Три сферы ада
Шрифт:
Часы пробили полдень. Истлевшее за какие-то секунды тело вспыхнул, оставив после себя лишь слабый запах горелого мяса…
– Ничего, со временем и до них доберемся!
– А где теперь его душа?
– Об этом лучше не думать.
Глава 32
ПОД ЗАЩИТОЙ ЧЕРНОЙ РЕКИ
Река плавно огибала гору, мрачная пирамида храма скрылась за поворотом. Паром оказался между крутых горных склонов без единой травинки.
– Погони видимо не будет, – облегченно вздохнул Марк.
– У меня такое чувство, что им сейчас не до нас, – согласился Ян.
– Почему они напали?
– Наверное, решили, будто мы посягнули на святыню.
– Кстати о ней, мы ведь на верном пути! Как не удивительно, но именно здесь наследила твоя сестричка…
– Раз событие – значит… – начал Пуфф.
– Ты же недавно ел?!
– А сколько бегать пришлось?! – в свою очередь возмутился котище.
– У тебя коэффициент полезного действия не больше чем у паровоза.
– Это почему?
– Ешь много, а ездишь мало.
– Я плаваю…
– Подождите вы! – Ян поднял коготь, – Марк, ты однажды говорил, что с помощью двух точек можешь определить направление поисков.
– Правильнее сказать, направление следа…
– Ты пробовал?
– Да. След ведет на север, более или менее придерживаясь тропы плача.
– Значит наш маршрут определился…
– И он совпадает с рекомендованной Анубисом дорогой к выходу.
– Полный вперед! – скомандовал Ян.
– Есть, полный вперед! – ответил котище, приложив правую лапу к уху, словно носил фуражку и толкнул рычаг управления вперед. Паром еще быстрее заскользил по черной воде мимо голых гор. Река немного поворачивала и дальше спокойно текла на север.
Пейзаж резко изменился. Серый песок на левом берегу становился все мельче. Потом он плавно перешел в непрерывно шевелящуюся серую субстанцию, напоминавшую обыкновенную пыль. Она находилась в непрерывном движении, словно мириады насекомых хаотично перемещались под этим ковром. Между Стиксом и пустыней проходила невидимая перегородка, разделявшая две структуры.
– Посмотрите лучше сюда, чем на эту пыль за диваном, – позвал Пуфф.
По правому берегу лежала зажатая двумя скальными выступами широкая долина, вся исчерченная тянущимися к берегу полированными бороздами и канавами, словно кто-то тысячелетиями шлифовал камень в одном направлении – к реке. В конце равнины возвышалась громадная стена, в плане напоминавшая подкову. Она, словно плотина, сдерживала склон плато от разрушения. Стену сверху до основания покрывали барельефы голов всевозможных размеров, рас и окраски. Причем у всех были закрыты рты и глаза.
– Да… А скольких еще мы не видим с такого расстояния.
– Странный памятник, а кому он? – спросил Пуфф.
– Кажется, я знаю… – шепотом произнес демон.
– Поделись сокровенной тайной!
– Это Подкова ветров.
– Ты хочешь сказать, что эти каменные головы создают ветер?!
– Очень долго люди считали ветры реальными существами, имеющими облик.
– Это вполне вероятно, – согласился Ян, – встречал же нас Анубис…
– Да уж. Только нам бури и не хватало, – проворчал Пуфф.
– Ты же хотел развлечься?
– А не закончить жизнь на дне Стикса…
Одна их хорошо различимых с такого расстояния голов с длинными волосами и бородой открыла глаза.
– Приключение началось.
Следом за глазами приоткрылся рот, подул ветер. Он быстро усиливался, паром некоторое время сопротивлялся, продолжая двигаться прямо, но ожила еще одна голова, потом еще… Судно стало быстро сносить в сторону пылевого ковра. Пока путешественники думали что предпринять, паром пересек невидимую границу, ветер сразу стих, правда, вместе с ним исчезли из видимой области не только берега, но и река. Они плыли по жившему своей жизнью пылевой равнине без границ, под таким же небом зеркально повторявшим «море».
– Вляпались, – констатировал Марк.
– Подожди впадать в панику, – Ян протянул кисть над кипящей за бортом поверхностью…
Вокруг простиралась специфическая среда, пребывавшая в непрерывном движении. Насыщенная свободной энергией она готова была непрерывно строить и разрушать, но тем не менее, Стикс угадывался и здесь, это единственное, что имело размытую, но вполне определенную форму… Он продолжал нести плот по течению в мире без верха и низа, правда значительно медленнее.
– Я бы назвал это место районом неустойчивой динамики.
– Смотрите, а город вполне устойчив! – указал вперед и влево Пуфф.
Там, среди пылевой пустыни сверкал серебряный силуэт. Ажурная конструкция (видимо исполинских размеров, если понятие линейной размерности применимо здесь) соединяла собой «небо» и «море». Она непрерывно трансформировалась – появлялись новые башни, арки, мосты, исчезали построенные несколько секунд назад…
– Посмотрим?
– Думаю не удастся…
Из пыльного моря вырос мост, уходящий к горизонту. Паром проплыл мимо.
– Здесь все неустойчиво, даже корпус парома медленно разрушается несмотря на ослабляющий эффект Стикса.
– Наверное, из этого и возникают миры?
Над головой серый кипящий слой точно над паромом обрел черты темно-синего звездного неба. От зоны кристаллизации новой структуры разошлось кольцо и цепная реакция перестроения на глазах изменила картину над головами. Серебряный город стал еще прекраснее. Кольцевые волны образовались и на нижней плоскости. Через пару секунд до самого горизонта шумело настоящее море, лишь только паром остался на черной реке. Никакого моста уже не было.
– Пуфф, а ты хотел идти…
– Так и останется?
– Не думаю… Мы вносим определенные эффекты своим присутствием.
– Почти мыслящий океан у классиков, – отметил Марк.
– Там он пусть необычный, странный, но живой, это многомерное сумасшествие просто растворяет в себе все.
– А наш транспорт?
– Пока он на поверхности черной реки, то видимо какое-то время продержится.
По окружающему одновременно пошла рябь, словно кто-то комкал фотообои, небо и море поменялись местами… Где-то внизу светили звезды, а над головой ветер гнал пенные валы.