Трофей
Шрифт:
Глеб хотел разрядиться. Выплеснуть из себя всё, что копилось в последние дни. Напряжение внутри тела увеличивалось с геометрической прогрессией, стоило ему выйти из самолета. Воздух родной земли наполнил легкие. Пьянил. Он любил Россию, старался по возможности, как можно чаще здесь бывать. Подумывал даже, а не вернуться ли… Угодья есть, дома есть. Бизнес тоже процветает.
Не хватает только одного.
Её.
Поэтому, чтобы не сорваться и не поехать к Лебедеву в дом прямо с аэропорта, Глеб отправился в клуб. Встретился с другом, по совместительству и хозяином клуба, Владом Багровским. Уже собрался уходить, когда увидел Милу. Его как током шандарахнуло. Первой мыслью было: какого она делает в клубе?! Кровавая пелена застлала глаза. Он для того бабло платил её отцу, чтобы она по клубам шлялась?! Это потом он узнает, что она выбралась на пару часов с подругами и под присмотром охраны. Но её-то он увидел выходящей из ВИП-комнаты!
Глеб до сих пор не знал, что предпринял бы, если бы не вырубили свет. Мужчиной двигал инстинкт защитника. Он рванул к Милославе, хотя до этого планировал никак себя не обозначать. И лично с ней не встречаться. Ни при каких обстоятельствах.
Потому что…
Чревато.
Сорвется к херам собачьим.
Не выдержит.
Уже то, что тогда он придерживал её в клубе и не утащил к себе в кабину, где бы точно посадил на колени и припал к сладким губам, спрятал бы её у себя на груди от всех, было хорошим знаком.
Он её лишь придерживал… аккуратно трогая кожу и млея от того, что Мила рядом.
Его потряхивало. Вело. Тело жаждало разрядки. Он и согласился на предложение Марка. Паршивец решил наладить отношения с дядькой? Без проблем.
Вот тут-то дядю и ждал сюрприз.
Нежный. И невинный.
Но были другие вопросы.
Много других вопросов.
Милослава выглядела неуверенно. В руках у неё был рюкзак, с которым она приехала.
– А это лишнее, – он кивком указал на него. – Можешь положить его.
Девушка мотнула головой.
– Нет, я…
– Положи, – обрубил он её, раздражаясь, что она ему перечит.
Дался ей этот рюкзак! Вцепилась, точно он под завязку набит баблом.
– И садись. Будем разговаривать.
– А может… – она по-прежнему не спешила выполнять его распоряжения. Зато метнула быстрый взгляд на дверь. – Послушайте, произошло недоразумение, и я…
– Конечно, произошло недоразумение. Я только что трахнул – лишил девственности! – невесту своего племянника. А ты явно собиралась оказаться под неким Артуром. Преинтереснейший расклад, Милослава. Не находишь?
Девочка под его яростным напором побледнела и сильнее прижала рюкзак.
– Мне, общаясь с тобой, необходимо будет всё повторять?
Возможно, он был слишком суров, но его контроль трещал по швам, стоило только подумать про этого некого Артура.
Найдет и кости переломает.
Уже за то, что посягнул на Милу…Что смотрел на неё вожделенно.
Что они договорились.
На этот раз Мила послушалась и поспешно прошла к дивану. Села на самый край, рюкзак положила рядом, руки – на колени. Картина маслом: школьница на приеме у директора. Только современные школьницы вели себя куда более дерзко и развратно.
– Можно позвонить Марку? – она на него не смотрела, старательно отводила взгляд, что с одной стороны ему даже нравилось. Порой слишком дерзкий взгляд женщины его выбешивал. – Правда, я телефон дома забыла… Но я помню наизусть. И…
– Нет.
Она всё же вскинула на него свои огромные глазищи.
Красивые какие… Огромные, с расширенными от переживаний зрачками.
– Нет?
– Нет. Звонить не стоит. Твой… – Глеб намеренно сделал паузу, – …жених уже в пути.
– Едет сюда?
Её переспрашивание он так же списал на волнение.
– Да. Скоро будет.
И в подтверждении его слов раздался сигнал, оповещающий, что лифт прибыл. А через пятнадцать секунд и стук в дверь.
Губы Глеба растянулись в предвкушающую улыбку.
Быстро же Марк добрался.
Где-то рядом ошивался, паскудник?
Мила подорвалась, вскочив, но, встретившись с его предупреждающим взглядом, осталась сидеть на месте. Правда, ладони расправила на коленях. Её нервозность усиливалась. И надо сказать, не безосновательно.
Глеб активировал дверь и запустил Марка. Хотя тот мог беспрепятственно войти, код он знал. Но нет… осторожничает.
Тоже всё прекрасно понимая.
Парень был одет в джинсы, белую футболку и клубный пиджак. Помятый, кстати. Глеб не удивился, если бы узнал, что любимый племянничек где-нибудь спал в машине, дожидаясь от него звонка. Рядом.
– Добрый вечер, – вкрадчиво поздоровался Марк, оглядываясь по сторонам и оценивая ситуацию.
Глеб присел на стол, вытянул ноги и скрести руки на груди, всем своим видом показывая, что он жаждет продолжения банкета. А конкретно – прояснение ситуации.
Милослава взглянула на Марка и закрыла лицо руками. Вид её сгорбившейся фигурки снова пробуждал в мужчине инстинкт защитника, но в голове постоянно пульсировало имя Артур. И эта долбаная зацепка била наотмашь, отравляя кровь кислотой.
Баланс создавал другой факт – Милослава стала его. Меньше полчаса назад. И с этим не поспоришь, никуда не денешь.
– И тебе добрый, Марк. Что застыл, как неродной? Проходи.
Марк снова посмотрел на Милославу и уже направился в её сторону, когда Глеб жестко бросил:
– Нет! Садишься в кресло.
– Глеб, слушай…
– Я послушаю. Обязательно. Но тогда, когда ты сядешь, куда я говорю.
Марк понял, что запахло жареным, и старался вести себя крайне осторожно, не раздражать его, не злить сильнее. В отличие от Милославы, Марк знал, на что способен Глеб, а потому лучше на его пути не вставать.
Но щенок встал…
И вот тут начинается самое интересное.
Марк, приглушенно выругавшись и поморщившись, оттопырил край футболки, словно она внезапно начала его душить. После чего всё же прошёл к креслу и бухнулся в него.