Трагедии. Сонеты, Шекспир Уильям

Трагедии. Сонеты

на обложку

Шекспир Уильям

Шрифт:

Да, Гламис ты, и Кавдор ты, и станешьТем, что тебе предсказано. И все жеБоюсь я, что тебе, кто от природыМолочной незлобивостью вспоен,Кратчайший путь не выбрать. Ты стремишьсяК величью, властолюбья ты не чужд,Но брезгуешь его слугой – злодейством.Ты хочешь быть в чести, оставшись чистым,Играя честно, выиграть обманом.Ты слышишь зов: «Сверши – и все твое!»И страх свершить в тебе сильней желаньяНе совершать. Спеши сюда. Я в ушиВолью тебе свой дух и языкомСмету преграды на пути к короне,Которой рок и неземные силыТебя уже венчали.

Входит слуга.

Ну, что скажешь?

Слуга

Король здесь будет к ночи.

Леди Макбет

Ты рехнулся!Ведь с ним твой господин, а тот давно быПредупредил меня, будь это так.

Слуга

Но это так. Наш тан уже в дороге.Он к вам вперед отправил скорохода.Тот обогнал его, но так задохся,Что еле говорит.

Леди Макбет

Займись-ка им.Принес он новость важную.

Слуга уходит.

Охрип,Прокаркав со стены о злополучномПрибытии Дункана, даже ворон.Ко мне, о духи смерти! ИзменитеМой пол. Меня от головы до пятЗлодейством напитайте. Кровь моюСгустите. Вход для жалости закройте,Чтоб голосом раскаянья природаМою решимость не поколебала.Припав к моим сосцам, не молоко,А желчь из них высасывайте жадно,Невидимые демоны убийства,Где б злу вы ни служили. Ночь глухая,Спустись, себя окутав адским дымом,Чтоб нож не видел наносимых ран,Чтоб небо, глянув сквозь просветы мрака,Не возопило: «Стой!»

Входит Макбет.

Великий Гламис,Победный Кавдор и король грядущий!Была я над безвестным настоящимТвоим письмом вознесена и нынеЛишь будущим живу.

Макбет

Любовь моя,Дункан приедет к ночи.

Леди Макбет

А когдаУедет?..

Макбет

Завтра поутру.

Леди Макбет

ВовекиНе будет утра для такого «завтра»!Мой тан, лицом ты схож со страшной книгой,А книгу прочитать легко. Ты должен,Всех обмануть желая, стать, как все:Придать любезность взорам, жестам, речи,Цветком невинным выглядеть и бытьЗмеей под ним. Прими радушно гостяИ положись всецело на меняВ великом деле предстоящей ночи,Чтоб наслаждаться властью и венцомВсе дни и ночи мы могли потом.

Макбет

Об этом – после.

Леди Макбет

Будь лишь ликом ясен:Кто мрачен, тот всем кажется опасен.А прочее я на себя беру.

Уходят.

Сцена шестая

Перед замком Макбета. Трубы и факелы. Входят Дункан, Малькольм, Дональбайн, Банко, Ленокс, Макдуф, Росс, Ангус и свита.

Дункан

Стоит в приятном месте этот замок.Здесь даже воздух нежит наши чувства –Так легок он и ласков.

Банко

Летний гость,Стриж, обитатель храмовых карнизов,Ручается присутствием своим,Что небеса здесь миром дышат. В зданьеНет уголка иль выступа стены,Где б он не свил висячего жилища;А я заметил: стриж гнездиться любитЛишь там, где воздух чист.

Входит леди Макбет.

Дункан

Вот и хозяйка!Любовь, пусть даже в тягость нам она,Мы с благодарным чувством принимаем.Итак, благодарите нас и БогаЗа тяготы и труд.

Леди Макбет

Услуги наши,Хотя б их было дважды вдвое больше,Ничто в сравненье с той великой честью,Которой удостоил нас монарх,Войдя в наш дом. За милости былыеИ новые мы вечно будем БогаМолить о вас.

Дункан

А где же тан Кавдорский?Чтоб первыми прибыть, мы по пятамЗа ним гнались. Но он ездок отменный.Его к тому же шпорила любовь.И мы отстали. Милая хозяйка,Мы – ваши гости.

Леди Макбет

Мы как ваши слугиСебя, свое добро и слуг своихСчитаем вашим полным достояньемИ вам вручаем.

Дункан

Дайте вашу руку.К хозяину идем. Он нам угоденИ будет нами отличен и впредь.Прошу вас, госпожа.

Уходят.

Сцена седьмая

Замок Макбета. Трубы и факелы. По сцене проходят кравчий и слуги с блюдами и посудой. Затем входит Макбет.

Макбет

О, будь конец всему концом, все кончитьМогли б мы разом. Если б злодеянье,Все следствия предусмотрев, всегдаВело к успеху и одним ударомВсе разрешало здесь – хотя бы здесь,На отмели в безбрежном море лет, –Кто стал бы думать о грядущей жизни?Но ждет нас суд уже и в этом мире.Урок кровавый падает обратноНа голову учителя. ВозмездьеРукой бесстрастной чашу с нашим ядомПодносит нам же… Под двойной охранойКороль здесь пребывает: я обязанКак родственник и подданный егоЗащитой быть ему и как хозяин –Путь преградить убийце, а не ножНа гостя заносить. К тому же правилДункан так мягко, был в высоком санеТак чист, что добродетели его,Как ангелы Господни, вострубятК отмщению за смертный грех убийства,И состраданье, как нагой младенец,Несомый ветром, или херувимНа скакуне незримом и воздушномПахнёт ужасной вестью всем в глаза,И бурю ливень слез прибьет к земле.Решимость мне пришпорить нечем: тщитсяВскочить в седло напрасно честолюбьеИ набок валится.