Чтение онлайн

Кэкстон смотрела на шляпу и не видела, куда показывает Аркли. И до нее не сразу дошло, что он подразумевал ее.

— Прошу прощения, сэр, — сказала она, когда звон в ушах прекратился. — Но я — патрульный. Дорожный патрульный, — повторила она. — Я не гожусь для того, что вам нужно.

Тут ей на миг показалось, будто он собирался объяснить свой выбор.

— Вы сказали, что я единственный из ныне живущих в США, кто убивает вампиров. Должно быть, вы читали обо мне, — сказал он ей.

В ожидании, пока он зайдет за ней, Лора перечитала все, что только смогла найти. Нашла она не много.

— Да, сэр, я читала ваш отчет о происшествии по делу Питера Лэрса.

— Значит, вы второй по осведомленности человек в этом здании. Комиссар, я хочу, чтобы вы освободили патрульного от ее текущих обязанностей.

— Надолго? — поинтересовался комиссар.

— Пока я не отпущу ее. Теперь, — сказал он Кэкстон, — следуйте за мной и держитесь поближе. Я двигаюсь особым, размеренным шагом и рассчитываю, что вы подстроитесь под меня, или же вам всегда придется просить меня идти помедленнее.

Лора глянула на комиссара, но тот только пожал плечами.

— Он — федерал.

Эти слова, казалось, были написаны у него на лице.

— Что вы собираетесь делать?

Аркли повел ее на задворки, в стрелковый тир районной оперативной группы. РОГ была антитеррористической группой, но помимо этого именно она принимала участие в подавлении демонстраций в столице штата. У них имелось оборудование, и у них была разработана тактика массовых арестов и контроля над толпой, а также у них был внушительный бюджет на приобретение не слишком смертоносного оружия. То, которое, как было известно Кэкстон, называлось несмертоносным, оставалось лишь до тех пор, пока кого-то случайно не убили. Парни в РОГе имели все виды навороченных стволов и самые новейшие разработки, у них было стрельбище для экспериментальных видов оружия за штаб-квартирой, где они могли тестировать свои игрушки до того, как им придется в конце концов использовать их. Поэтому у них всегда можно было пострелять по небольшим мишеням, когда бы вам ни приспичило. Кэкстон зажала руками уши, когда они поднялись на стрельбище к начальнику, тот палил из чего-то похожего на старинный мушкет. Звук был таким громким, что она подумала, уж не пользуется ли он дымным порохом.

Аркли в конце концов прокричал достаточно громко, чтобы привлечь внимание начальника стрельбища. Тот снял наушники, и эти двое коротко переговорили. Что ему сказал Аркли, неизвестно, но офицер фыркнул от смеха, исчез в сарае с амуницией и вернулся обратно с коробкой патронов.

Аркли выложил рядком тринадцать из них на стрелковом стенде, осторожно, методично зарядил магазин своего пистолета. Это был «глок-23», разглядела Кэкстон. Мощнее, чем большинство полицейских стволов, но не под пули «магнум».

— Вы зарядили всего тринадцать? — спросила она, заглянув ему через плечо.

— Такова вместительность магазина, — ответил он донельзя высокомерным тоном.

Нелегко будет расшевелить этого парня.

— Большинство людей положили бы в патронник дополнительные заряды, чтоб были наготове, если надо стрелять во второй раз. Я так делаю, — сказала она, поглаживая 92-ю «беретту» у себя на поясе.

— А разве вы за рулем накидываете ремень безопасности, чтобы сэкономить полсекунды, когда выходите из машины?

Кэкстон нахмурилась, и ей захотелось плюнуть. Она вытащила одну из пуль в коробке и принялась изучать ее. Пуля была полуоболочная, как она приблизительно и думала, но это еще не все: неспроста так развеселился офицер. На головной части каждой из пуль были сделаны два перпендикулярных разреза, образовывавших идеальный крест. Лора решила, что подловила Аркли на ошибке.

— Я читала ваш отчет: вы говорили, что кресты на вампиров не действуют.

— К счастью для меня, с пулями они творят чудеса.

Аркли крикнул, чтобы очистили стрельбище, и прицелился в мишень в тридцати ярдах от него — бумажную мишень, пришпиленную к фанере размером два на четыре дюйма. Кэкстон заткнула уши. Он разрядил одну обойму, и мишень разлетелась в клочья. Фанера взорвалась облаком деревянной щепы.

— Пуля превращается в гриб и разлетается внутри мишени на куски, — объяснил он ей. — Каждый кусочек шрапнели имеет свою траекторию и свою инерцию движения. Каждая пуля — это словно небольшой осколок гранаты.

Хотя она и ненавидела его, но тут даже присвистнула. Так вот с чем ты ходишь на вампиров, подумалось ей. Она попросила офицера в тире принести еще одну коробку девятимиллиметровых для нее самой.

— Могу сделать, — сказал он достаточно тихо, почти шепотом. — Но не для автоматического оружия. Пули с крестовой насечкой запрещены Гаагской конвенцией.

— Я никому не скажу, — ответил Аркли. — Заряди ей.

— Теперь вперед, а потом направо, — скомандовал Аркли, ткнув пальцем в ветровое стекло. Сидя на месте пассажира, он выглядел более естественно, нежели в кресле офиса комиссара. Наверное, он больше времени провел в машинах, чем в кабинетах, подумала Кэкстон. Да, наверное, так оно и было.

Лора объехала на их патрульной машине без опознавательного номера заросли молодых айлантов, которые затрещали и заколыхались над капотом. Сумерки сгустились почти до предела: начиналась ночь. Согласно карте, они были как раз посреди поселения Домна «Арабелла», получившего название благодаря доменной печи, выплавлявшей чугун методом холодного дутья и когда-то обеспечивавшей работой все население городка. От самой домны уже ничего не осталось, кроме квадрата фундамента из старинных кирпичей, большая часть которых рассыпалась в прах. Здесь был пункт для посетителей, и пока Аркли отдыхал, Кэкстон выяснила все, что можно, об истории домен холодного дутья.

Кроме гавканья, сообщавшего, куда ехать, говорил Аркли очень мало. Лора попыталась рассказать ему про лицо без кожи, появившееся у нее в окне прошлой ночью. Она не стала говорить, что это сильно напугало ее, хотя так оно и было. Ей было страшно даже сейчас, когда угасающий день отражался в зеркале заднего вида. Она рассказала об этом как о части происшествия. Аркли пробурчал в ответ, мол, он знает, что произошло. Но потом от него не удалось добиться ничего, даже пояснения.

— Вы как думаете, к чему бы это? — спросила она. — Почему он оказался там?