Чтение онлайн

— Ненормальная ты, Шурка, — пожурила сестру Ната. — Ружье щука унесла.

— Щука? — переспросила Шура.

— Неужели не разглядела?

— Разглядела. Но слишком она большая. Разве бывают такие щуки?

Натка выбралась на берег, села на траву, подтянув колени к подбородку, сказала после некоторого раздумья:

— Что ж нам теперь делать? Ружье пропало. Да если и найдем его, щуку не вытащим…

— Надо Илью Ивановича попросить, — посоветовала Шура. — Он поможет.

— У него и без нас дел много. Ванятку бы?.. Не пойдет… Может, сходить за ним? — спросила Ната.

— Пойдет, — сказала Шурка и спохватилась: ведь договор был с Наткой — делать все самим и обходиться без мальчишек.

Но Шура уже не раз убеждалась, что сами они не все могут сделать. Ну разве смогли они сами поправить завалившийся погреб?

Пустячное дело змей, но и он не захотел летать. А ведь Лешкины змеи уходят под самые облака. Один так далеко ушел, что не хватило катушки ниток. Пришлось наставлять вторую.

Не хотелось Шурке идти за Ваняткой, а нужно. И пошла.

Дышать через шланг Ванятка отказался. Упустит Лешка конец — так можешь хлебнуть воды, что и не поднимешься со дна. До полутора минут научился Ванятка терпеть без воздуха, а это немало. Можно опускаться на дно, как Боб Крофт.

Лешка лежит на огромной камере и глядит на взбаламученную Ваняткой воду. Ванятка выныривает, чтобы передохнуть, цепляется за камеру.

— Ничего? — спрашивает Лешка.

— Ничего нет, — отвечает Ванятка.

— Не там ищешь, — сомневается Лешка. — Пробуй бросить тяжелый камень. Далеко бросишь от берега?.. Метров на пять, не больше… А ты ищешь почти на середине.

— Много ты знаешь, синьор, — остановил Ванятка Лешку и добавил — да мало понимаешь… Ты соображаешь, что говоришь?

— А как же?

— Тогда скажи, сколько лет прошло с тех пор?

— Много. Несколько веков.

— То-то. Каждую весну берег обваливается, в каждый дождик подмывается. Разве на этом месте была круча несколько веков назад?

Ванятке даже самому понравилось, как он смог почти научно доказать то, о чем пять минут назад и сам не догадывался. Лешка со своими сомнениями был основательно побит.

— Ладно, — сказал Лешка, — ныряй тут.

Ванятка набрал побольше воздуха и опустился на дно. Лешка тоже тренировался, набирал воздух, не дышал. Однако не дышать дольше Ванятки не мог. Но не считал себя слабее: под водой, хочешь не хочешь, не дыхнешь, а вот здесь, когда ничего не стоит дыхнуть, — попробуй вытерпи!

Вода около камеры вспучилась, и показалась Ваняткина голова. Ванятка одной рукой уцепился за камеру, другую поднял над головой, и Лешка увидел свой противогаз, тот самый, который еще в войну забыл в их доме солдат. Не раздумывая, Лешка натянул противогаз на голову. Ничего, что немного великоват, но пока вода просочится, можно успеть выбраться наверх. Сплавал к берегу, взял ремешок от штанов, привязал к камере конец шланга и вслед за Ваняткой опустился на дно.

Ванятка передвигался по дну быстро, как тюлень, иначе ему было душно. А Лешка ходил, как настоящий водолаз. У Лешки хоть и просачивается в противогаз вода, но ему терпимо.

Ванятка, подняв муть, прилип к илистому дну. Но его так подперло с дыханьем, что он ринулся наверх. Лешка подошел к тому месту, где копался Ванятка, и почувствовал под ногами что-то вроде бревна. Нагнулся, стал ощупывать, раскапывать. Показалось что-то напоминающее нос лодки.

Рядом снова оказался Ванятка. По-собачьи, быстро, он начал работать руками. От мути в воде стало темно, будто наступила ночь.

Поднялись вместе и, держась за камеру, разом заговорили.

— Наверное, они хотели увезти награбленное на лодке, — сказал Ванятка. — А когда их нагнали, они ее затопили.

— Вот придумал! Зачем им лодки в таком озере? Что ж они ее через луг от Хопра тащили? — и возразил, и удивился Лешка.

— Зачем тащить им, — не сдавался Ванятка. — Может, тогда от озера протока была глубже, чем сейчас.

— Да, может, и верно, — согласился Лешка. — По этой протоке и сейчас в разлив заходит и выходит вода… Баркас пройдет.

Не успел еще Лешка высказаться, как на обрыве показалась Шура. Увидав ребячьи головы, торчащие из воды около плавающей камеры, она закричала:

— Ребята!

— Ты чего шпионишь за нами? — недружелюбно отозвался Ванятка.

— Я не шпионю, — обиделась Шура. — Меня Ната послала. Она подстрелила рыбину, во какую! — Шура развела руки и посмотрела сначала на одну ладонь, потом на другую. Длина показалась ей не внушительной, и она поправилась: — В два раза больше.

— А может, в три?

— Не, в два раза! Натка не удержала ее. И она уплыла с ружьем.

— Вот это фокус-мокус…

— Натка просила вас помочь!

— Ха! Нужна нам ваша рыбина! Мы заняты.

— Ну, пожалуйста.

— Иди, иди.

— Давай сходим, — вмешался в переговоры Лешка.

— Иди, если нужно.

— Вдвоем-то надежнее.

— А лодка?

— Лодку мы все равно не вытащим сами…

— Сходи, — более мягко посоветовал Ванятка. Ему не хотелось уходить с озера. Хотелось еще раз опуститься на дно и попробовать, может, поднимется лодка. Однако Шурка не отставала.

— Ната просила тебя, чтобы ты с пистолетом пришел.

— Пойдем. Мы там быстро управимся, — попросил еще раз Лешка. И Ванятка согласился.

Лешка перекинул через плечо надутую до звона камеру, и они пошли.

Пока Шура сходила за ребятами, Ната поплыла туда, где кончилась дорожка от ружья, которое волочилось за рыбиной. Метрах в тридцати за островом она увидела большую кучу водорослей. Проплыла мимо, подумала: откуда они? Вернулась, осмотрела и увидела канатик, выходящий из водорослей. Понятно! Это ружье нацепляло на себя столько водорослей. Потянула за канатик: рыбина была загарпунена. Натка не стала освобождать ружье. Успеется.