаете, кто они?

— Нет. И их цели тоже. Они ничего не украли, а просто убили его и уехали.

— Очень сочувствую вашему горю, Рейчел. Я не был близко знаком с Уиллом, но знаю, что он был хорошим человеком. И должен признаться, мне приятно было слышать, что вы бросили Эвелла Рэнкина, чтобы выйти замуж за Уилла.

Рейчел удивленно взглянула на него:

— Я не знала, что должна была спрашивать вашего разрешения, с кем мне встречаться.

— Нет-нет, я совсем не это имел в виду. — Лицо его слегка помрачнело. — Я просто… о черт, я сам не знаю, что говорю.

Она внезапно улыбнулась и тронула его за руку.

— Простите. Мне не следует быть такой обидчивой. Скажите, — оживленно добавила она, — вы по-прежнему охотитесь на бизонов для железной дороги?

— О да. — Хоуки с некоторым смущением взглянул на Рейчел. — Полагаю, я выгляжу и пахну несколько лучше, чем во время нашей первой встречи?

— Разумеется, — не выдержав, рассмеялась она. — Теперь ваше общество гораздо приятнее, чем тогда.

— А достаточно ли хорошо мое общество, чтобы поужинать со мной? Вечером я должен успеть к поезду на восток, так что это не будет слишком поздно.

Первым побуждением Рейчел было отказаться. Потом она вспомнила, что везет с собой большую сумму денег, а для путешествующей в одиночку женщины эти места совсем небезопасны. Если Хоуки направляется в Бентон, то почему бы не подружиться с ним, чтобы поехать вместе?

— Какое чудесное совпадение, мистер Смит! — весело воскликнула она. — Я еду тем же поездом. И лучшее времяпрепровождение до отхода поезда — поужинать с вами.

Хоуки с явным удовольствием улыбнулся и предложил ей руку. Он повел Рейчел по тротуару прямо к ресторану «Золотая сковородка». Ресторан оказался приятным местом. Здесь не было роскоши, но два огромных окна на его фасаде сияли чистотой. И поэтому даже клонившееся к западу послеполуденное солнце давало достаточно света, чтобы внутри «Золотой сковородки» было светло и весело.

Хоуки сделал заказ, и, когда официантка удалилась на кухню, Рейчел удовлетворенно вздохнула:

— Я до сих пор не могу привыкнуть к такому разнообразию блюд, из которых приходится выбирать. В «Райском уголке» мы были вынуждены экономить на еде.

— В «Райском уголке»?

— Так Уилл назвал нашу ферму. — Рейчел тихо засмеялась, чувствуя необычное смущение. — Он говорил, что это его «Сад Эдема».

— А как насчет вас, Рейчел? Это был и ваш «Сад Эдема»?

— Нет, — вздохнув, ответила она. — Если быть честной, то нет. Я никогда не любила это место так, как Уилл. Хотя я старалась. Действительно старалась.

— Расскажите мне еще раз о смерти Уилла. Она кратко рассказала ему о гибели мужа. Когда она закончила, глаза ее увлажнились от слез.

Подождав, пока она успокоится, Хоуки спросил:

— У вас нет никаких предположений, почему двое мужчин внезапно появились среди ночи и без видимой причины застрелили Уилла?

— Нет, никаких. Бессмысленность его смерти делает ее еще тяжелее, — ответила она и внезапно улыбнулась. — Но кое-что помогло мне пережить его смерть. Когда Уилла убили, я была беременна, Хоуки. Теперь у меня есть его сын.

— Сын, вот как? И как он? — широко улыбнулся Хоуки. — Расскажите мне о нем.

— Он… он родился в ту самую ночь, когда убили Уилла. — Рейчел объяснила, как девушка-индианка нашла ее, когда она лежала без сознания и вот-вот должна была родить. — Резвая Лань — замечательный человек. Не знаю, что бы я делала без нее. Наверное, и я, и ребенок умерли бы.

— Резвая Лань? — нахмурился Хоуки. — Дочь Предназначенного-для-Лошадей?

— Да.

— Если Резвая Лань приняла вас, значит, вы приобрели верного друга на всю жизнь.

— Вы говорите так, как будто знакомы с ней.

— Да, я знаю ее. И я знал ее отца и мать. У меня, правда, не было случая познакомиться с ее братом. Солдаты убили его, прежде чем он успел подрасти, — мрачно сказал Хоуки. — Я думал, что Резвая Лань погибла вместе с Предназначенным-для-Лошадей. Рад узнать, что она жива.

— Я никому, кроме вас, не говорила, что она дочь Предназначенного-для-Лошадей.

— Вы поступили мудро.

— Вы сказали, что ее брата убили солдаты? Она никогда о нем не упоминала. Сколько ему было лет?

— Около шести месяцев.

— Шесть месяцев! Боже мой, зачем солдатам убивать младенца?

— А зачем им убивать его мать? — с горечью спросил Хоуки. — Они оба были индейцами — какая еще нужна причина?

— Как ужасно. — Рейчел была потрясена. — Резвая Лань так любит маленького Уилла. Наверное, ей очень тяжело заботиться о нем, помня о том, что ее собственного маленького брата убили. У нее есть все основания для ненависти и мести, но она их совсем не проявляет. Хоуки. Она совсем не такая. Наверное, она должна ненавидеть всех белых людей. Индейцам знакомо чувство ненависти?

— О да, — негромко засмеялся Хоуки. — Индейцы очень хорошо умеют ненавидеть своих врагов. Но ненависть для индейца подобна любви. Она не распространяется на всех подряд. Они благородные люди. И любовь, и ненависть у них благородны Солдаты, убившие ее мать и брата, мертвы. Предназначенный-для-Лошадей убил их. Когда они умерли, вместе с ними умерла и ненависть Резвой Лани. — А как насчет тех, кто убил ее отца?

— Это совсем другое дело. Ее отец был воином, и он погиб в бою. Его смерть больно ранила Резвую Лань, но эта смерть была достойной воина, и девушка примирилась с ней.

— Похоже, вы много знаете об индейцах.

— Да. Я жил среди них.

— Знаете, я рада, что мы поговорили об этом. Вы пролили некоторый свет на Резвую Лань, и это поможет мне еще лучше понимать Я ценить ее.

Принесли заказанную еду, что послужило поводом сменить тему разговора. Рейчел и Хоуки непринужденно беседовали о всевозможных менее серьезных вещах и после ужина, когда они отправились на вокзал, чтобы подождать поезда, Рейчел уже смеялась над сдержанными шутками Хоуки.

Жители Шайенна еще не успели привыкнуть к зрелищу прибывающих поездов, и на станции собралась приличная толпа Несколько человек сгрудились вокруг странствующего проповедника, обращавшегося к ним с пламенной речью. Это был среднего роста и телосложения человек с густой копной черных волос. Он стоял на возвышении, и его указующий перст упирался во внимавшую ему толпу.