Чтение онлайн

Артем устало вздохнул. Сил совсем не оставалось. Может, поэтому моральная часть вопроса перестала его беспокоить.

— Печень…

— Неплохой выбор. Некоторые индейцы верили, что именно в печени кроется дух. Поэтому, убивая врага, они первым делом пожирали его печень, чтобы забрать себе его силу.

Нож привычно вонзился в тело чуть выше мочевого пузыря. Он не стал проталкивать его вглубь, видимо, чтобы не повредить внутренние органы, и с нажимом провел лезвием сверху-вниз, вспарывая живот.

Синие кольца кишок с противным хлюпающим звуком подобно змеям посыпались вниз, протянувшись до пустующих глазниц.

Артем тут же отвернулся. Дело заключалось вовсе не в страхе, скорее он просто не хотел, чтобы очередной предательский приступ отвращения привел к поражению, когда конец был так близок.

Шлеп!

Уже в который раз за ночь столик слегка дернулся, когда на него с размаху приземлился очередной кусок плоти.

Артем уже привык к этому металлическому смраду. Он уже стал для него чем-то родным, как и стоявшая в подвале вонь. Тем не менее, этот запах немного отличался.

— Десерт не должен быть тяжелым, — произнес мужчина, полосуя ножом растекшуюся по грязной плащ-палатке печенку. — Жаль тратить продукт, но нет нужды бросаться в крайности.

Артем приподнялся. На измазанную черным одноразовую посудину опустился небольшой темно-серый кусочек с ниткой висцерального жира.

Рот незаметно наполнился слюной, и мальчик рефлекторно сглотнул, тут же испугавшись подобной реакции.

Убийца хмыкнул.

— Главное в этом деле не войти во вкус, — будто с издевкой пробормотал он и сел на место.

После минувшего ада небольшой кусочек печенки размером с ватный диск показался ему детской игрой. Он тут же принялся жевать его, отметив, что вкус ничем не отличается от покупной, которую его мать приносила пару раз в месяц из мясной лавки за углом.

В отличие от мяса, Артем несколько раз пробовал сырую печень, и она не вызывала у него никакого отвращения. Так и сейчас он без труда поглотил этот кусок, слегка поморщившись от яркого железного привкуса на языке.

— Не так уж и сложно.

Мужчина вытер нож о плащ-палатку и убрал его в чехол на поясе. Затем его рука легла на щипцы.

Артем невольно дернулся.

Каннибал посмотрел на щипцы, словно обдумывая что-то.

— Неожиданно, но ты продержался куда дольше остальных, — его взгляд переместился на свою увечную руку. — Может, это даже судьба… Странное чувство.

Артем шокировано распахнул глаза.

Мужчина поднялся со стула, убрал щипцы в карман. Потирая подбородок грязными перчатками, он обошел стол и остановился рядом с Артемом, положив вторую руку ему на плечо.

Он вдруг присел, и жуткие серые глаза снова пронзили его мозг подобно двум спицам; лампа осветила покрытый щетиной заостренный подбородок.

— Что же с тобой делать? Удивительно, но мне вдруг стало жаль от тебя избавляться. Что скажешь, отпустить тебя?

В горле пересохло. Артему не верилось, что после нескольких часов подобного кошмара его вот так просто отпустят.

— Да, — хрипло отозвался он, не решаясь тешить себя надеждой.

— Да! — радостно повторил безумец и потрепал мальчика по голове.

Он поднялся и шлепнул ладонью по бедру Алисы.

Очевидно, что-то развеселило его.

Убийца развернулся на каблуках. Насвистывая под нос незамысловатую мелодию, он шаг за шагом отдалялся от стола, пока не исчез в темноте, покинув освещенный лампой круг.

Артем затаил дыхание. Он не позволял себе заранее радоваться спасению, не сводя глаз с того места, где исчез сумасшедший.

Не мог же он вот так просто вдруг уйти?

Мелодия еще звучала поодаль. Тяжелые подошвы ботинок начали подниматься по лестнице. Затем со стуком приоткрылась дверь в подвал, впустив внутрь резкий порыв прохладного свежего воздуха.

Секунда… две… три…

Артем продолжал молчать, ожидая, что этот психопат резко изменит свое мнение и вернется, чтобы его прикончить, дабы не оставлять свидетелей. В конце концов, словам безумца не было никакой веры.

Но время шло, и стихшие вдалеке шаги не торопились возвращаться.

Горло обожгло. Он еще боялся верить в чудесное спасение, но тщательно спрятанные глубоко внутри эмоции резко хлынули наружу, и глаза затопили подступающие слезы.

— Блядь!.. — выдавил он и наконец заплакал.

Словно цепи вдруг спали с его сердца. Не в силах справиться с рыданиями, он стиснул свободной рукой свой рот и до боли вцепился зубами в пальцы, тихо всхлипывая.

Живот заурчал, и его вырвало.

Судороги волнами накатывали на тело, и желудок с каждым приливом исторгал из себя новые и новые порции непереваренной еды, что потоком хлынули вниз, пачкая серый пол.

Дыхание сбивалось. Пот струился по лбу. Судорожно пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха, он вновь скрючивался, пока живот окончательно не опустел, но даже тогда остаточные спазмы не прекращались.

Артем схватил стакан с водой и принялся торопливо полоскать рот. Он не стал пить, выплевывая воду, однако сколько бы он это ни делал, въевшийся в язык привкус металла никуда не исчезал.

И вода быстро закончилась.

Сплюнув в последний раз, мальчик откинулся назад и уставился на темный потолок. Хоть рука сильно болела, он не обращал на нее внимания, ощущая странную пустоту.

Должен ли был он радоваться? Или грустить о смерти Алисы? Желать отомстить тому, кто сотворил с ними эту мерзость?